Капкан Хранителя

Машевская Анастасия

— Хаген! Тайерар! — Тут же обернулся к дверям король Диармайд — статный и молодой с открытым лицом, слегка заросшим щетиной. — Наконец вы здесь.

— Ваше величество, — поклонился коммандер, войдя внутрь.

В кабинете собралось гораздо больше народу, чем можно было ожидать в такой час. Помимо короля здесь находились несколько мужчин — Хаген знал каждого — и две женщины. Их коммандер знал тоже: Эдорта, давняя соратница Диармайда и пока еще бессменный начальник дворцовой охраны, и Регна — его жена и королева. Хаген поприветствовал всех почтительным

кивком.

— Рассказывайте! — Диармайд, блондин с внешностью рыцаря из романов, движением головы указал прибывшим располагаться за общим столом.

Воспитанный в ордене Смотрителей Пустоты, гонимый и преследуемый всю юность и отчасти молодость, Диармайд был далек роскоши и не придавал значения убранствам. Поэтому кабинет собрания выглядел как походный шатер — все самое необходимое, только без лежака и с горящим камином.

Хаген старался рассказать, что знал, коротко и емко. Однако Тайерар влезал всякий раз, когда, на его взгляд, собрат преуменьшал объемы бедствия.

— Вас там не было, страж-коммандер, когда демоны заполонили цитадель!..

— Моих товарищей рвали на куски призванные твари, жгли обезумевшие колдуны!..

— Нас пытали и мучили!..

— Их погребло! Погребло заживо под завалом!

— Что значит, что теперь делать?! Вторую Цитадель надо тоже сжечь! Дотла!..

Хаген потер лоб. Видит Вечный, он только из седла вылез, и он давно не юнец. Ему бы хоть доспехи снять. А тут еще и Тая надо без конца приводить в чувство. Ей-богу, если б Хаген не знал послужной перечень капитана Тайерара, он бы счел того сосунком, первый раз загнавшим оленя.

Тем не менее Айонас был прав: стоящими людьми не разбрасываются. И Тайерар стоил многого.

Король Диармайд, между тем, смотрел на бывшего товарища с болью в сердце. Тайерар, верный ордену Стражей Вечного всю жизнь, выросший обвешанный оружием, не гнушавшийся никакой работы, самой тяжелой службы, лютых невзгод; Тайерар, переживший Шестую Пагубу в самом пекле последнего боя — у южной Цитадели Тайн — дрожал, вспоминая страх, с которым столкнулся лицом к лицу. Его глаза остекленели, а плотно сжатые губы подрагивали.

От ненависти к демонам. К магии. К магам.

Прежде он всегда слышал голос разума: маги помогли одолеть архонта, учинившего Пагубу, которая едва не поглотила континент, маги спасали ему жизнь, по меньшей мере, четырежды — в годы Пагубы и последующей войны со вторгнувшимися островитянами. Маги были вменяемы, многие.

А потом одномоментно они стали сущим злом без права на существование.

— Тайерар, — позвал король голосом, каким зовут не подданного, а старого друга.

— Простите, ваше величество, — бесцветно выдавил капитан.

Диармайд поднялся из-за стола, подошел к Тайерару вплотную, положил ладонь на плечо. Оглянулся на двух женщин, присутствующих здесь. Кому бы его поручить? Королеве? Нет, ей лучше не доверять воинов и тех, кто с трудом воспринимает монаршее высокомерие.

— Эдорта, — обратился он к капитану дворцовой стражи. — Будь добра.

Эдорта — высокая, подтянутая,

с длинным хвостом густых, жгуче черных волос — поднялась бойко, несмотря на поздний час. Кивнула: «Ваше величество» и позвала Тайерара:

— Идем.

Тай попеременно поглядел на Эдорту, Диармайда и Хагена. Растерянно озираясь, поднялся на ноги.

— Отдохни, — напутствовал Хаген.

За Эдортой и Тайераром безо всякого приглашения, поклонившись королю, вышли еще двое мужчин. Хаген тяжело вздохнул.

— Я отчасти понимаю его ярость, ваше величество. В большинстве случаев демоны выбираются из-за Разлома, либо совращая магов и вселяясь в них, либо потому что маги нарочно находят способ их вызвать. Обвинения Тайерара не лишены смысла. Однако судя по тому, что я слышал из рассказов выживших и августа Диенара, в какой-то момент Тайерар дал приказ о натуральной зачистке Цитадели. И, если их словам верить, далеко не все, кого Тай пришил, были поглощены демонами.

Диармайд сделал несколько шагов туда-сюда, размышляя. Хаген видел, что король немного трусит даже спрашивать о том, что вертелось в голове.

— Вы не думали, что он сам может быть поглощен духом гнева? — спросил Диармайд наконец.

«Насмелился»

— Это было бы переворотом в мире Стражей Вечного, — с одобрительным взглядом отозвался Хаген. И добавил тише: — Думали. Чист.

На несколько секунд повисла тишина. Единственный оставшийся в кабинете человек, кроме короля, Хагена и королевы, до той поры и рта не раскрыл. Зато внимательно смотрел за происходящим, постукивая толстыми пальцами по столу.

— Как там лорд-магистр? — спросил Диармайд за судьбу главы магов в северной Цитадели Тайн.

Хаген подобного вопроса не ждал и, услышав, нечленораздельно гыкнул.

— А что ему будет? Даже если засилье сущностей коснется и нас, магистр выйдет сухим. Он же рыцарь-чародей, демоны тянутся к таким, но завладеть не могут. Так что пока он пытается поддерживать порядок, в том числе личным примером.

Диармайд молча описал круг вокруг стола. Королева, наблюдавшая за маршрутом, сидела, как как кипящий чайник, пыхтя и разве что не подпрыгивая крышкой. Ей, кажется, было, что сказать. Но статус консорта не позволял высказываться в подобных вопросах. По крайней мере, на людях.

— Признаться, — заговорил король, встав за спинкой собственного стула, — я надеялся отправить всех выживших — и стражей, и магов — из южной Цитадели в северную. Это было бы самым очевидным решением, и, раз лорд-магистр — рыцарь-чародей, это могло бы хоть немного унять гнев стражей. Однако, думаю, Тая сейчас ничто не охладит.

Хаген согласился:

— Даже если лорда-магистра он оставит в покое — и то, поверьте, весьма нехотя, — остальных просто прирежет. Хотя бы пока все спят. А если найдутся стражи, которые вступятся за магов, он и их вызовет к поединку. Нет, — заключил коммандер, — Тайерара и близко сейчас нельзя подпускать к Цитадели. Собственно… — протянул Хаген чуть менее решительно. Диармайд сообразил: