Канонир Кейд. Дилогия
Шрифт:
– Все не так, мистер Бреннер,- терпеливо ответил Джим.- Почему бы вам не выслушать меня до конца? Доктор сказал, что Санни нуждается в маркаине, а он знает, что говорит. Для него это лекарство, вроде витаминов. Вы же не станете отбирать витамины у маленького ребенка?
Грэхэм громко хмыкнул. Джим услыхал и в гневе повернулся к журналисту:
– А вам вообще нечего лезть в наши дела! С тех пор как вас сюда занесло, у нас одни только неприятности. Могли бы не вмешиваться, когда посторонний человек пытается с кем-то договориться по-хорошему. Хоть вы и знаменитость, но вежливости вам определенно не хватает! Воспитанный человек никогда не станет
Закончив свою отповедь, Джим снова обратился к Бреннеру:
– Вы знаете, наверное, что деньги у нас тут не в ходу, иначе мы с Полли отдали бы вам все, что у нас есть. Я знаю, что этот ящик принадлежит вам и никто не имеет права на него претендовать. Но я и моя жена готовы работать на вас сколько потребуется, пока не покроем ваши убытки. Надеюсь, Совет поймет нас и не будет препятствовать. Вы ведь отпустите нас, правда, Тони? А вы что скажете, Мими?
– Все это очень трогательно, приятель,- проворчал Бреннер,- но раз ты ничего не хочешь понимать, дальнейший разговор бесполезен. Этот контейнер я в любом случае забираю с собой, как важнейшую улику в совершенном преступлении.
– Мистер Бреннер,- глухо заговорил Джим,- вы не уйдете с этим ящиком дальше порога. Он нужен Санни. Вы тоже не хотите ничего понимать, поэтому я вынужден так поступить. Отдайте его мне сейчас же!
Он шагнул к Бреннеру и протянул к контейнеру свою огромную лапищу.
– Так как же насчет моего предложения, мисс Джонатан?
– с подчеркнутой вежливостью обратился магнат к Мими.
– Два с половиной миллиона, учитывая открывшиеся обстоятельства,- весьма разумная цена. Ваш новоиспеченный папаша с его повышенной тягой к маркаину будет, без сомнения, безумно рад получить свою долю.
– Вот ты сейчас увидишь, как я ее получу!
– прорычал Джим, делая еще шаг вперед. Теперь их разделяло не больше трех ярдов.- Быстро давай сюда яшик!
Бреннер по-прежнему не сводил откровенно издевательского взгляда с Мими Джонатан. Кендро приблизился к нему еще на один шаг.
– Нет!
– предостерегающе закричала Анна, качнувшись в сторону Джима.
Бреннер отпрыгнул назад, и в руке у него появился пистолет.
– Эта штука полностью автоматическая,- предупредил он, водя стволом из стороны в сторону.- Если я нажму курок, он будет палить, пока я не уберу палец или пока не кончатся патроны. А их здесь достаточно, чтобы превратить в решето каждого из вас. А теперь слушайте сюда! Я сейчас ухожу и забираю с собой мою собственность. Если кто-то попытается меня остановить, я пристрелю его с чистой совестью, так как по закону имею на это полное право. Вам всем хорошо известно, чьи отпечатки пальцев обнаружат власти на этом контейнере! Я поймал вас с поличным, мои дорогие, и я не сомневаюсь, что мой старинный приятель комиссар Белл благосклонно прислушается к моим доводам.
– Так вы все-таки собираетесь выкинуть нас с Марса, не так ли, мистер Бреннер?
– чистым, мелодичным голосом спросила Мими.
– Вы так упрямы, что ничего другого, боюсь, мне не остается.
– Вы хотите сказать, что нас всех вышвырнут с планеты и никто из колонистов больше никогда сюда не вернется? А наши труды и жертвы пойдут прахом в угоду вашим прибылям?
– Если угодно, можете считать так,- сердито буркнул Бреннер, все еще не понимая, куда она клонит, и от этого раздражаясь только сильнее.
Низкий, звериный рев вырвался из горла Хенка. Слова Мими сыграли роль катализатора в психологическом кризисе, назревающем в его затуманенном
В комнате воцарилось тягостное молчание, нарушаемое лишь отчаянным ревом Кендро-младшего, напуганного громом выстрелов. Мими бессильно прислонилась к стене. Ее тошнило. В полузабытьи она слышала обрывки фраз, чьи-то голоса, среди которых выделялся знакомый голос доктора:
– …трахея сплющена, как от удара молотом… шея сломана… сквозное ранение брюшной полости… две пули в сердце…
Мими задрожала и закрыла глаза. Теперь ей до самой могилы нести этот грех и эти воспоминания на своих плечах.
ГЛАВА 26
– Пойдем со мной, Полли. Нечего тебе здесь делать,- приговаривал Джим Кендро, подталкивая жену с ребенком на руках к двери в кабинет.
В окна палаты заглядывали лица любопытных, привлеченных звуками стрельбы. Снаружи послышался зычный голос Ника, разгоняющего столпившихся на крыльце людей:
– Дайте пройти, черт побери! И убирайтесь подальше от этой двери!
– Он втиснулся внутрь, захлопнул за собой дверь и задвинул щеколду. Затем бросился к окну и задернул занавески.- Кто тут у вас палил? Я шел себе спокойно по улице за обещанным Джо образцом, как вдруг слышу выстрелы… Надеюсь, никто не пострадал?
– Напрасно надеетесь, мистер Кантрелла,- сухо заговорил Грэхэм, приподнявшись на локте. Это усилие стоило ему болезненной гримасы, но журналист продолжал: - Несколько минут назад в этой комнате произошло убийство. Очень полезное убийство для некоторых заинтересованных лиц. Убийца - Хенк Редклифф, которого ваши сограждане, несомненно, сочтут героем, ценой собственной жизни избавившим мир от негодяя и отравителя Хьюго Бреннера.- Он сделал паузу и восхищенно выругался:- Черт возьми, это же мировая сенсация! “Убийство маркаинового короля Бреннера” - специальный репортаж с места преступления очевидца и вашего специального корреспондента Дугласа Грэхэма! Конкуренты с ума сойдут от зависти. А что, Бреннер разве не знал, кто я такой?
Мими смущенно потупилась.
– Я не стала ему говорить,- призналась она.- Сама не знаю почему.
– Э-э, да на тебе лица нет!
– воскликнул Тони, только сейчас заметив, что главный администратор колонии еле держится на ногах.- Это Бреннер тебя так достал?
– Он самый!
– хмыкнул Грэхэм.- Боже, как они торговались! Кстати, друзья мои, позвольте вынести сердечную благодарность тому или тем из вас, кто постарался уложить меня на эту койку. Благодарю вас от всей своей порочной и циничной репортерской души! Перенесенные мной побои - совсем недорогая плата за возможность лежать здесь и слушать каждое слово, прозвучавшее в соседней комнате.
– Не знаю, кто тебя разукрасил,- угрожающе начал Ник, с решительным видом приближаясь к больничной койке,- но если ты вякнешь еще хоть слово…
– Охолонись, Ник! Ты же не знаешь, что он слышал. Грэхэм явно испугался, но не отступил.
– Ты только притворяешься, что не знаешь, кто меня бил!
– воскликнул он обвиняющим тоном.- Все вы такие - напакостили и в кусты!
Ник сжал кулаки, но тут вмешалась Анна, которой понадобилось до предела напрячь голос, чтобы перекричать поднявшийся всеобщий гвалт.