Калгари 88. Том 4
Шрифт:
«Станем над рекою зорьки летние встречать».
С этого момента, когда музыка усилилась и стала более быстрой, зрители начали хлопать ей в такт. Это было поразительное зрелище — пять тысяч человек одновременно, в едином порыве, начинают хлопать в ладоши, и звук от этого звучит как какой-то мощный фантастический барабан.
«Раскудрявый, клён зелёный лист резной».
Разогнавшись к правому короткому борту, Соколовская развернулась быстрыми перебежками, сделала два пируэта, сменила крюком направление движения и в середине арены мастерски прыгнула каскад из трёх прыжков. И он был не таким, как у Малининой! Двойной аксель — тройной тулуп — одинарный тулуп.
Соколовская не стала после двойного тулупа прыгать двойной риттбергер, решив приберечь его для другого каскада или одиночного исполнения. Из тройных прыжков ей теперь осталось исполнить одиночный тройной тулуп. И она его исполнила!
«Я влюблённый и смущённый пред тобой».
Соколовская описала в средней трети арены круг и на следующей фразе прыгнула тройной тулуп! Прямо в центре! Причём прыгнула так, как прыгают мужики — мастера спорта! С заходом на высокой скорости, приличной высотой и хорошей пролётностью. На полметра в высоту и на три метра в длину прыгнула Соколовская! Выезд тоже получился мастерский — в этот раз Соколовская развернулась скобкой и прыгнула оленем. Все тройные прыжки исполнены чисто!
«Клен зеленый, да клен кудрявый, да раскудрявый, резной».
Соколовская шла чётко по таймингу. На этот момент пришёлся самый быстрый момент первого куплета. После него шёл небольшой проигрыш в таком же быстром темпе. И Соколовская отыграла его очень хорошо.
После тулупа она сделала стремительную дугу вдоль арены к правому короткому борту, по пути исполнив хореографическую дорожку — «кораблик», а потом развернулась у борта перебежками и проехала пять метров в позиции «карандаш». И отсюда она начала разгоняться ещё на один каскад. Здесь-то и пригодился двойной риттбергер. Соколовская прыгнула его втором прыжком после двойного флипа. На флип зашла, опустившись с карандаша, тут же встала левой ногой на внешнее ребро, ударила о лёд зубцом правого конька, вошла в крутку, прыгнула, сделала два оборота и приземлилась на правую ногу, и тут же, не касаясь левой ногой льда, прыгнула двойной риттбергер, оторвавшись от льда и закрутив себя левой ногой. Приземлилась чётко, хоть и немного жестковато, и этому было объяснение — каскад считался сложным для этого времени. Развернувшись быстрым циркулем, Соколовская пошла на дорожку шагов.
«А смуглянка-молдаванка отвечала парню в лад — партизанский молдаванский собираем мы отряд».
На дорожке шагов темп музыки опять снизился, и Соколовская немного перевела дух. Но это не значит, что она делала шаги тяп-ляп. Небыстрый темп как раз позволил ей продемонстрировать мастерскую технику владения коньком. В этом отношении Соколовская была очень разнообразна. Она то исполняла элементы на бешеной скорости, то кралась, как кошка, медленно, но точно. И самое главное — зрелищно. В ходе исполнения дорожки шагов Соколовская перебрала чуть ли не все виды петель и поворотов. И прошла дорожку как положено — до противоположного короткого борта. Там развернулась перебежками, исполнила два твизла и резко. Как из пушки! Прыгнула двойной аксель, выехала из него, как и в короткой программе, красивейшим арабеском номер один.
Темп музыки опять начал нарастать, с каждым аккордом делаясь всё быстрее и быстрее.
«Нынче рано партизаны дом покинули родной, ждёт тебя дорога в партизанский лес густой».
Аксель Соколовская прыгнула в середине арены. После него сделала пируэт и прыгнула двойной сальхов. Приземлилась чисто. Все прыжковые элементы исполнены! Казалось, можно
Программа закончилась резко — так и было задумано. Соколовская сделала шаг вперёд, неожиданно замерла и опустилась на лёд, встав на правое колено, склонив голову и скрестив руки на коленях. Поза была донельзя печальная и должна была обозначать дань памяти погибшим. Или памятник загубленным молодым жизням в результате войны.
Мгновение трибуны молчали, а потом взорвались овациями. Все встали. Пожалуй, что прокат Соколовской оказал на публику более сильное впечатление, чем прокат Малининой, даже судя по реакции зала…
Глава 28
Аргентинские страсти Людмилы Хмельницкой
Арина много раз видела аплодирующий зал, но от нынешнего зрелища было совсем другое ощущение. Ей показалось, что болельщиков эмоционально очень задел прокат Соколовской. Фильм «В бой идут одни старики», безусловно, видели все, сюжет знали, и почему поют песню, тоже. Она не казалась печальной, скорее, отдавала этаким фронтовым ухарством, но то, что многие герои фильма погибли, накладывало на песню неуловимый флёр трагичности. И Соколовская сумела всколыхнуть им души людей. Сейчас не было свиста и бравурных выкриков, как при прокате Малининой. Люди просто стояли и молча хлопали в ладоши. У многих текли слёзы из глаз.
Казалось, так будет продолжаться долго, но Соколовская прервала траурное настроение. Моментом выйдя из образа, она встала, мило улыбнулась и начала раскланиваться, размахивая рукой в приветствии, и сразу магия её проката словно покинула заворожённых людей. Вот тогда наконец трибуны взорвались настоящими восторженными аплодисментами. Кричали почти все, в том числе и Левковцев. Подарки валились на лёд со всех сторон. Одна мягкая игрушка чуть не попала в Арину, упав мимо льда, в метре от ней.
— Марина! Марина! Браво! Браво! — ревели трибуны.
Арина посмотрела на Малинину и Ксенофонова. Они до последнего сидели в «Кисс-энд-Крае», наблюдая за прокатом Соколовской, и только сейчас прошли мимо Арины. Лицо Малининой выражало лёгкую досаду. Она поняла, что проиграла. Соколовская за три раунда не допустила ни одной ошибки — потрясающая стабильность. Вторым местом она себя точно обеспечила.
Соколовская ехала к калитке с видом победительницы. По её виду можно было подумать, что она взяла олимпиаду. На самом деле это так и было. Наконец-то свердловский лёд покорился ей. Причём покорился кардинально — с прошлогоднего 10-го места она сразу прыгнула на второе. А возможно, и на первое.
… В вип-зоне тоже время зря не теряли. Встали с мест все, после того, как в середине проката встал Ельцин — сидеть при стоящем партийном деятеле было неловко. И здесь у людей прокат Соколовской вызвал глубокие чувства. В основном, конечно, у людей взрослых, умудрённых жизнью, которые осознавали, что катает Соколовская и на какую тему… Молодёжь в основном просто стояла и хлопала, с восторгом глядя на землячку, а пакостная Анька так и вовсе порывалась сказать соседнему Стасу про неприличную частушку на тему этой песни. Будущий отец уничтожающе посмотрел на маман и пихнул локтем в бок, выражая недовольство её поведением.