Каменные сердца
Шрифт:
**
Джо не мог в это поверить. Он стаскивал ветки, сухие листья и прочий растительный мусор, обильно устилавший подножье зана, в выемку меж двух узловатых корней. Вроде бы он читал статью об этом дереве в каком-то журнале: называлось оно вовсе не «зан», а Старый Лоран, и относилось, кажется, к семейству буковых. С ним еще связывалась полумифическая история, в которой смешались магия, злодеи-гангстеры и, естественно, влюбленная парочка. По мнению Джо, откровенная чушь, выдуманная ради привлечения туристов в округ. Ну не было в его мире ни привидений, ни колдовства, ни туве, в конце концов! Равно как и необходимости вить гнезда, чтобы переспать с какой-нибудь аппетитной милашкой. Вот танцевать —
Вокруг начинали загораться фонари — тусклые разномастные светильники внешнего города. На окраинах развели костры, хорошо заметные с высокого холма, на котором обосновался в глубокой древности Лоран, тогда еще совсем не старый. Из «Лысой игуаны» доносились бренчанье расстроенного пианино и нестройный гул пьяных голосов. Где-то в районе стоянки тоскливо плакала скрипка. Случайные прохожие с нескрываемым интересом косились на Хайда, однако не мешали ему, очевидно, принимая за подрывника. Старый Лоран оказался слишком крепок для хилых шинкэтских бульдозеров и бензопил, поэтому его предполагалось свалить хорошим зарядом взрывчатки.
Устало вздохнув, Джо присел у почти законченной конструкции. Последние отблески заката погасли, позволив звездам озарить одинокий холм, дерево и человека. Озарить сиянием, рожденным тысячелетия назад. Жухлый листок спланировал на затылок Джонатана, заставив его вздрогнуть. Хайд повертел лист в руках: громадный, похожий на дубовый, скрутившийся в трубочки по краям. Зачем он все это делает? Туве превратилась для Джо в навязчивую идею. Желание обладать ею (или по-простецки — завалить сосочку) занимало большую часть его помыслов, начиная со знакомства. Но чем девица была для него на самом деле? Хороший вопрос. Недоступная, обаятельная, бесстыдно сексуальная… Нет, последнее он приписывает ей из-за стиля одежды. Туве не принадлежала к категории девчонок, вслед которым оборачивались на улице и в подземке. Или принадлежала? Во всяком случае, Джо ее хотел.
В жизни каждого мужчины хоть раз появлялась женщина, занимавшая все его мысли ровно до момента, когда удавалось наконец с ней переспать. Сразу после интерес сменялся равнодушием, а иногда и откровенной неприязнью. В юности Джо не единожды сталкивался с подобным. Да что уж там в юности! Едва он спустил в Элейн, как ее размалеванная шлюшечья рожа начала вызывать у него тошноту. Если только он ничего не путал, это (не тошнота, разумеется, а такая реакция вообще) коренилось в глубине мужского подсознания. Задача человеческого самца не нежиться в объятиях самки, а кормить род, продолжать род с другими партнершами, расширять территорию рода. Не закончится ли с Туве также? Она пробудила в Джо ту жгучую похоть, которую давно не пробуждали в нем женщины, но вдруг это лишь результат переизбытка свободного времени? Его работа, хобби, немногочисленные приятели, Феора и родители — весь его гребаный мир! — исчезли, растаяли, как песочный замок в приливной волне. И в Джонатановой опустевшей башке поселились упругие сисечки и плоский животик (и ушки, не забывай про ушки!) рыжей дикарки.
Тем не менее Хайд решил, что дело не только в этом. Туве стала его якорем в новом чуждом мире. Встретившись с ней до войны, Джо поостерегся бы знакомить ее с родственниками, но все равно женился бы. Пускай даже церемония состоялась бы в одной из тех придорожных часовенок, где свадебное платье можно арендовать за тридцать стандартов, а от пастора разит дешевым виски, но он точно женился бы. Потому сейчас он строил гнездо и вспоминал различные танцевальные па поэффектнее.
Потому что Джонатан Хайд был влюблен.
Кто знает, как пойдет их жизнь дальше? Уж точно не Джо. Аксель абсолютно прав: фермер из бывшего научного светила хреновый, а цыган — еще хуже,
Краем глаза Джо заметил объект своих мечтаний, сидящую на поросшем бурым мхом валуне.
— А ведь ты обещала научить меня вить гнезда и танцевать, — полушутя бросил он ей, укладывая на дно возведенной конструкции нечистые одеяла, принесенные из трейлера.
— Я с радостью помогу, если ты стараешься для кого-то другого, — Туве вдумчиво расчесывала волосы пальчиками и откидывала красные пряди за спину. — Но как ты впечатлишь меня гнездом, в постройке которого я приняла участие?
— Тогда не смотри, — Джо надел плотную перчатку и достал из лежащего неподалеку мешка несколько веточек шипоцвета, которые вплел во как он ее мысленно называл — Все. Готово.
Туве медленно провела ладонью по шеренге часовых циферблатов, растянувшейся от запястья до локтя. Выдержав эффектную паузу, она возвестила, что уже пять минут как Последний День Лета, значит, можно начинать танец. И Джо начал. Однажды Хайду пришлось наблюдать за злосчастным монтером, получившим мощный удар током: несколько мгновений бедняга корчился, как шарнирный болванчик, которого дергают за все ниточки сразу. Так вот, Джонатану казалось, он вряд ли теперь чем-то отличается от того мужика. Взгляд Туве и впрямь словно пропустил по нему электрический импульс. Джонатан скакал, извивался и прыгал, точно закинувшийся спидами подросток на рейв-дискотеке. Когда он уже почувствовал изнурение, девушка приблизилась и взяла его за руку.
— Ох, мелкий Джо. Ты настолько хочешь меня? — Туве с легким оттенком грусти посмотрела Хайду прямо в глаза. — Да, сомнений нет. — Она хихикнула, зажав рот ладошкой. — Это самые жалкие гнездо и танец, которые мне доводилось видеть.
— Извини, — Хайда сильно уязвила эта в целом справедливая оценка. — Я, как ты знаешь, не спец.
— Ты старался. Я оценила. Наверное, если мы впервые разделим анима под сенью , все обойдется.
Произнеся фразу, смысла в которой не было ни на гран (для Джо, по крайней мере), Туве сняла трусики и повесила их на торчащую из гнезда ветку. Вслед за ними последовал топ. Девушка, ничуть не стесняясь случайных соглядатаев, прикрытая лишь связкой амулетов да каскадом красно-рыжих волос, скользнула в сложенный Хайдом кривобокий шалаш. Устроившись на выцветших серо-зеленых одеялах, Туве поманила Джо. Принятая ею весьма фривольная поза резко контрастировала с целомудренным румянцем на щеках, опущенными ресницами и руками прикрывающими грудь.
Не колеблясь более ни секунды (насколько это возможно, когда ты одновременно расстегиваешь халат и ремень на брюках), Джо залез внутрь собственноручно возведенного гнезда и взял Туве под шелест листьев зана.
**
Кончил Джо быстро и почти сразу же задремал, прильнув к Тувиному животу, будто невероятных размеров младенец. Она же еще долго лежала без сна, вслушиваясь в завывания ветра, шорохи в кроне и тихий шепот бесстрастных холодных звезд, и гадала, как отныне сложится их жизнь. Ей нравился Джо, она нравилась ему. Но…