Капитан Пересмешника
Шрифт:
Я бродил по улицам до самого вечера, неосознанно даже для самого себя принюхиваясь и прислушиваясь, по старой привычке, подмечая детали и темные переулки, неслышно ступая по каменным мостовым, вглядываясь в лица прохожих, стараясь расслабиться, сбросить с себя события последних нескольких месяцев. Ожидание было моим привычным спутником на протяжении почти десяти лет и я, пожалуй, все никак не мог поверить, что оно вот-вот закончится.
Даже если я безнадежно опоздал.
Я просто устал от ожидания.
Но завтра все прекратится. Так или иначе. Осталась последняя ночь.
На постоялый двор я вернулся за полночь, по привычке внимательно оглядывая помещение прежде, чем войти.
Ничего необычного, ничего удивительного: пьяные матросы и сговорчивые хихикающие девицы. На мое счастье в самом углу рядом с лестницей оставался пустой стол.
— Чем могу служить благородному господину? — пропела одна из подавальщиц, тут же подскочив ко мне, стоило мне опуститься на стул.
— Говорят, у вас хорошо готовят бесхребетника?
— Да, господин, наш повар просто волшебник, — ослепительно улыбнулось юное создание.
— Тогда его, хлеба свежего и кувшин эля.
— А больше господин ничего не желает, после того, как утолит первый голод? — лукаво улыбнулась она, не сводя с меня глаз. Я не смог удержаться и хохотнул пару раз, немало смутив этим прелестницу.
— Извини красавица, я волк несвободный, — развел я руками.
— Что ж у меня всегда остается надежда, так ведь? — подмигнула она и побежала выполнять мой заказ.
Бесхребетник действительно был неплох, эль не отдавал уксусом, а хлеб почти таял во рту. Я даже не понимал насколько был голоден, пока перед моим носом не поставили тарелку с едой.
Я ел, а упрямое сознание продолжало фиксировать отголоски разговоров, шорохов и звуков. Все-таки отвык я от спокойной жизни.
— Врешь! — громкий возглас одного из моряков заставил чуть повернуть голову в его сторону.
— Морскими девами, клянусь, — ответил его собеседник, уже достаточно набравшийся. — Говорят, суман назад видели возле Гарии.
— И кто стал жертвой?
— В том то и дело, что пока никто, — продолжали матросы, а я сам не понимая почему, начал слушать внимательнее.
— Пересмешник никогда не плавал в Адарских водах, — хмыкнул первый моряк. — Совсем ты допился!
— Вот посмотришь, — стукнул кулаком по столу первый. — Снова ублюдки кого-то пустят на корм рыбам.
— А ведь и правда, давно от них вестей не было, — подключился к их беседе еще один мужчина за соседним столом. — Если то, что говорит твой друг правда, убираться надо да поживее. Через дня три здесь будут.
— Не будут, — тряхнул головой первый, — говорят, ждут они кого-то. Кого-то конкретного, вот и тянут
— И то верно, если суман уже прошел, а они еще ни на кого не напали, точно выжидают.
— Совсем вы допились, скоро морских духов видеть начнете, — расхохотался второй матрос. — Да никогда Пересмешник не заходил в Адарское море.
— Посмотришь, — буркнул первый мужчина и, пьяно пошатываясь, поднялся на ноги.
Я же закончил ужин и поднялся к себе, намереваясь тут же уснуть, но уснуть не получалось. Ничего удивительного, я привык бодрствовать по ночам, а днем отсыпаться.
Я проворочался в кровати до самого утра, где-то к рассвету полностью распрощавшись со сном. А как только солнце поднялось, вылетел из таверны.
Корабль Корского должен был вот-вот причалить, и я готов был рыть землю когтями от нетерпения. Кажется, только сейчас я действительно понял Кристофа.
Но прошло пол оборота, оборот, а их все не было. Жан ошибся? Облажался? Вернусь, ноги вырву.
Я истоптал причал, явно пугая хмурой рожей матросов, торговцев рыбой и местных шлюх. Да где же они?
Спустя полтора оборота к одному из пирсов, наконец, пришвартовался Змей. Вот только корабль я не узнавал. На литкралле что дали мне, это был величественный трехмачтовый флейт, а передо мной сейчас стояло старое корыто с потрепанными парусами и дырами почти по всему корпусу. Мостик опускать матросы не спешили.
Что у них произошло?
Я потоптался возле корабля еще четыре вдоха, а потом просто запрыгнул на палубу. Оборотнем быть хорошо, быть магом хаоса просто отлично. Иногда. В очень редких случаях.
Под ногами разбитые бочки, капли крови, чей-то отрубленный палец, битое стекло и запах страха. Стойкий и неимоверно раздражающий. Я чуть изменил форму и принюхался. Будущий тесть, его сын, запахи матросов, кока, кофе и чего-то сладкого, а вот запах Дарины был едва различим, почти неуловим.
Глухое рычание помимо воли сорвалось с губ, я сбросил звериную суть, несколько раз встряхнулся, чтобы вернуть себе ясность мышления, стараясь глубоко не дышать. Огляделся, прислушался, тихо подкрался к капитанской каюте и дернул дверь на себя. Ручка осталась в руках.
На меня уставились пять пар глаз, в том числе и барона. Август медленно поднялся из-за стола, так же медленно вынул шпагу, нервно сглотнул. Неверное решение, в корне неверное.
Я сплюнул на пол и откинул капюшон куртки.
— Успокойся лис, — мужик выглядел потрепанным, левая рука была перебинтована. — Я всего лишь хочу получить обещанное.
— Железный волк? — глаза Корского недоверчиво сощурились, тень узнавания скользнула по его лицу, а потом он просто упал назад в кресло и, закрыв лицо руками, рвано расхохотался.