Как соблазнить герцога

К некоторым советам все-таки стоит прислушиваться. София Уайт поняла это, когда цеплялась за колесо перевернутой кареты посередине замерзшей реки Эйр. Только Небеса знали, сколько раз друзья предупреждали ее, что эта поездка – плохая идея. И сейчас мисс Уайт убедилась, что ее друзья были абсолютно правы.

Слева от нее, на крыше почти затонувшей кареты, кучер пытался выловить тюки с корреспонденцией; казалось, тонувшая почта интересовала его гораздо больше, чем с десяток человек, барахтавшихся вокруг него в ледяной воде.

– Прекратите

это бессмысленное занятие и дайте мне руку, – потребовала София – и от холодной воды у нее тут же перехватило дыхание.

– Я уже потерял лошадей и рождественских индеек, – пробурчал кучер – его голос был едва слышен сквозь ветер и метель, – и если я потеряю еще и письма, то наверняка лишусь работы.

– Но вы можете потерять и своих пассажиров!

– Если бы я был на вашем месте, мисс, я бы перестал спорить и пошел к берегу, так же как это сделали остальные. Здесь не так уж глубоко.

София уже хотела сказать, что до крыши кареты гораздо ближе, чем до берега, но в этот момент ее накрыло ледяной волной, и девушка, закашлявшись, решила, что к совету кучера все же стоило прислушаться, раз уж она не послушалась друзей.

Сделав глубокий вдох, она оттолкнулась от почтового экипажа и направилась к ближайшему берегу. София как могла уклонялась от столкновения с большими льдинами. Потревоженные разбившейся каретой ледяные глыбы стремительно надвигались на нее, мешая добираться до берега.

Большинство мужчин уже находились на берегу. Очевидно, в их понятия о рыцарстве не входило спасение женщин из ледяной реки во время метели.

И тут вдруг Софию охватила паника; ей представилось, как она уходит под лед и тонет. Девушка стиснула зубы и постаралась двигаться быстрее. Но мокрые юбки сбивались вокруг ее ног и мешали двигаться. А одна из утонувших индеек ударилась о ее колено, и девушка поскользнулась на каменистом дне. Правый ботинок застрял в камнях, и София, проклиная все на свете, пошла дальше без него. Она сделала еще несколько шагов – и внезапно поняла, что под ногами у нее уже не было дна и что она проваливалась куда-то вниз. В следующее мгновение ледяная вода сомкнулась над ее головой. И если раньше девушку даже немного забавляла вся эта ситуация, то теперь ей было не до смеха. О, конечно же, ей следовало остаться в Лондоне! Она должна была послушать леди Хейбери, ведь эта мудрая женщина предупреждала ее – говорила, что от такой поездки неприятностей будет больше, чем радости. Кроме того, София знала, что герцог Гривз пригласил ее на вечеринку лишь потому, что любил шокировать своих гостей. Увы, незаконнорожденная дочь герцога Хеннеси не могла рассчитывать на всеобщее уважение. Но все-таки это был шанс увидеть старую подругу и в последний раз побывать на таком великолепном празднике. Впрочем, это все не будет иметь никакого значения, если она сейчас утонет…

Внезапно кто-то схватил ее за плечи и резко приподнял, вытаскивая из воды. София судорожно глотала ртом воздух; она ничего не видела вокруг. Держась за своего спасителя, девушка пыталась твердо встать на ноги, но никак не могла обрести равновесие на скользких камнях.

– Не беспокойтесь, – послышался мужской голос, – я вас держу.

И она тотчас же узнала этот голос – даже несмотря

на шок от всего пережитого.

– Ваша светлость? – пробормотала София, пытаясь убрать с глаз мокрые волосы.

Его аристократическое красивое лицо находилось всего в нескольких дюймах от ее лица. И было похоже, что герцог был очень смущен – по крайней мере, ей так показалось.

– София, вы… То есть мисс Уайт… вы не ранены?

– Нет, ваша светлость. Спасибо, что пригласили меня на Рождество.

Едва сказав это, девушка поняла, как нелепо прозвучали ее слова здесь и сейчас – при таких обстоятельствах. Стоя по грудь в ледяной реке, посреди снежной бури… О, уж не повредилась ли она рассудком?

Герцог едва заметно улыбнулся и проговорил:

– Поблагодарите позже, а сейчас держитесь за меня покрепче.

– Но вам придется меня нести, – ответила София. Она попыталась улыбнуться – и тут же снова глотнула воды.

Закашлявшись, София решила, что будет разумнее помолчать – по крайней мере до тех пор, пока они не выйдут из реки. Но неужели сам Адам Басвич прыгнул в ледяную воду, чтобы спасти девушку, даже не зная, кто она такая? Для богатого и влиятельного герцога Гривза это был странный поступок… А впрочем… сейчас не время думать об этом. В данный момент она могла думать лишь о том, как бы поскорее выбраться из ледяной воды.

София крепко прижалась к своему спасителю и впилась пальцами в его плечи. Люди же на берегу тянули за веревку, которую герцог обвязал вокруг своей талии. Его светлость промок насквозь – как и София, – но когда она прижалась лицом к его спине, то почувствовала приятное тепло, а его широкие плечи закрывали ее от ветра и снега.

– Мы должны побыстрее добраться до берега, поэтому… пожалуйста, станьте передо мной, – пробормотал герцог.

София попыталась разжать окоченевшие пальцы, и вроде бы получилось. Но мокрые юбки, ставшие очень тяжелыми, путались в ногах и тащили под воду.

– Мисс Уайт, постарайтесь, иначе мы оба замерзнем, – сказал его светлость.

– Я знаю об этом, милорд, – пробормотала София. – Но я-то, в отличие от вас, оказалась в воде не по своей воле.

– Я никогда не брошу девушку в беде, – прошептал он ей в самое ухо. И, как ни странно, усталость и паника тут же отступили. – К тому же я совершенно неотразим в качестве спасителя, – внезапно заявил герцог, и Софии показалось, что он ухмыльнулся при этих словах. – Прошу прощения… – добавил он. И прежде чем она успела спросить, за что именно он извинялся, герцог подхватил ее на руки – и положил на что-то твердое.

В следующую секунду София обнаружила, что лежит на холодной глади льда. Она когда-то видела рисунки – тюленей на пляжах Оркнейских островов, – и сейчас она, наверное, очень походила на одного из них.

Через мгновение герцог Гривз снова оказался рядом с ней и, тяжело дыша, проговорил:

– Прошу прощения, мисс Уайт. – Сказав это, он оправил ее платье.

Мокрая ткань ударила ее по коленям, и София поняла, что платье, должно быть, задралось самым неприличным образом.

– Боже… – Она закашлялась и приподнялась. – Милорд, если бы мне не было так холодно, я, наверное, сгорела бы от стыда. Но в любом случае – спасибо.