Капкан
Шрифт:
Внутри все рвётся по швам от волнения. Это так странно стоять рядом с человеком, с которым ты буквально несколько дней назад попрощался, сказав напоследок слова, невозможные повторить дважды.
С тех пор, как мы прилетели из Лондона, я чувствую грусть, она щемит в груди и не даёт мне спать по ночам. Наверное, глупо было думать, что всё легко оторвётся и забудется, но ведь так и было со мной в последнее время — я расставалась с работой, с людьми и не думала о них. Всё проходило без следа, а сейчас, будто где-то остались открытые раны, которые я не
Мы почти не разговариваем друг с другом — я не знаю, что говорить, а Роланд и вовсе сам на себя не похож. Обычно, он сосредоточен на том, что происходит здесь и сейчас, но сегодня очевидно, что его мысли летают где-то далеко за пределами этих стен. Он молча разглядывает меня, следит за каждым движением, будто видит впервые. Своим пронзительным взглядом изучает меня, лезет под кожу. Но зачем? Что он хочет найти во мне? Это выглядит настолько странно, что я чувствую лёгкое смущение.
— Я счастлива, — решаю разрядить обстановку и начать игру для Эльдара, ради которой, вообщем-то, мы здесь и собрались. — Новая квартира потрясающая, Роланд.
— Давно пора было, — спокойно подыгрывает мне.
— Предложить жить вместе? — обернувшись к нему, широко улыбаюсь.
— Для начала просто съехать, — эта язва вырывается из него предельно искренне.
— Было бы не так весело, как сейчас, — ухмыльнувшись, пожимаю плечами и отворачиваюсь обратно к серванту.
Он встаёт с места, подходит сзади и кладёт руку на талию. Дыхание спирает, я замираю, в ожидании его дальнейших действий.
— Было бы лучше, — шепчет на ухо и отходит к выходу. — Ты собирайся, а я отъеду ненадолго.
Молча киваю в ответ, поняв, что больше не вернётся. Как только захлопывается дверь, твёрдо решаю, что сама закончу начатое, ведь даже небольшое присутствие Роланда сделало все более, чем убедительно. И я ему благодарна даже за это короткое время, которое он посвятил моей просьбе.
Подождав около получаса, имитирую звонок от подруги и начинаю рассказывать ей, что Роланд арендовал мне апартаменты и предложил жить вместе.
— Нет, мы решили оставить этот вопрос пока открытым. Но, все равно, пять ночей из семи он будет у меня, чем не совместное проживание? — выдавливаю из себя смех и мысленно представляю лицо Эльдара, когда он услышит это. Даже грустно, что меня не будет рядом в эту минуту.
Замолкаю, давая возможность вымышленной подруге "ответить" мне, а потом продолжаю:
— Ты даже не представляешь насколько. У меня таких любовников никогда не было. Я от него в восторге. Да и как мужчина он потрясный.
Я понимаю, что это детские шалости, и нужно быть выше всего, что происходит со мной, но мне плевать. Я хочу, чтобы хотя бы раз Эльдара перетрясло так же, как трясло меня, когда я узнала про Зару и сына; когда узнала про обман и прослушку; когда поняла, что он не потерпит рядом со мной другого мужчину, и не побрезгует ничем, даже мной, лишь бы избавиться от него. Он ведь был спокоен из-за Майкла и других мальчишек только потому, что знал, что они ему не ровня. Был уверен,
Примерно через час, когда все вещи были собраны, и я собиралась уже вызывать такси, дверь квартиры открывается, и в неё входит Ханукаев с двумя рабочими. Я искренне удивляюсь, увидев его, и стараюсь скрыть радость, что наполняет меня.
Он даёт им указания собрать все коробки и отвезти по указанному адресу. Развожу руками, вопросительно смотря на него — я ведь ещё не решила, где оставлю все.
— Все собрала? — киваю положительно в ответ. — Тогда собирайся, пойдём. Дальше они сами разберутся.
Согласившись, накидываю на себя пальто и выхожу следом за ним.
— Куда они отвезут всё? — спрашиваю, войдя в лифт.
— В апартаменты. Ты ведь еще не нашла новую квартиру?
— Нет, — задумываюсь. — Если честно, мне было не до этого.
— Предложение Демида в силе. В любое время ты можешь переехать туда, — его глаза замирают на моих, всматриваются в самую глубь, будто выискивая что-то, что неподвластно даже моему сознанию.
Ничего не отвечаю ему и отвожу взгляд, не выдержав его силы. Я для себя все решила. Не хочу, чтобы в моей жизни оставалось что-то, что будет связывать меня с ним.
— Тебя ждёт внизу машина. Водитель отвезёт, куда скажешь.
— Хорошо, спасибо.
Мы выходим на улицу, подходим к его автомобилю. Я прощаюсь и хочу уйти, но он задерживает меня, взяв за руку, чем приковывает моё внимание к себе.
— Почему ты не рассказала Заре правду? — обескураживает своим вопросом.
— Ты хочешь поговорить об этом сейчас? — еле дышу, находясь в полуметре от его губ.
— Хочу кое-что понять для себя.
Он отпускает меня, и я делаю шаг назад, чтобы позволить рассудку мыслить трезво.
— Ей не нужна эта правда.
— Что это значит? — скрестив руки, облокачивается спиной к машине.
— Значит, что от этой правды никакой пользы. Зара не из тех женщин, кто сможет уйти от мужа, так зачем ей попусту причинять боль?
— То есть, ты сторонница сладкой лжи?
— Я сторонница той правды, которую человек в силах пережить.
— Какую правду не способна пережить ты? — меня начинают настораживать его вопросы. Не понимаю, к чему он хочет подвести меня.
— Сложно сказать…
Почему-то в голове всплывают фотографии бабушек, на которых, как оказалось, я совсем не похожа, и родители, в чьих глазах я тогда прочла страх. Я забила в себе сомнения, что стали вытекать после того дня. Решила не рисковать и не прыгать в колодец, который может оказаться без дна.
— Наверное, я бы не хотела узнать, что моя семья мне не родная, — это вырывается из моих уст настолько неожиданно/на автомате, что мне хочется прибить саму себя за бесконтрольность.
Хочется думать, что Роланд не расслышал шёпот моего откровения, но это невозможно. Он реагирует мгновенно, становится тяжелее и сосредоточенней.