Каппа
Шрифт:
– Два, три, четыре... Четыре! – заорал от возбуждения Ярый и в восторге замолотил кулаком по стоявшему рядом Данко: – Мы прикончили ублюдка, прикончили!
Трое крепких парней в серых рубахах курили на палубе шхуны, которая покачивалась на слабой волне в трех милях южнее. Все трое лениво смотрели, как удаляется черная рубка подводной лодки. Еще пять, десять минут – и можно начать изображать матросов. Затем завтра утром встреча в другом месте, передача свежих продуктов экипажу и окончательный расчет с аборигенами, которые возились сейчас
Один из штурмовиков лишь поморщился, разглядывая старую палубу и латанные паруса. Кому нужны эти гнилые драные городишки с нищим населением? Его ждут дома, где открываются совсем другие перспективы. Сейчас, имея в руках такое богатство можно возродить не просто Рейх! Можно...
Четыре взрыва, взметнувшиеся мутными столбами рядом с рубкой подлодки, вызвали оторопь. Замерев, вся команда и штурмовики смотрели, как черное пятно рубки стремительно ушло под воду. Секунда – и лишь далекие круги по воде, груды пузырей и масляное пятно.
Первым опомнился командир тройки:
– Якорь руби! Ставь паруса! Уходим, уходим отсюда немедленно! Или следующая торпеда наша!
Его вопль послужил толчком последовавшей беготне. Через две минуты шхуна уже начала разворот на юг, а еще через пять она уходила на всех парусах, поймав попутный ветер. Теперь нужно было сориентироваться и сообразить, как лучше и быстрее добраться до базы. О секретности речь не шла, нужно было как можно скорее предупредить Ганса о неожиданно объявившейся подводной проблеме.
Удар “Нау” был сокрушительным. Перлита действительно не пожалела взрывчатки на боеголовки торпед, поэтому все четыре взрыва проломили борт чужой подлодки в разных местах. Вода хлынула внутрь, прошлась тяжелым валом через распахнутые люки в перегородках, смяла людей и оборудование. Черный корпус провалился вниз и вскоре ударился носом о верхушку подводной скалы.
Когда мстители добрались до места катастрофы, на песке вытянулось истерзанное металлическое тело, из которого медленно поднимались вверх масляные шлейфы. Пройдя чуть в стороне, Каппа осветил каждый метр, затем повернулся к Оксе:
– Поднимемся, осмотримся. Если их приятели удрали, то нам же лучше... Придется вдвоем выйти наружу и нырнуть, чтобы доделать работу.
– Нырнуть? – всполошилась Перлита. – Зачем?
– Они лежат слишком близко к поверхности. Сколько тут, метров тридцать? Не годится. Наверняка могут их найти и поднять. И лучше все же работу завершить. Поэтому – мы идем с Оксой, убеждаемся, что внутри не осталось каких-нибудь воздушных карманов с живыми. Постараемся найти их оружие, может сумеем его использовать. Иначе после штормов придется возвращаться и подрывать остатки...
Девушка хотела было возразить, но Каппа нахмурился и командным голосом выдал:
– Мы о чем договаривались, моя хорошая? На борту “Нау” только один имеет право главного голоса. А ты мой запасной пилот, не зря все время
Наверху было тихо. Лишь очень далеко крохотной черточкой маячили паруса. Убедившись, что кроме них никого нет, Ярый с Данко щедро вылили в море содержимое канистр с отпугивателем морского зверья. Через десять минут Каппа с Оксой зацепились за плавники “Нау” и подлодка медленно пошла вниз. Зависнув чуть в стороне от черного гиганта, Перлита осветила пробитый борт, куда медленно вплыли ее друзья.
Тритона хватило на половину пути, потом его замутило. Все же плавающие вокруг трупы – не лучшая картинка для водолаза. Каппе тоже радости было мало проверять чужой корабль, но он считал, что дело необходимо завершить. Поэтому вернувшись из хвостовой части оставил Оксу в центре, а сам двинулся в нос. Гирлянда ярких светляков раскрашивала все вокруг в бледно-синие цвета, отбрасывая резкие тени от любого препятствия. Одно тело, другое, вот наконец и торпедный отсек с тяжелыми вытянутыми сигарами на поддонах. Повозившись, Каппа смог разобраться, как активировать шайтан-машины. Все же изучение мудрых книг вместе с лучшим механиком Лортано принесло полезные плоды. Зацепив конец тросика за нужный рычаг, водолаз начал обратный путь, стараясь лишний раз не смотреть по сторонам.
Добравшись до напарника, мужчина жестом показал “на выход” и проскользнул следом в пролом. Вытянув хвост веревки, потянул на себя, напрягая силы. Почувствовав, что на другом конце исчезла помеха, быстро поплыл под правый плавник “Нау”, чтобы зацепиться там. Под левым уже болтался тритон. Медленно разворачиваясь, подлодка поплыла в сторону, неспешно поднимаясь к поверхности воды.
Ярый успел даже распахнуть люк, когда они всплыли, прежде чем Каппа скомандовал, выбравшись на палубу:
– Пусть Перлита поднажмет! Уходим подальше, я там торпеду активировал и движок сейчас запустится. Зажимы убрал, эта дура вперед пойдет и детонатор сработает от удара об стену. Так что – уходим, уходим, братцы!
Новый взрыв вызвал детонацию всех припасов на пиратском рейдере. Мощность была такая, что разметала корпус до самой рубки, вызвав подводное землетрясение и обрушив верхушку скалы вниз. Теперь, чтобы найти хоть что-то от черного убийцы морей пришлось бы опускать на сотню метров и ворошить груду искореженного металла. Вряд ли кто-то смог бы понять, что именно произошло с погибшей субмариной. Может халатность экипажа, может брак в капризном оружии. Теперь правду знали лишь несколько человек на удравшей шхуне и экипаж “Нау”, спустившегося на песчаную отмель подальше от случайного взгляда.
– У тебя руки дрожат, – заметил Данко, протягивая флягу капитану.
– Оксе тоже дайте... А то как глаза не прикрою – так эти синюшные рожи мимо проплывают...
– Но мы ведь вынуждены были, – почти плача прошептала Перлита.
– Да. Кровь за кровь. И нас бы гады не пожалели... Но все равно – страшно... Меня один раз привлекали поднимать погибших с затонувшей яхты. Но чтобы столько и сразу... Ладно, все... Мы с этим закончили...
Молчавший тритон вздохнул и возразил, доставая несколько смятых мокрых комков: