Капкан для киллера – 1
Шрифт:
Возможно, конечно, двойник Александра Македонского о многом догадывался. Если не обо всем...
Глава 24
Сразу же после Нового года в Афинах развезло. Началась оттепель, столь обычная в Греции для начала января.
С самого утра небо затянулось свинцовыми грозовыми тучами, и зависли они над греческой столицей надолго. Затяжной ливень хлестал, пригибая к земле голые ветки деревьев. Яркие сполохи молний, зигзагами прорезающие опустившуюся на город мглу, на какой-то миг высвечивали
Эту невеселую картину наблюдал из окна своего гостиничного номера Сергей Свечников.
Вот уже пятый день он находился в Греции. Свечников вылетел из Москвы с четырьмя пацанами, самыми надежными и преданными, по его мнению. План был предельно незамысловат и прост: разыскать кавказского «апельсина» Резо, о котором ему говорил законник Крапленый, взять у него координаты Солоника и установить за домом киллера скрытое, но постоянное наблюдение. После чего, выждав момент, похитить Македонского, вывезти куда-нибудь за город и завалить его на хрен.
Увы, неприятности начались сразу же по приезде. Выяснилось, что «апельсин» Резо и его помощник Мамука застрелены неизвестным или неизвестными незадолго до появления в Афинах урицких. Не нужно было быть провидцем, чтобы понять, чьих рук это дело.
С одной стороны, такой поворот событий, конечно же, не внушал Свечникову оптимизма: вроде бы, кроме Резо, никто не мог вывести его на след Солоника. С другой – это косвенно подтверждало, что неуловимый Македонский действительно обитает в Афинах, может быть, где-то совсем рядом. Кому еще, как не ему, выгодно ликвидировать нежелательных свидетелей?
Как бы то ни было, но Свеча начал поиски. Он и его пацаны побывали едва ли не во всех заведениях, посещаемых как осевшими здесь, так и приезжими русскими: на оптовых рынках, в меховых магазинах, ночных клубах, ресторанах и на дискотеках. Пацаны осторожно, стараясь не вызывать подозрений, опрашивали и русских танцовщиц в стриптиз-барах, и греков-репатриантов из бывшего Советского Союза, и даже рабочих бензоколонок.
Никто ничего не знал. Русские вообще предпочитали не вступать в контакт с этими бритоголовыми качками, выразительные лица и пудовые кулаки которых внушали самые худшие подозрения. Что касается греков, то они, рассматривая фотографии Солоника, предусмотрительно привезенные из Москвы, лишь белозубо скалились и отрицательно качали головой: «Охи!» – что означало – нет, ничего о нем не знаем.
Как известно, отсутствие результата – тоже результат. Свеча, вспомнив о быках, оставшихся после гибели Резо, решил разыскать кого-нибудь из них. Наверняка они могли знать куда больше, чем стриптизерши и мелкие торгаши дешевыми мехами!
Именно к одному из таких людей Свечников послал Мустафу и ожидал его с минуты на минуту.
Гольянов немного запаздывал, и это заставляло бригадира нервничать. Слишком уж многое зависело от этой поездки, слишком большая ставка была поставлена на кон в этой игре...
Наконец
– Это Гела, – представил Мустафа гостя. – Он с Резо работал...
Хозяин номера приветливо улыбнулся, стараясь произвести самое выгодное впечатление – грузин мог вывести на след.
– Присаживайся, братан, – произнес Свеча и, не придумав, как продолжить беседу, кивнул в сторону окна, по которому беспорядочными траекториями стекали дождевые струи. – Ну и погодка...
– У нас в Аджарии и хуже бывает. – Тот, кого Мустафа назвал Гелой, закурил от предупредительно поднесенной зажигалки.
– Братишка, устал? Чего хочешь? Может быть, выпить? Закусить? Или куда съездим, телок снимем, порезвимся?
– Да нет, времени мало, – вздохнул гость. – Мне в магазин надо.
– К своему барыге, бизнесмену? – понимающе улыбнулся Свеча.
– Да нет, торговать...
Свечников выразительно поглядел на Мустафу, и тот прочитал в этом взгляде: мол, ты чего, кого ты ко мне привел? Разве нормальный пацан занимается торговлишкой?
Мустафа за спиной грузина лишь пожал плечами. Какая разница, чем он занимается? Главное, что этому Геле что-то известно.
– Для чего мы, значит, сюда приехали? Тут такая ситуация. – Свечников мгновенно сориентировался, как ему следует беседовать с этим торгашом, который наверняка не прочь закосить под крутого бандита. – Был на Москве один сучонок, Солоник его фамилия, а погоняло – Македонский. Киллер долбаный, козлина, много уважаемых людей завалил, много горя после себя оставил. Бобона, Мишу Глодина, Калину и Отарика тоже, говорят, он. А главное – братана моего, Валеру, застрелил. О Глобусе, часом, никогда не слышал?
Гела испуганно заморгал глазами. Видимо, уже жалел о своем согласии помочь этим бритоголовым. Одно дело – изображать из себя крутого мафиози перед закошмаренными челноками из российской провинции, да еще при поддержке вора в законе Резо, совсем другое – вот так вот напрямую общаться с московскими бандитами. В том, что перед ним настоящие, патентованные бандюги, сомневаться не приходилось.
– Что-то слышал, – произнес грузин уклончиво. И тут же нашелся: – Говорят, очень уважаемым и авторитетным человеком был.
– Вот мы и хотим наказать его убийцу, киллера этого, – ухмыльнулся Свеча. – Кровник он мой, понимаешь?
– Понимаю.
– Получается, что он и ваш кровник, – прищурился гость из Москвы. – Пахана вашего завалил, неужели простите ему? Ведь тем самым он вроде бы всех вас оскорбил, а за такие вещи надо отомстить.
Кавказец дипломатично промолчал. Вопрос, заданный московским бандитом, прозвучал слишком откровенно.
– А Резо ваш, земля ему пухом, вроде бы как пробил, где Македонский живет? – давил на грузина Свеча. – Как раз перед смертью? Было такое?