Камеристка
Шрифт:
– Конечно, друг мой, – Эйнар усмехнулся. – Оплачу как-нибудь в другой раз.
Сирша открыла было рот, чтобы отметить опрометчивость такого выбора, ведь денег ни у кого из них и в помине не было. Узнав об этом, – она уверена – портной немедленно выставит их за дверь, если не огреет кочергой.
Однако Войтто как-то слишком шумно вздохнул и вновь полез за прилавок.
– Твой долг мне сможет оплатить разве что сам государь Ансгар, храни его Укко.
Наконец он выложил на столешницу свёрнутую серую
– Запишу на твой счёт.
– В один прекрасный день я верну тебе долг, мой добрый Войтто, – Эйнар подмигнул Сирше и забрал свёрток.
Девушка подумала, что подобный диалог регулярно происходил между мужчинами, причём с минимальной вариативностью фраз.
– Ты из меня верёвки вьёшь, юноша, – пожаловался портной и протянул руку для пожатия. – Смотри, на Юханнус жду от тебя богатого улова!
– Будет сделано.
Обменявшись ещё парой любезностей и также раскланявшись с Сиршей, портной ушёл за гардину, а путники – на крыльцо.
Девушка надела плащ, натянув капюшон на голову. Она решила не уточнять, почему рыбак назвался другим именем, несмотря на то что они с Войтто казались достаточно близки. Для простолюдина подобная скрытность и вовсе выглядела странно. Правда, куда больше её волновало другое.
– Что не так с моим внешним видом?
Она сошла со ступенек и позволила себе посмотреться в придорожную лужу: новое одеяние почти полностью скрывало лицо.
Эйнар поднял брови, словно она ляпнула какую-то глупость.
– Как же ты приплыла на Ниметон, совсем не ознакомившись с нашей культурой? – удивился он.
Сирша сложила руки на груди и нахмурилась, ожидая дальнейших разъяснений.
– Ты рыжая, – он посмотрел поверх её капюшона. – Светловолосых у нас тут не водится, а к рыжим всегда относятся с недоверием, это ещё мягко сказано. Так что, коли не хочешь привлекать лишнее внимание к своей персоне, капюшон лучше не снимай.
– Тогда почему плащ, а не шаперон? Сейчас лето, жарко.
Рыбак вздохнул.
– Женщины у нас носят платья, если ты не заметила, – он многозначительно кивнул в сторону прачки, шедшей к реке. Девушке было неудобно идти по грязи в длинной юбке, и она подоткнула её со всех сторон, выглядя при этом, как баба на чайнике. Сирша сочувственно проводила её взглядом.
– А что, такое чудо как брюки до вас ещё не дошло?
Эйнар ухмыльнулся.
– Брюки, как ты выразилась, у нас носят только мужчины или куртизанки.
Сирша оскорблённо фыркнула, явно недовольная сравнением.
– Я даже близко не похожа на путану!
– Потому что я купил тебе плащ…
Девушка уже была готова совершенно не по-дамски разразиться проклятиями, но Эйнар засмеялся и поднял руки в примирительном жесте.
– Вы, миледи,
Сирша удивилась столь высокопарному слогу: рыбак, который пару часов назад едва мог связать два слова, теперь выражался как придворный джентльмен.
«Да, этот парень – тёмная лошадка. Надо быть начеку».
Вслух она ничего не сказала, решив, что лучше не спорить.
Довольный такой покладистостью, рыбак вновь взял её под локоть.
– А теперь надобно нам сыскать ночлег, – он задумался на мгновение, но вскоре уже уверенно зашагал в центр городка, как могла догадаться Сирша, в сторону рыночной площади. Она снова бросилась следом, про себя сетуя на невысокий рост и, как следствие, маленькие ноги.
Спустя примерно сто шагов они свернули в очередной проулок и вышли на главную улицу.
Таверна «Нарвал» стояла особняком чуть поодаль от лавки ростовщика.
– Но ведь у нас все ещё нет денег, – напомнила рыбаку девушка, тяжело дыша от столь быстрой ходьбы. – Или мы идём в гости к очередному твоему знакомому? Как ты представился на этот раз? Может, Свир?
Рыбак толкнул дверь в таверну и притворно задумался:
– А что… звучит!
Жестом пригласив раздосадованную спутницу вперёд себя, он поправил капюшон на её голове.
В заведении было ожидаемо шумно и многолюдно. Туда-сюда сновали две девочки с подносами в одинаковых красных передниках, разнося пиво и закуски. За стойкой стоял седой бородач и натирал полотенцем и без того блестевшие стаканы. Таверна буквально кричала благополучием и популярностью.
Эйнар так и остался стоять на пороге, выискивая кого-то глазами. Наконец он довольно усмехнулся и, взяв Сиршу за локоть, потащил её вглубь зала.
За центральным столом сидела уже не молодая женщина в меховом жилете и пышных юбках. Её брови были неестественно чёрными, а губы и веки намазаны чем-то красным. В руках она веером держала карты, а в зубах – трубку.
Не успели они подойти, как женщина подняла глаза и тут же встала.
– Господа, вынуждена вас ненадолго покинуть.
Мужчины за столом понимающе закивали, кое-кто незаметно вздохнул и попросил ещё пива.
Хозяйка (а это точно была она) подошла к рыбаку и раскрыла руки для объятий.
– Эйфорд, сокол мой!
Рыбак обнял женщину, и они расцеловались.
– Орла, сегодня мне снова нужно тихое место для ночлега. Позволь представить тебе мою спутницу.
Он шагнул в сторону, открывая Сиршу взору хозяйки.
Девушка вежливо кивнула.
– Сара, мэм. Приятно познакомиться.
Эйнар неодобрительно нахмурился, на что она невинно улыбнулась.
Орла расплылась в улыбке, сверкнув золотым клыком.