Как стать героем
Шрифт:
– Розочка?
– Видишь ли, мне мои знакомые девы почему-то всегда такой цветок дарят. – И рыцарь вытащил откуда-то из-под доспехов помятую, переломанную, но еще яркую алую розу.
– А говорил – луна, сонет.
– Так к этому необходимо еще капельку уважения, нежности и ласки.
– Тоже верно.
Розочка свистом подозвал своего коня. В кустах обнаружилась брошенная впопыхах людьми барона лошадь. Санька выпутал ее из веток, и они, не мешкая, поскакали вперед.
В это время двухголовый Змей, тяжело топая, пыхтя и дымя, словно старый паровоз, мчался к замку. Он ужасно испугался.
Хотя Змей напрямую не участвовал в заговоре Хряка по отстранению от трона Берендея, но тайно ему помогал. Именно он
Перебравшись через Волшебные горы, он встретил Хряка, который приютил его в заброшенном замке, а пару дней назад они туда же доставили околдованную Василису. Ее поместили в одной из верхних комнат и поставили стражу из монахов.
Сейчас Змей торопился рассказать Хряку о том, что встретил Саньку, и обязательно сообщить про кольцо.
На полном ходу он проскочил ворота, раздавил мимоходом пару монахов, вихрем взлетел на крыльцо и, не снижая скорости, ворвался в приемный зал. Здесь его ожидал второй сюрприз: на его месте, на троне, сидел сам Магистр и о чем-то тихо разговаривал с Хряком. Двухголовый от удивления споткнулся, попытался затормозить, но не удержался и покатился по скользкому паркету.
– ЗдесьэтотподлецСаньканашврагспасайсяктоможет! – запричитали головы, перебивая друг друга.
Магистр запнулся на полуслове, нахмурился и уставился тяжелым немигающим взглядом на презренное существо, осмелившееся его прервать. Головы поперхнулись и замолкли. Затем одна из них робко произнесла:
– Возле Волшебных гор на Саньку наткнулся. Сюда идет.
Монах и бывший советник переглянулись.
– Дьявол, – выругался монах. – Не успел появиться, а уже тут как тут. Снова он у меня на пути встает.
– Давай царевну за море в монастырь переправим. Там и свадьбу сыграем, – предложил Хряк.
– И рад бы, да не могу. Звезда только здесь, в тридевятом царстве, видна.
– Пошлем против него солдат, пусть убьют, пока он нам все не испортил.
– И неизвестно, сколько из них останется в живых. Нет, мне солдаты для других дел нужны, – отрезал Магистр. – Придется поторопиться. Не нужно никаких гостей, тем более Берендея. Старая развалина будет только мешать. А свадьбу играем завтра. В полночь засияет Звезда. Она будет моим свидетелем, и тогда уже никто в мире не сможет отобрать у меня это царство. А насчет ненавистного мальчишки у меня есть идея получше.
Ничто так не повышает аппетит, как спортивные упражнения на свежем воздухе. Избавившись от глупых преследователей, Санька и его новый друг решили устроить привал, быстренько подкрепиться и со свежими силами продолжить путь. У рыцаря нашлось немного припасов, и, отыскав местечко поукромней, чтобы больше никто не смог им помешать, они разожгли маленький костер. Теперь настал черед Саньки поведать о своих заботах. Закончив свой рассказ, богатырь вздохнул:
– Вот такие получаются пирожки с капустой. Ума не приложу, где искать Василису. Слушай, мне неудобно тебя просить, но не мог бы ты пойти со мной?
– Я рыцарь странствующий, и мне все равно, в какую сторону двигаться. А вызволить деву из рук ужасного монстра – благородная цель.
– Не уверен, что ужасного. Берендей портрет того принца видел; говорит, очень даже смазливая рожа.
– Не важно. Раз применил колдовство и приворотное зелье, значит, на себя не надеялся. Пусть внешне хоть какой раскрасавец, но душою черен. Одним словом – монстр. Поэтому я отправляюсь с тобой.
Санька встал и, волнуясь, пожал протянутую руку. После исчезновения кота он остался совсем один, и вот нашелся человек, который мог помочь в поисках Василисы, да и второй меч в этом опасном путешествии был весьма кстати.
