Калинов мост

Каменецкий Александр Маркович

– Есть тут недалеко небольшая избушка.

– И? – я изобразил самую вопросительную интонацию, на которую был способен, но кот не отреагировал. Я вынужден был задать свой вопрос полностью, – и кто там в избушке?

– В избушке-то? Известное дело, кто… Яга, конечно.

– Баба Яга?! – вскрикнул я невольно и остановился.

– Тс-с-с! – зашипел кот. Развернувшись, он одним прыжком оказался возле меня. Я отшатнулся. – В своём ли ты уме, отрок? Кто научил тебя таким глупостям? Впрочем, – кот уже успокоился, – о твоём воспитании я уже говорил. Оно никуда не годится! Что она тебе, крестьянка обычная, что ты её бабой называешь? Невежа!

– А

как же мне её называть? – я не слишком понял возмущение кота. «Баба Яга» было настолько привычным сочетанием слов, что само собой выскакивало на язык. Хорошо, что я про костяную ногу вслух не сказал. Кота бы удар хватил.

– Вежливо и с почтением. По имени отчеству величать – Ягой Виевной.

Баюн вновь двинулся по тропинке, я поспешил за ним, у меня были вопросы.

– Виевна, – задумчиво пробормотал я, – выходит, её отца Вием звали?

– Отчего же звали? И по сей день зовут. Но вот звать его как раз совсем не нужно, с ним тебе встречаться не следует. Ну да к твоему счастью и он до встречи с тобой не снизойдёт, не велика ты птица.

– А кто он такой – Вий⁶? – я не смог сдержать любопытства. Я знал о таком только по книге Гоголя, которую не дочитал, потому как страшных книг не любил. А тут ужасы всякие, чудища, гробы летающие, да я после такого неделю спать спокойно не смогу. Я и кино не смотрел.

– Он хозяин среднего навьего царства. А звать его не надо, значит, лишний раз по имени не называть. Что ж ты такой бестолковый?

– С ним мне встречаться не надо, – не стал я реагировать на его брюзжание, – а с Ягой э… Виевной, выходит, надо?

– Обязательно, – кивнул кот не оглядываясь. – И лучше бы тебе ей понравиться.

– Понравиться? На вкус что ли? – не удержался я, припомнив, как Баба Яга обходится с гостями – на лопату саживает, да в печь налаживает.

– До чего же любят люди досужие сказки повторять, – вздохнул кот. – И чем страшнее, тем охотнее в них верят.

– А на самом деле всё не так?

– Это твой вопрос? – Баюн издал какой-то звук, похожий на тщательно скрываемый смешок. – Как может быть всё не так? Что всё-то? Вот прямо всё-всё?

– Э…, – растерялся я. – Я имел в виду, что баба…, тихо-тихо, я помню. Неужели Яга Виевна никого не ест?

– Не съест она тебя, – отмахнулся кот. – Но огорчить может изрядно. Яга Виевна - могучий воин и силой магии владеет отменно. Разозлишь её и мяукнуть не успеешь.

– Баюн, ты меня пугаешь, – сказал я дрогнувшим голосом.

– Не гоже отроку страху поддаваться, – начал свои привычные нравоучения кот, – а тем паче, на показ трусость выставлять.

А то я сам не знаю, что негоже. Посоветовал бы, как справиться? А критиковать всякий может. А вообще, он парень неплохой, хоть и занудный слегка. Вроде как в нави живёт, служитель тёмных сил, нечистая сила, если попросту, а советы сплошь правильные даёт. Или я чего-то в этой самой нави не понимаю? Если здесь все такие, как Баюн, то не так и плохо тут.

– Яга тебя не съест, – повторил Баюн, останавливаясь. – А вот я мог бы.

Баюн развернулся и медленно-медленно шаг за шагом начал приближаться ко мне. Я, конечно, не верил, что он способен справиться со мною, но на всякий случай сделал шажок в сторону, сошёл с тропинки и стал пятиться. Не люблю конфликтов.

– Вижу, не веришь ты мне? А? – Кот сел посреди тропинки, обвил лапы хвостом. – Считаешь, я слишком мал?

– Э… прости, Баюн, но ты в самом деле маленький.

Ну как ты меня съесть можешь? – опасаюсь я его, да, но врать не буду.

– По одёжке встречаешь? По размеру судишь? – кот прищурил глаза. – Но за правду спасибо. Многие пытались меня обмануть.

– Да не за что, – вздыхаю облегчённо я. Но оказывается, разговор ещё не закончен.

– Вот и я тебя не обманул, – мурлычет котик.

И вдруг он словно дымкой подёрнулся, будто расплылся, а когда резкость вернулась, на его месте сидел огромный кот. Не пантера, не ягуар, не чёрный тигр, а именно гигантский кот. Моя голова едва доставала ему до груди, я мог почесать его за ухом, лишь вытянув руку вверх. Я отшатнулся, и ствол сосны упёрся мне между лопаток. Котище приоткрыл пасть, демонстрируя белоснежные длиннющие клыки, и рыкнул. У меня словно всё тело завибрировало от этого рыка, и ноги в коленях стали подгибаться. Я бы, пожалуй, сел на землю, если бы сосна не подпирала меня сзади. Но, видимо, Баюн сжалился надо мной. Он на мгновение снова словно расплылся, и на тропинке сидел обычный, маленький, совершенно чёрный кот.

– Ух, ты! – едва-едва выдохнул я, стараясь унять дрожь в голосе. – Потрясающе. Извини, что не поверил тебе.

– Хм, – довольно хмыкнул кот, – впредь будет тебе наука. В темнолесье всё может оказаться не тем, чем кажется.

– Да-а-а, – я уже отдышался, но дрожь в коленках оставалась. – Не ожидал от тебя такого. Теперь и тебя хочется по имени отчеству называть. Как тебя на самом деле? Баюн Котофеевич?

Кот захохотал совершенно как человек, завалился на траву, задрыгал лапами. Я слабо улыбнулся. Если минуту назад он выглядел страшно, то сейчас был мил и забавен.

– Шутишь? – отсмеявшись, спросил кот. – Это мне нравится. Вижу, что испугался, а шутишь. Хвалю. Только имя-отчество своё я тебе не скажу. Баюн только лишь прозвище, так и зови.

– Догадался, – киваю.

– Ну пойдём, догадливый, хватит развлекаться, недалеко уже.

– А зачем мы всё-таки к Яге Виевне идём? – спросил я минут через тридцать.

– А что ты о Яге знаешь? – в свою очередь задал вопрос кот.

Я задумался. Если уж он на прозвание «Баба Яга» так среагировал, то про другие сказочные представления лучше не заикаться. Ляпнешь чего лишнее, сам того не зная. Баба Яга в сказках-то страшная да вредная почти всегда, хотя исключения бывают. А Баюн её то ли уважает, то ли боится. Нет, нельзя ему сказки наши рассказывать.

– Считай, ничего не знаю, – говорю. – Расскажи лучше ты. Ты с ней знаком.

– Непросто это. Быстро да коротко не расскажешь.

– Ты самое главное, – подбадриваю я.

– Яга, почитай, хозяйка всего тёмного леса. А тёмный лес – верхний мир нави, на самой границе с явью. На вид темнолесье отражением яви выглядит, со своими особенностями, само собой. Под присмотром своего отца она в верхнем мире нави все уголки облазала и в явь наведывалась нередко и такую силу и власть обрела, что не часто кому доступно. Научилась она между навью и явью ходить, да и другим дверь открыть может, если захочет, конечно. Оттого и в яви её неплохо знают, то там встретят, то тут. Кому козни строит, а кому и помогает. Понять её замыслы мало кому по силам, а замыслы её порой на много столетий вперёд простираются. Ягу и в других частях нави и в яви побаиваются и не без оснований. Да только её кроме приграничья ничего не интересует. В схватки и ссоры между богами она не вмешивается, а пока она в тёмном лесу, её и из богов не всякий одолеть сумеет.