Кандидат
Шрифт:
— Прости, что? — мои глаза расширились.
— Спокойно. Нет нужды нервничать из-за так называемого физического оскорбления. Потому что это было не оскорбление.
— Тогда просвети, что это было.
— Тай — защитник. Поэтому он вступил в армию и поэтому пошел в охрану. Его не привлекают сильные и независимые женщины, вроде тебя. Он хочет найти ту, которую сможет спасти.
— Это заслуживает высокой оценки.
— Тай хороший парень.
— Ты проницателен, раз заметил это.
Баррет ухмыльнулся
— Я могу быть очень проницательным.
— Не порть момент.
— Хорошо. Ладно. Расскажи мне о чем-нибудь.
— Если только не о сексе.
Баррет фыркнул.
— Не в этот раз, — вытерев рот салфеткой, он спросил. — Как человек, выросший в джунглях, решил получить диплом по политологии?
— Я выросла не в джунглях, как ты выразился. Конечно, летние каникулы я проводила за границей, но все остальное время жила в Штатах. И мы не всегда ездили в джунгли.
— Признаю свою ошибку, но, тем не менее, это должно было сформировать твою личность и помочь определиться с будущей профессией.
Я кивнула.
— Мы повидали много нищеты как здесь, так и в других странах. Мне хотелось найти способ им помочь. Поскольку меня тошнит от вида крови, я, конечно же, не могла быть доктором или медсестрой. А потом первый курс, в кампусе проводили политический митинг в поддержку одного из кандидатов в губернаторы. Стоя там и смотря на всех этих людей, я осознала, чем могла помочь. Я могла поддержать политика, который бы работал в интересах людей.
— И ты все ещё не разочаровалась?
— Иногда бывает, — я пожала плечами. — В конце концов, я просто пытаюсь сосредотачиваться на том хорошем, что мы сделали, а не на всего лишь обещанном.
— И все закончилось работой координатора волонтёров в кампании моего отца?
— На самом деле, это произошло, потому что я отчаянно нуждалась в работе.
— Почему это? — нахмурившись, спросил Баррет.
— Ну, это длинная и какая-то убогая история, которая привела меня в кампанию твоего отца.
Его голубые глаза загорелись.
— У нас целая ночь.
— Только потому, что тебе нравится мысль о чем-то грязном, — рассмеялась я.
— Ты уже так хорошо меня изучила.
Сделав глубокий вдох, излила ему душу, рассказав об истории с Уолтом и его отцом.
— Что за мудак, или, я должен сказать, мудаки, — Баррет медленно покачал головой.
— Интересно услышать это от тебя.
— Эй, да будет тебе известно, я никогда не изменял женщинам, — возразил он.
— Это в тебе говорит нравственный долг или факт о том, что ты никогда не встречался с ними настолько долго, чтобы изменить?
— Туше, — с улыбкой пробормотал Баррет.
Я отставила полупустую тарелку с лазаньей и придвинула к себе десерт.
— Выглядит вкусно, — заметил Баррет.
— Да, это
— Да.
— Да? Таким манерам тебя обучили в средней школе? — дразня, спросила я.
— Пожалуйста? — Баррет неодобрительно посмотрел на меня.
— Намного лучше, — отрезав ещё кусочек, я перенесла вилку через стол к открытому рту Баррета.
— Боже, это вкусно, — он едва закончил жевать, прежде чем подняться с кресла.
— Куда ты?
— Взять нам ещё штук двенадцать.
— Ты действительно думаешь, что нам нужно так много? — рассмеялась я.
— Может быть, поделимся с Таем.
Я закатила глаза, когда Баррет причмокнул и смёл остатки десерта с моей тарелки, прежде чем вернулся.
— Хочешь ещё? — спросил он, зарываясь в коробку.
— Я, кажется, наелась.
Парень быстро справился с одним в руке.
— Готова возвращаться?
— Конечно.
Только поднялась с кресла, как рядом возник Тай.
— Мы едем прямо в отель или будут ещё другие остановки?
— В отель.
Тай кивнул, прежде чем направиться к входной двери. Когда он счел выход безопасным, махнул нам. И снова наступал нам на пятки. Мы едва поднялись по дороге, когда зазвонил телефон Баррета и он потянулся к карману, чтобы его достать.
— Будь я проклят.
— Что?
— Мы уже на TMZ.
— Типа сплетня на TMZ? — я застыла на тротуаре.
— Да.
— Как это вообще возможно? Твой отец начал раньше и уже сделал объявление?
— Нет. Он бы дал нам знать.
Покусывая нижнюю губу, наблюдала, как Баррет пристально смотрел в экран.
— Что они говорят?
— Сама посмотри, — Баррет протянул мне свой телефон, и я вздохнула от вида нескольких размытых фотографий с нашего ужина в «Руссо».
Самым большим было фото, где я кормила Баррета своим десертом. У нее ещё был заголовок: «Голого Каллагана поймали за дегустацией деликатесов неизвестной брюнетки в Вашингтоне. Эти новости определенно заставят его последнюю пассию — оперную диву Евангелину Петскову, запеть по-новому. Этих двоих только вчера видели, сходящими с частного самолета в Лос-Анджелесе».
Внезапно факт о том, что я появилась на TMZ в своей потрепанной футболке померк в сравнении с тем, что меня окрестили другой женщиной.
— Ты был вчера с ещё одной женщиной? — спросила я. Понадеялась, что это все было ложью. В конце концов, TMZ был сайтом сплетен.
— На самом деле, я был с ней сегодня, — Баррет подмигнул.
— Не могу в это поверить, — я обратно сунула ему телефон.
— Сбавь обороты. Восемь часов назад я даже не знал о твоем существовании. Я знал о брачных планах отца на меня не больше твоего.