Как соблазнить горца

Келли Ванесса

Но теперь она не допустит, чтобы этот ужасный мужчина опять насмехался над ней.

Она широко улыбнулась ему.

– Капитан Джилбрайд, я вовсе не собиралась порицать что-либо, и вы, должно быть, будете удивлены, если узнаете, что неприлично подслушивать приватные разговоры людей. Впрочем, поскольку вы лишь недавно вернулись в порядочное общество, я уверена, вы не станете возражать, если я буду указывать вам на небольшие промахи с вашей стороны.

– О, Иди, – сказала сестра, давясь от смеха.

– Господи, Аделин, нельзя так разговаривать

с нашим будущим хозяином, – возмутилась мать. – Капитан Джилбрайд оказывает нам большую услугу. Я настаиваю, чтобы ты относилась к нему уважительно.

– В этом я должен согласиться с мамой, дорогая, – присоединился к разговору Мэтт. – Нельзя оскорблять человека, в доме которого ты будешь жить следующие пять месяцев.

Прекрасно. Семья осуждает Иди, только этого ей не хватало. Она злилась на Джилбрайда, тогда как он насмешливо улыбался ей.

К счастью, отец нарушил неловкое молчание.

– Иди просто пошутила. Уверен, капитан понял это.

– Не будем забывать, что капитан порой бывает невыносим, – сказал Вулф, подмигнув Иди. – Я понял – надо постоянно стучать ему по голове, чтобы как-то сдерживать его.

Все засмеялись, кроме матери.

– Ты прав, парень, – сказал Джилбрайд, – я уверен, мисс Уитни оценит этот совет. Однако думаю, нам пора ехать.

Это напоминание прервало смех. Иди боялась отъезда и оттягивала его как могла, но теперь оставалось только сесть в карету и тронуться в путь.

В то время как отец помогал своей жене подняться по ступенькам в карету, Иди повернулась к сестре, чтобы попрощаться. Эвелин взяла руки Иди в свои, губы ее трагически изогнулись, а глаза наполнились слезами.

– До свидания, дорогая, – сказала Иди. Грудь ее сжалась, и она едва могла дышать. – Береги себя.

Эвелин обняла ее.

– Напиши мне, если потребуется, – прошептала она горячим шепотом. – Я сразу приеду.

Иди закрыла глаза и обняла Эви в ответ. Она никого не любила так сильно, как сестру, и прощание с ней было тяжелейшим событием в ее жизни. Ее охватила паника, и она постаралась отбросить предчувствие, что может никогда не увидеть ее снова.

Сестра немного отстранилась и положила руки на плечи Иди. Ее взгляд был исполнен любовью.

– Не беспокойся, милая. Обещаю, с нами ничего плохого не случится во время разлуки.

Из груди Иди вырвался невольный смех.

– Я с радостью принимаю такое обещание.

Вулф осторожно разъединил их.

– Я позабочусь об Эви. Можешь не сомневаться.

Иди приподнялась на мыски и поцеловала его в щеку.

– Постарайся, иначе я вернусь и убью тебя. Ты знаешь, какой безрассудной может быть Эви, поэтому надеюсь, ты убережешь ее от необдуманных поступков.

Эвелин усмехнулась.

– Да, я действительно могу быть безрассудной. – Она повернулась к стоявшему у ступенек кареты Джилбрайду с нехарактерным для него мрачным видом.

– И ты позаботься о моей сестре, Алек, иначе я тоже убью тебя. – Тон ее голоса говорил о том, что это была не пустая

угроза.

Джилбрайд взял руку Эвелин и склонился над ней.

– Даю слово, что позабочусь о леди Риз и твоей сестре. Обещаю, что никто из членов моей семьи не причинит им вреда.

Его глубокий внушительный голос снова разозлил Иди. Она думала, что Джилбрайд не способен больше вызвать у нее раздражение, но этот ужасный мужчина ухитрился разрушить оборону, которую она воздвигла против него.

Вулф похлопал Джилбрайда по спине.

– Береги себя, старина, – сказал он. – Я буду скучать по тебе.

Когда мужчины прощались, Иди показалось, что для них это не менее мучительное расставание. Вулф и Джилбрайд провели последние несколько лет как братья, как боевые товарищи в войне против французов.

Когда Эвелин и Вулф отступили назад, Джилбрайд взял руку Иди.

– Вы готовы, мисс Уитни? – Он произнес это доброжелательным тоном, в котором все же чувствовался вызов.

Иди заставила себя улыбнуться.

– Готова, как всегда.

– Это была самая ужасная пища, какую я когда-либо ела, – сказала мать, когда они возвращались к карете. – Хотя я предполагала, что будет еще хуже. И мы должны провести здесь ночь. О чем только думал капитан, выбрав это место?

– О, мама, – сказала Иди, стараясь придать своему голосу неунывающий тон, несмотря на печаль, которая тяжелым грузом легла на ее душу. – Здесь не так уж плохо.

Мать остановилась в середине двора и пристально посмотрела на дочь, не обращая внимания на грумов, конюхов, разнообразные экипажи и лошадей, которые сгрудились перед постоялым двором «Рыжая лисица».

Иди пожала плечами.

– Кормят здесь действительно ужасно, но это не вина Джилбрайда. Местная служанка сообщила мне, что повариха вчера сломала лодыжку, а жена хозяина гостиницы только что родила ребенка. Бедный мужчина буквально валится с ног от забот.

– Это не оправдание. Нам следовало остановиться в каком-нибудь другом месте.

Мать была явно не в духе, и Иди не осуждала ее. Их карету трясло с той минуты, как они миновали Лондон. Карета Джилбрайда выглядела роскошной и хорошо оборудованной, но путешествие не оказалось удобным и быстрым. Перспектива провести в столь ограниченном пространстве от десяти до четырнадцати дней внушала страх.

– Где же капитан? – спросила мать, окидывая холодным взглядом двор. Обычно Джилбрайд нравился ей, но не сегодня. Может быть потому, что он оставил их в мрачной тишине и предпочел ехать верхом впереди кареты на великолепном черном гунтере.

Аделин огляделась вокруг. Пусть без очков все имело нечеткие очертания, трудно было ошибиться при виде высокой фигуры и широких плеч Джилбрайда.

– Он возле кареты разговаривает с одним из грумов.

– Капитан провел с нами не более двух минут за ленчем, – раздраженно сказала мать. – Мне крайне не понравилось оставаться одной в общей столовой со всякой чернью.