Как я играю!
Шрифт:
– Выступить за наших однокурсников, – добавил Кызль. – Никто больше на этот Кубок декана ехать не хотел.
– Да какие, к морским чертям, соревнования! – проскрежетал Малач. – Я вам что вчера велел?!
– Ой! – вдруг вскрикнула Ксана.
Малач машинально схватил что-то зашевелившееся на своем плече и увидел зажатую в пальцах летучую мышь.
– Это еще что такое?
– Аккуратнее, профессор, – предостерег Кызль, – это Топлен.
– Пи-иск! – пропищала летучая мышь, словно подтверждая слова гоблина.
– Та-а-ак, – вновь заскрипел
– Она с раненым Куртом осталась, профессор, – слегка укоризненным тоном сказала Ксана.
– Ну-ну… – Малач аккуратно убрал преобразованного Топлена в карман плаща. – Как бы случайно не раздавить.
Он привстал и оглядел пассажиров в своей лодке. Затем бросил взгляд на Репфа. Тот, погруженный в сотворение заклинания, не отрываясь смотрел вверх, на шар, который постепенно замедлял подъем. Дождавшись, когда дирижабль окончательно остановился, декан, крикнув: «Вперед!» – взмахнул руками, и летательный аппарат, набирая скорость, отправился в неблизкий путь к Ледяной реке Сацк.
Дирижабль летел без остановок и задержек весь день и всю ночь. И все это время профессор Малач обдумывал слова, услышанные из Вещающего уха. Он не сомневался в своих способностях магически противостоять коварным задумкам новоявленного декана, но для этого требовалось постоянно быть начеку. Из пассажиров дирижабля только Малач и Репф в течение всего полета не сомкнули глаз. На рассвете они первыми увидели на горизонте высокие горы, увенчанные белоснежными шапками. Затем внизу в лучах восходящего солнца блеснула серебристая лента реки. Дирижабль начал плавное снижение, а пассажиры в обеих лодках зашевелились, просыпаясь.
– Друзья мои, – шепотом обратился Малач к подошедшим по его просьбе Алесандро Б. Зетто, Кызлю и Ксане, – уясните такую важную вещь. Предстоящие соревнования, если они вообще состоятся, ничего не значат. Не знаю, что именно, но Репф задумал что-то страшное. Я буду следить за каждым его шагом, каждым взмахом руки. А вы не вздумайте увлекаться ловлей и тоже следите за ним, но в большей степени – за мной. И по первому же моему сигналу будьте готовы мгновенно исполнить приказ, каким бы странным он вам ни показался.
– Профессор, – так же шепотом сказал Алесандро Б. Зетто, – во время собрания преподавателей я почувствовал, что господин Репф использовал черную магию, из-за чего я и остальные не смогли вступить с деканом в спор и подчинились его воле…
– Он что, прямо во время заседания пролил чью-то кровь?
– Кажется, да! Гоблин Сака-Каневск, который был рядом с деканом, еле стоял на ногах, и его плащ, как мне показалось, пропитался кровью…
– Хм, – невесело усмехнулся профессор, – сейчас у этого Гуру под рукой тоже имеется несколько рабов-гоблинов. Друзья, прошу вас, будьте внимательны вдвойне, втройне!
– Мы будем, будем, господин профессор, – пообещала Ксана.
– Постарайтесь
– Хорошо, – согласились все трое.
Тем временем дирижабль снизился до высоты скал, образующих широкое ущелье, по дну которого петляла река. Малач в очередной раз посмотрел на Репфа и тут же почувствовал, что он задействовал магически-приближающее зрение. Профессор произнес соответствующее заклинание. Далеко впереди, пока что не доступная обычному зрению, сильно сужающееся ущелье перегораживала высоченная стена, по центру которой низвергался поток воды. Вне всяких сомнений, это и была та самая плотина Сдукронаак, про которую сообщал своему Гуру через Вещающее ухо лекпин Цопфа.
Но, как сразу догадался Малач, не плотина привлекла столь пристальное внимание декана. Левее нее по вьющейся меж скал дороге двигались вниз несколько точек. Профессор магически увеличил зоркость, и…
– Ксаночка, это они! – жарко прошептал он. – Я вижу Шермилло, магистра Пропста, Тубуза, молодую гномиху… э-э…
– Буську, – подсказала лекпинка.
– Да, да! Они спускаются в ущелье! Они идут навстречу нам!
– Осторожнее, профессор! – предостерег Александр Б. Зетто, быстро заняв место справа от Малача, тем самым загородив его от соседней корзины. – Репф!
– Где будем спускаться, господин декан? – мгновенно среагировал эльф, высунув голову из-за плеча судьи первокурсников и уже обычным зрением глядя на руководителя полета.
– Не терпится приступить к выполнению обязанностей главного судьи? – насмешливо спросил декан.
– Впереди плотина, а сразу за ней должно быть очень быстрое течение. Сплошная бурлилка, где никакую приманку нормально не проведешь, – словно полному профану в подобных делах, стал объяснять Репфу профессор. – Стартовать нужно метрах в двухстах ниже плотины.
– Да знаю я, знаю! – отмахнулся Репф. – Как раз там и приземлимся.
Дирижабль заметно ускорил спуск. Солнце осталось где-то за вершинами почти отвесных скал, и сразу стало понятно, что ущелье, на первый взгляд вроде бы не такое глубокое, на самом деле глубочайшее. Понятно стало, и почему лежащий по берегам реки снег в большинстве своем не тает здесь почти круглый год: солнечные лучи падают сюда слишком короткий промежуток времени. Холод, кстати, тоже сразу довольно ощутимо дал себя почувствовать.
Декан факультета рыболовной магии являлся не только устроителем, но и руководителем, которому все остальные были обязаны подчиняться. И руководил он довольно шустро. Не успела летающая конструкция коснуться днищами лодок широкой заснеженной площадки на берегу реки, как господин Репф первым выскочил наружу и даже немного помог гоблинам закрепить удерживающие веревки за выступающие из снега валуны. После чего забрался обратно в лодку дирижабля и громко обратился к успевшим высыпать на берег путешественникам: