Канкан для братвы

Черкасов Дмитрий

Через сорок минут на стол к районному прокурору легли остро пахнущие ацетоном бланки, заполненные ядовито-зелеными строчками постановлений о привлечении трех граждан в качестве подозреваемых по уголовному делу за номером 390229. Прокурор удивился насыщенному цвету букв, но санкции подписал.

На квартиры к сторожам с автостоянки, на которой Саша-Носорог держал свой «BMW», и к дворнику, подметавшему тротуар перед подъездом дома, где проживал Печенкин, выехали оперативные группы.

* * *

Лысый, в миру – Роман Альтов, ткнул пальцем в запорошенную снегом вышку, с которой летом прыгали привязанные за ноги бесстрашные

отдыхающие, и причмокнул.

Головы Пыха и Мизинчика повернулись в сторону неработающего аттракциона.

– Это, блин, идея, – весомо сказал Лысый. – Пока братаны будут с одной стороны подходить, мы, типа, с другой.

– Конкретно, – подтвердил Мизинчик, вдавливая педаль тормоза.

Серо-зеленый «Ford Expedition» встал точно напротив деревянного пирса, уходящего почти до середины озера.

– А получится? – Пых перегнулся с заднего сиденья.

– Если, блин, рассчитать все грамотно, то получится, – кивнул Лысый.

– А где мы специалистов возьмем? – поинтересовался Мизинчик. – Щас зима, их тут нет никого...

– Спокуха! – Лысый достал телефон. – У меня возле «Премерзкой» [8] чувачок знакомый живет. Так он, это, первый в городе «тарзанку» поставил... Поможет разобраться... Э, Слава?.. А кто?.. Славу позови сюда... Здорово. Ты мне нужен... Ага, сейчас... Лады, – браток спрятал трубку в карман. – Поехали. Ждет...

8

«Премерзкая» – станция метро «Приморская». Здесь и далее: «Проспект Ветеринаров» – «Проспект Ветеранов»; «Авеню Картавого» – «Ленинский проспект»; «Новоеврейская» – «Новочеркасская»; «Бухалкино» – «Обухово» и проспект Обуховской обороны; «Саши-Арапа» – «Пушкинская»; «Площадь Мужеложства» – «Плошадь Мужества»; «Маньяковская» – «Маяковская»; «Проспект Извращений» – «Проспект Просвещения»; «Скверик Трупа» – «Площадь Ленина»; «Браконьерская» – «Рыбацкое» и т.д. Наиболее сильной трансформации в питерском сленге подверглось название станции метро «Озерки». Сначала, после заселения окрестных домов «лицами кавказской национальности» и развернувшейся в связи с этим масштабной лоточной торговли, «Озерки» стали называть «Азерки» или «Азерочки», а затем и вовсе «Чурбанарий».

* * *

Рыбаков дозвонился до Воробьева и был тут же приглашен в гости. Никаких отговорок вроде предновогодних забот, необходимости навестить родителей и купить что-нибудь к празднику Андрей даже слушать не стал.

Правда, Денис особенно и не спорил. Договорились на двадцать девятое декабря. Воробьев пообещал организовать горячие мясные блюда, семейство визитеров взяло на себя холодные закуски и фрукты. В середине разговора Рыбаков упомянул о необходимости получить консультацию по одному уголовному делу, на что бывший военный прокурор отреагировал крайне благожелательно.

Андрей не отказывал себе в удовольствии попинать российских ментов и выставить их полными идиотами.

Глава 2

СТРАНА БУХИХ

– ...И вообще, дискутировать с большинством наших судей об уровне интеллекта следователя – только зря время терять, – Андрей Воробьев смешал в высоком тонкостенном стакане джин с тоником, бросил туда пару кусочков льда и воткнул соломинку. – Ибо умственные способности нынешних судей, за редким исключением, находятся в зачаточном состоянии. Где-то между рефлексами ленточного червя и амбициями

хохла-сержанта в стройбате... По нашим дурным законам все решения в процессе судебных слушаний принимаются судьей единолично, вне зависимости от их важности. Естественно, кроме приговора. Судья может отказать в любом ходатайстве, в вызове любого дополнительного свидетеля, в производстве экспертизы...

– Но все это остается в протоколе, – Денис прервал монолог приятеля.

– Безусловно, – экс-военный прокурор присосался к трубочке и за раз выхлебал четверть стакана. – Протокол – великая вещь. Если в деле заявлено несколько оставленных без удовлетворения ходатайств, то защита имеет все шансы на апелляции и повторные слушания в суде более высокого уровня. И так до бесконечности.

– Мы сейчас говорим о суде, где будет решаться вопрос об изменении меры пресечения, – напомнила Ксения.

Воробьев вскочил и прошелся по комнате, заложив руки за спину и поблескивая очками. Со стороны могло показаться, что он на собственном примере демонстрирует правила передвижения арестованных по коридорам следственного изолятора.

– Суд есть суд. Без разницы, что он рассматривает. Просто в данном конкретном варианте могут обойтись даже без кивал [9] . И заседание продлится от силы минут десять...

– Нам как выгоднее? – прищурился Рыбаков.

– Не понял, – Андрей оперся на спинку стула.

9

Народный заседатель в суде (жарг.)

– Растянуть заседание или укоротить?

– Естественно, растянуть. Кстати, в каком районе это будет происходить?

– В Центральном...

– Так-так-так, – Воробьев ухмыльнулся. – С председателем суда я неплохо знаком. В принципе, можно его попросить, чтобы он указал судье на необходимость внимательного рассмотрения...

– Сколько это будет стоить? – тут же отреагировал Денис.

– Нисколько, – экс-прокурор махнул рукой. – Там нормальный мужик. Правильный.

– Нам бы еще делишки уголовные разделить, – мечтательно заявил Рыбаков. – Бандитизм отдельно, пиратство и незаконную порубку – отдельно...

– И не думай, – Воробьев уселся верхом на стул. – Раз соединили, обратного пути нет.

Денис критически посмотрел на приятеля.

– Ты знаешь, как называется та поза, в которую ты уселся?

Воробьев бросил взгляд на свои ноги и с подозрением уставился на ехидного Рыбакова. Склонность Дениса к дурацким розыгрышам и проведению фрейдистских аналогий была общеизвестна.

– Нет, а что?

– Серьезно, не знаешь?

– Не знаю, – четко произнес Андрей. – По-моему так сидит один телеведущий, обожающий слово ВЦП «однако»... А в чем, собственно, дело?

– Какашка он небритая, а не телеведущий, – выдал Рыбаков. – А вот что касается позы, то, согласно классификации известного психолога Райха, она называется позой «стеснительного онаниста».

Воробьев мгновенно развернулся на стуле и положил ногу на ногу.

– Так, надеюсь, нормально?

– Так нормально...

– Почему «стеснительный онанист»? – заинтересовалась Ксения.

– Широко раздвинутые ноги говорят о подсознательном желании явить всему миру свое мужское достоинство, – объяснил Денис. – Но индивидуум не уверен в своих силах, поэтому все же прикрывает причиндалы спинкой стула. Хотя я лично обозначил бы данное кокетство «позой стеснительного эксгибициониста». Более точное определение...