Как соблазнить герцога
Шрифт:
– Ты права. Почему я должна оставаться безучастной, ожидая его следующего хода, следующего унижения в глазах брата? Я должна быть умной, чтобы держать в узде его, чтобы отвлечь его и не дать вбить клин в отношения между мной и лордом Везерли.
– Вот это наша Мэри. – Анна встала со стула, обошла стол и обняла сестру. В этот момент Мактэвиш вошел из коридора в столовую.
Мэри встала и решительно погрозила кулаком в воздух.
– Блэкстоун, ты встретил равную себе соперницу!
– Правда? – Из коридора раздался знакомый низкий, грудной голос.
У
– О, мой… лорд Блэкстоун, – выдохнула Мэри.
Герцог многозначительно приподнял брови:
– Моя дорогая мисс Ройл. Я понимаю, что вы только что прибыли из глубин Корнуолла, поэтому я склонен думать, что вы не хотели оскорбить меня. Мой титул не «мой лорд Блэкстоун». Я герцог. Следовательно, вежливая форма обращения ко мне – ваша милость.
– О, приношу вам свои извинения… Я… Я не сказала «мой лорд Блэкстоун». Я сделала паузу после «мой», – заикаясь, проговорила Мэри.
– Мисс Ройл, у меня хороший слух, – настаивал он.
– Нет-нет. Вы все неправильно поняли. – Она умоляюще посмотрела на сестру. – Анна, принеси бумагу ручку. Я покажу вам, ваша милость.
– Просто скажите это снова.
Мэри взглянула на него, чтобы выполнить его просьбу. Даже раскрыла рот. Но тут она увидела озорной блеск в глазах герцога и широкую, во весь рот, ухмылку.
Проклятье! Она опять позволила ему это сделать. Разрешила ему унизить себя. Ну ладно. Этого больше не произойдет. Он быстр, и она не успела подготовиться. Это последний раз, когда она терпит от него унижение.
Самый последний раз.
Глава 7
– Пожалуйста, простите меня, ваша милость, – самым вежливым тоном сказала Мэри, хотя ей казалось, что тон ее голоса был обычным. – Уверяю вас, что мне хорошо знакомы формы обращения. Хотя, признаюсь, я не ожидала увидеть вас в нашей столовой в этот час или в какой-либо другой.
Мэри прошла мимо сестер и встала рядом с Блэкстоуном, протягивая ему руку.
– Позвольте мне начать все с начала. Добро пожаловать в наш дом, ваша милость. – Мэри сделала нарочито глубокий реверанс, которым можно было бы приветствовать и принца-регента.
Сестры Мэри, хотя и были шокированы тем, что отвратительный Черный Герцог на самом деле стоял в их доме, приветствовали его в той же манере, что и она.
– Не угодно ли вам пройти в гостиную, ваша милость? Клянусь, нам всем там будет удобнее. – Как любая хорошая хозяйка, Мэри вежливо улыбнулась гостю и вошла в коридор, жестом приглашая его последовать за ней.
Внешне она была спокойна и безмятежна, внутри – комок нервов. Когда они вошли в гостиную, Мэри, у которой это вошло уже в привычку, выхватила из костлявых рук тетушки Пруденс осушенный до дна бокал с крепким ликером. Она повернулась и увидела, что Блэкстоун в упор смотрит на пожилую женщину.
– Может быть, нам удалиться в другую комнату? –
– Нисколько. – Мэри отрицательно покачала головой и положила руку на плечо пожилой леди. Она не пошевелилась. – Это миссис Винкс, наша двоюродная бабушка.
Блэкстоун поклонился спящей старушке. От изумления уголок рта Мэри подернулся.
– Она очень славная, но страдает старческим слабоумием. Мы не побеспокоим ее, вам не надо волноваться. Думаю, что ей нравится компания молодых людей, даже если она не до конца понимает, что происходит вокруг. – Мэри показала рукой на стул, стоящий напротив тетушки Пруденс. – Пожалуйста, присаживайтесь, ваша милость.
Когда все расположились в гостиной, Мэри поблагодарила Небеса за то, что широкие юбки скрывают ее дрожащие колени. Плохо, если этот негодник увидит, что она не готова к его удивительной атаке.
Это и была атака. Только такое объяснение она могла дать – ведь по какой другой причине он мог прийти? Безусловно, не извиниться за то, что поцеловал ее. Конечно, это был бы джентльменский поступок, но Блэкстоун не был джентльменом.
– Ваша милость, всем присутствующим понятно, что мы не ожидали вас сегодня, – начала Мэри ровным голосом, настолько спокойным, что сама удивилась. – Могу ли я осведомиться о цели вашего визита?
Анна и Элизабет сидели безмолвно, прижавшись друг к другу, и смотрели на герцога, как две полевые мышки, загнанные в угол голодным амбарным котом.
Блэкстоун сосредоточил взгляд на Мэри, и внезапно она почувствовала, что ей трудно дышать.
– Я пришел, моя дорогая леди, извиниться за мой вчерашний поступок. – Он сглотнул и кинул быстрый взгляд на Анну и Элизабет, которые мгновенно замерли. – Мне не следует просить об этом, но… могу ли я попросить вас поговорить со мной наедине пару минут?
Не успел герцог произнести этих слов, как Анна и Элизабет встали с дивана и, словно они были приклеены друг к другу, поспешно вышли из гостиной.
Трусихи. У Мэри стали пульсировать вены на запястьях. Теперь она осталась с ним наедине. Ну, за исключением тетушки Пруденс, которая громко храпела, напоминая Мэри о своем присутствии.
Итак, она осталась один на один с герцогом, и Бог знает, что она не была готова к этому. Ну не может она сидеть здесь с человеком, который недостойно обошелся с ней вчера вечером!
Мэри встала, готовая извиниться и откланяться.
– Пожалуйста, мисс Ройл. Не уходите. Вам не надо меня бояться, клянусь. – Он встал и, сделав шаг, оказался около нее. – Пожалуйста.
С нежностью, которая удивила ее, он положил ладонь ей на плечо и проводил обратно к дивану. Он опустился перед ней на колено и взял ее за руку.
Ангелы небесные, что он на этот раз собирается сделать?
Блэкстоун накрыл ее ладонь своей и крепко сжал.
– Надеюсь, вы простите меня, мисс Ройл. Я совершил низкий поступок, и у меня нет этому оправдания… разве что сделал это ради Квина.