Затушив костер и вскочив на коней, они не
– Нужно будет все время держаться солнца, – объяснил рыцарь. – Я в этой местности недавно и иногда путаюсь.
– Дойдем, – беспечно махнул рукой Санька. – Я везучий. А пока мы едем, расскажи, с какой стати ты в странствующие рыцари подался?
Розочка улыбнулся:
– Я третий, самый младший сын в семье. По закону, замок и земли переходят в наследство старшему сыну. Если у среднего есть маленькая надежда на преждевременную смерть первенца от несчастного случая, внезапной простуды или другой нелепой случайности, то мне, как говорится, рассчитывать особенно не на что, тем более что с детства был я слабеньким, болезненным ребенком. Пару раз, говорят, чуть не помер, но, слава богу, обошлось. Отец ввиду моей хлипкости внимания на меня обращал меньше, чем на своих лошадей и собак; под ногами не путаюсь, и ладно. Братья тоже за соперника не считали, но при каждом удобном случае, когда никто не видел, крепко били, намекая, что делать мне дома нечего. Вот так и жил. Я уже и план придумал: или тайно на корабль пробраться и уехать за море, удачи искать, или в алхимики податься, но однажды затеяли в замке ремонт. На дворе были сложены здоровенные камни, и понадобилось их на другое место перетащить. Братья надо мной подшутить решили. «Иди, – говорят, – потрудись. Отец приказал». У меня даже вопросов не возникло. Пошел. Я-то думал, мы эти каменюги по двое таскать будем; весу в них – фунтов шестьдесят. Ан нет. Дворовые люди крепкие. Каждый камешек в охапку, и вперед. Я позориться не мог и, на них глядя, тоже камешек схватил. Две штучки перенес, а следующий обнял и ни с места. Такая слабость во всем теле, что ни туда, ни сюда. Руки как ватные. Кулаки не сжать. Лежу, как лягушка на солнцепеке, раскорячившись. В это время отец на двор вышел. Очень его мой вид удивил. Подозвал управляющего, на меня показывает, а тот в ответ: мол, это я таким образом камни переношу. И много перенес? Два с половиной. Что значит с половиной? С третьим, объясняют, заминка вышла: нести не может, а бросать не желает. Отцу мое упрямство понравилось. Приказал моим воспитанием заняться. История, поэзия и, главное, военная подготовка. Братья всполошились и решили от меня любым способом избавиться. Тут и случай представился. У нас в озере какая-то гадость жила, девок, когда те купались, за мягкие места кусала. Я ее и убил. Честно говоря, случайно. Хотел к завтраку щучку острогой подколоть. А родственнички сразу кричать, что у меня один путь – в странствующие рыцари. Мол, видение им было, множество подвигов совершу. Может быть, этими криками все бы и закончилось, но на другой день я в лесу на медведя-шатуна напоролся. Он до этого нескольких человек насмерть задрал. Я перепугался, от него бежать, зверюга – за мной, вот-вот настигнет. Как на грех, нога в яму провалилась, я и растянулся. А за поясом был большой охотничий нож. Когда я упал, ручка в землю вошла, а лезвие вверх выступило. Мишка на меня сверху навалился, да на ножик-то и напоролся. Насмерть. Тут уж весь народ поверил, что должен я подвиги совершать. Как ни пытался доказать, что все это глупости, а пришлось стать странствующим рыцарем. Надоело страшно. Я ведь эти ратные дела не люблю. Мне бы посидеть у камина, рифму подобрать...
– Красавице песенку спеть.
– Не вижу в этом ничего предосудительного. Девы для того и существуют, чтобы за ними ухаживать. Если б можно было наплевать на эти приличия, то я давно бы поменял свой меч на хорошо отточенное гусиное перо. Но увы.
– «И вечный бой, покой нам только снится», – продекламировал Санька известные строчки и, немного помолчав, грустно добавил: – И у меня нет иного пути.
Они пересекли почти все поле, когда у Розочки ослабло седло. Он спешился и принялся перетягивать ремни.