Капкан для киллера – 2
Шрифт:
Свешников прекрасно понимал, что все приглашения законников приехать на стрелку закончатся для него смертью, поэтому уклонялся от них, как мог. Тем не менее он пережил несколько покушений на свою жизнь и в итоге был вынужден уехать из России сначала в Турцию, а затем на Кипр. Но там его как раз и встретила его прежняя братва, которая работала с законниками.
На следующий день Свешникова нашли выпавшим из номера гостиницы. Похоронили Сергея на родине, которую он покинул несколько лет назад в поисках красивой жизни.
Прошло четыре года после загадочной смерти Солоника в Греции, но интерес
Приближалось новое столетие, но тайна Солоника оставалась нераскрытой. И тут произошли события, вновь заставившие Адвоката заняться этой темой вплотную...
Греческий контракт
Красноярск-2. 3 июня 2000 года. 14.15
Все, что происходило в тот день в Красноярском аэропорту, непосвященному могло показаться отработкой спецслужбами какой-то секретной операции. С утра аэропорт был оцеплен людьми в камуфляжной форме. Вся территория тщательно контролировалась. На крышах зданий засели снайперы.
Создавалось впечатление, что отрабатывается операция по освобождению самолета от заложников. Но на самом деле это было не так. Спецслужбы никаких тренировок не проводили. Все находились словно в ожидании какого-то важного события.
Через некоторое время в небе показался самолет. Сразу же все бойцы спецслужб получили по своим рациям команду, что объект приближается.
Минут через двадцать самолет выруливал на бетонную дорожку аэродрома, следуя командам диспетчера. Вскоре самолет остановился на стоянке. Тотчас же он был окружен спецназовцами в масках, с автоматами, а к главному трапу подъехало несколько машин с работниками спецслужб. Все ожидали, что с трапа сойдет какой-то важный гость.
Однако через некоторое время с трапа в окружении вооруженных людей в штатском сошел мужчина лет сорока – сорока пяти, коротко стриженный, с небольшой бородкой и усами, одетый в спортивный костюм. На руках его были наручники. Пройдя вперед под пристальным наблюдением бойцов спецслужб, мужчина хотел было сесть в машину, как неожиданно возле него появился корреспондент одной из крупных телекомпаний. Этим и объяснялся его допуск к столь тщательно охраняемому гостю.
Журналист быстро поднял микрофон и поднес его к лицу прилетевшего. Оператор, стоящий за его спиной, включил камеру. Лампочка, показывающая, что идет запись, зажглась красным светом. Представители спецслужб отступили, скрывая от камеры лица. Заранее было оговорено, что эти кадры покажут по многим телевизионным каналам.
Человек, у которого тележурналист собирался брать интервью, был не кто иной, как Владимир Татаренков, известный в криминальных кругах под кличкой Татарин. Он был только что доставлен прямым рейсом из Афин в Москву в связи с уголовным делом красноярского предпринимателя Быкова.
Через несколько минут Татаренков неохотно давал интервью. Первые вопросы касались его взаимоотношений с его бывшим приятелем Быковым. Неожиданно журналист перевел разговор на другого фигуранта.
– Скажите, Солоника вы убили? – вдруг спросил журналист, рассчитывая на эффект неожиданности и поднося микрофон поближе. Татаренков
– Насколько мне известно, Солоника никто не убивал. Он жив.
– Откуда вы это знаете?
– Мне это сообщили высокопоставленные чиновники греческой полиции.
Журналист хотел задать еще один вопрос, но старший группы спецназа отвел его в сторону, показывая рукой на часы, – мол, время для интервью закончилось. Оператор тем временем опустил камеру, так как согласно договоренности не имел права снимать никого вокруг.
Татаренкова посадили в машину и отправили в один из следственных изоляторов Красноярска.
Старший, подойдя к репортеру, неожиданно спросил:
– Никакие лица в объектив не попали?
– Нет, только человек в маске рядом стоял. Больше никого.
– Когда вы это в эфир пустите?
Журналист взглянул на часы и ответил:
– На местном – где-то через полчаса. В Москве, на канале НТВ, – в шестнадцатичасовых новостях. Потом пойдет по спутниковому в другие страны.
Москва. 3 июня 2000 года. 16.20
Сегодня суббота, и у меня, адвоката, члена Московской городской коллегии адвокатов, законный выходной. Не надо ехать в суды, к следователю. Правда, с утра отдыха не получилось.
Один из клиентов, которого я консультировал по бизнесу, все же выдернул меня в Москву на очередную консультацию. Нет, я против этого ничего не имею. Такая уж работа – иногда приходится работать вечерами, а то и поздно ночью.
Особенно часто это было несколько лет назад, когда я активно работал по уголовным делам. Ночью тебя поднимают с постели. Приходится разыскивать арестованных клиентов по всем отделениям милиции и по изоляторам.
С тех пор многое изменилось. Я перешел на обслуживание бизнесменов, и жить стало гораздо спокойнее, без тех бесконечных переделок, в которые доводилось попадать раньше.
Проконсультировав своего знакомого бизнесмена, я возвращался на дачу. Машина неслась по московской Кольцевой автодороге.
Сейчас, когда эту дорогу реконструировали, ехать тут – сплошное удовольствие. Особенно в субботний день – машин мало, больше простора. Выбирай любую скорость и езжай, ни о чем не думая.
Я решил послушать новости и включил телевизор, находившийся в машине.
Автомагнитола повернулась другой стороной, и появился небольшой экран телевизора «Касио» – подарок одного из банкиров за успешно проведенную консультацию. Настроив свой любимый канал НТВ, я стал слушать последние известия и увидел эпизод, связанный с этапированием уголовного авторитета Татаренкова в Красноярск.
В недалеком прошлом его обвиняли в убийстве моего клиента Александра Солоника. Это было полным бредом. Я был уверен, что они даже не встречались. И жили они в разных местах. Солоник жил в Афинах, точнее, под Афинами, а Татаренков – на севере Греции, в городе Салоники. Но тем не менее интервью привлекло мое внимание.
Отвечая на вопрос, Татаренков сказал, что Солоник жив. От неожиданности я даже остановил машину. Первой мыслью было – зачем они пустили это в эфир? И при чем здесь Татаренков, проходящий по делу Быкова? И при чем здесь Солоник?