Камень Чародея
Шрифт:
— Что это было? — изумленно спросила Корделия.
— Камень покрыт кислотой, — объяснил Фесс. — Я думаю, он ее выделяет. Убери шкатулку, Джеффри.
— Хорошо, Фесс, — Джеффри закупорил пробирку и аккуратно уложил ее назад в ящик. — И спасибо. Моя кожа так же горела бы, если бы я коснулся камня?
— Не сомневаюсь… Назад в седельную сумку, вот так, правильно.
— Но что нам с ним делать? — Магнус задумчиво посмотрел на камень. — Мы не можем оставить его здесь. Он проест любое живое существо, которое случайно до него
Корделия содрогнулась.
Фесс поднял голову, поймал ноздрями ветерок — и направил его в анализатор молекулярного состава.
— Я чувствую знакомый запах…
Джеффри отошел.
— Я вижу небольшую яму, примерно в ярд в поперечнике, полную какого-то белого порошка.
— Это щелочь, я узнаю по запаху. Проблема решена, по крайней мере, на время. Джеффри, возьми палку и подтолкни камень к этой яме.
Джеффри наклонился и поднял четырехфутовую ветку. Подошел к камню и замахнулся веткой. Камень почуял это и в тревоге воскликнул:
— Не бей камень! — но Джеффри уже набрал скорость и не смог остановиться: палка треснула камень, тот полетел в воздухе, издавая пронзительные вопли, и приземлился точно в яму с порошком.
— Хорошо прицелился, Джеффри, — одобрил Фесс.
Мальчик же смотрел на дело рук своих.
— Что с ним?
Камень на глазах у детей усох и покрылся странной шероховатой корочкой, местами отражавшей свет. Музыка тоже преобразилась, в ней появилось какое-то настойчивое постоянное звяканье.
— Его поверхность химически изменилась, — объяснил Фесс. — Он выделяет кислоту, но ты отправил его в яму со щелочью, которая является основанием.
— Значит, я загнал его в основание?
— А основание и кислота дают соль! — вспомнил Грегори. — Но почему он так сверкает, Фесс?
— Вероятно, в состав щелочи входит один из тяжелых элементов, дети. А может, этот элемент присутствовал в кислоте. Во всяком случае, явно образовалась соль металла.
— Да, что-то такое звенит в этих звуках, — Корделия склонила голову набок, прислушиваясь.
— Но как мягкий камень может превратиться в кислотный камень? — удивился Грегори.
— Прекрасный вопрос, Грегори. Я уверен, мы найдем на него ответ, если пройдем еще дальше на запад, — Фесс повернулся спиной к яме со щелочью. — Пошли, юные друзья. Признаюсь, мне тоже любопытна причина подобной трансформации, потому что раньше я такого на Греймари никогда не видел.
— Ага! — Корделия бегом присоединилась к нему. — Это так удивительно — и ново!
Братья с разной степенью живости последовали за сестрой и двинулись вслед за проводником-конем.
А позади с резким неожиданным щелчком из ямы в сторону востока вылетели два новых камня. Летели они по длинным пологим дугам, расходясь на девяносто градусов, и когда упали на землю, их музыка стала еще громче.
Глава двенадцатая
День уже подходил
— Проведем ночь здесь, Фесс, прошу тебя! Я сегодня очень устала и должна отдохнуть.
Фесс своими электронными сенсорами измерил ветерок.
— Не здесь, юные друзья, здесь деревья слишком близко к воде. Чуть дальше, прошу вас.
— Смелее, сестра, — Магнус протянул руку. — Осталось совсем немного. Обопрись на мою руку.
— Я еще могу выдержать собственный вес! — Корделия с помощью брата тяжело поднялась. Меня тяготит только все увиденное сегодня.
— Меня тоже, — вздохнул Грегори.
— И меня, — согласился Джеффри, — все мы устали от непривычных усилий, брат, — он еле-еле заставил себя выпрямиться. Вместе пошли они за черным конем, чьи очертания уже начали скрываться в сумерках.
Грегори изо всех сил пытался бороться с сонливостью.
— Что это значит: непривычные усилия?
— Как что? — удивился Джеффри. — Я устаю от переходов и схваток, а ты — от того, что пытаешься понять окружающее.
— Все можно понять, — мягко сказал Грегори. — Нужно только постараться, и все станет ясно.
— Верно, — согласился Фесс. — Но для решения некоторых проблем требуются усилия многих поколений.
— Что ж, это правда, — подтвердил мальчик. — А обычные загадки я разрешаю за несколько часов. Такие, для решения которых у меня достаточно знаний.
— Мне кажется, все необходимые знания мы еще не собрали, — Магнус хлопнул младшего брата по плечу, одновременно помогая ему держаться на ногах. — Я тоже устал не только от ходьбы, но и от усилий понять.
— Разгадай мою загадку, разгадай мою загадку! — пропела Корделия. — Я устала искать разгадки.
— Все дела в странных личностях, которых мы встретили, и в этом шуме, — подытожил Магнус.
— И в их странном поведении, — Джеффри покачал головой. — Я его не понимаю.
Грегори упорно шел вперед, стараясь не закрывать глаза.
— Почему музыка меняется так часто? Разве одной мелодии недостаточно?
— И меняется ли она на самом деле? — возразил Магнус. — Это не такое уж большое изменение в конечном счете. Музыка действительно меняется, или нас обманывает слух?
— Оставь! — раздраженно бросил Джеффри. — Ты еще скажешь, что вся жизнь — это только сновидение!
— Тогда не будите меня! — прошептала Корделия, глядя прямо вперед. — Потому что я вижу там такое зрелище, которое днем простой смертный ни за что не увидит!
Река здесь расширялась, превращаясь в небольшое озерцо, занавешенное по берегам ивами. Лес тоже раздался, оставив между собой и берегом небольшой луг. Течение замедлилось, водную гладь покрывало множество водяных растений. Вечер смягчал очертания заливчиков, а сгущающиеся сумерки действительно придавали картине нечто нереальное, словно из сновидения.