Как соблазнить герцога

Кэски Кэтрин

– Ч-что ты сказала?

Элизабет указала на чашку с переливавшимся через край шоколадом.

Негодяй. Скатерть была испачкана жирными каплями шоколада.

– О, давай я принесу что-нибудь…

– Не беспокойтесь, мисс. Я позабочусь об этом – сказала миссис Полкшэнк, повариха и экономка, которую Мэри наняла две недели назад.

Миссис Полкшэнк поставила тарелку с горячими кексами на стол, и Элизабет схватила один.

– Привыкла к этому, знаете ли, – сказала миссис Полкшэнк, – В таверне в поздний час

посетители разливают на столы много всего. Поэтому всегда была во всеоружии.

Анна входила в столовую, когда миссис Полкшэнк, которая, казалось, совершенно не заботилась о скромности, схватила салфетку из домотканой материи, заткнутую за пояс передника.

Анна с отвращением смотрела на то, как повариха намочила тряпку кончиком языка и начала оттирать пятна шоколада.

– О, этим я не ототру пятна. – Дородная кухарка отправилась к двери. – Мне нужен уксус. – У порога она оглянулась. – Мне захватить еще шоколада? Может быть, принести чай для вас, мисс Анна?

Анна не повернулась, чтобы ответить. Зеленые глаза ее сверкали гневом. Она яростно замотала головой.

– Ну, тогда я вернусь через пару минут.

Мэри наблюдала за тем, как миссис Полкшэнк исчезла в коридоре. Анна тотчас же обратилась к Элизабет:

– Сестра, передай, пожалуйста, Мэри, что повариха должна уйти.

Мэри нахмурилась:

– Она никуда не уйдет, Анна, и, если ты хочешь обсудить нашу прислугу, обращайся прямо ко мне.

На щеках Анны появились два красных пятна.

– Хорошо, я обращусь к тебе. Где ты нашла ее, Мэри? На углу улицы, около театра Друри-Лей?

Элизабет откусила большой кусок кекса и осторожно поднесла чашку ко рту, чтобы запить кекс шоколадом.

– Я не согласна с тобой, Анна. У нас никогда не было такой вкусной еды, когда мы жили в провинции. Миссис Полкшэнк довольно умелая. И, безусловно, она содержит дом в большей чистоте, чем бывшая экономка тетушки Пруденс, та, что нещадно ее обворовала.

– Да, она очень хорошая повариха и очень экономная, – добавила Мэри. – Ей всегда удается сэкономить пару шиллингов на покупках. Ты должна согласиться с ее толковым подходом к делу. Я теперь почти не думаю о том, как правильнее распределить наш скромный бюджет. Она умеет из простых продуктов приготовить вкусные и разнообразные блюда.

– Наш недостаток в средствах объясняется твоим стремлением экономить на всем. Мы вовсе не нуждаемся, Мэри. Ну, с нашим состоянием мы смогли бы жить как короли, по крайней мере в течение нескольких лет.

– Или как принцессы. – Элизабет скрыла улыбку, поднеся ко рту чашку.

Мэри покачала головой:

– Анна, ты сердишься не из-за того, что я наняла миссис Полкшэнк. Ты не сердишься и из-за того, как я веду расходы и распоряжаюсь семейным бюджетом.

– Ты это серьезно, Мэри? – Анна сложила руки на груди.

– Да, именно так. Ты все еще кипишь от злости из-за вчерашнего вечера.

Анна опустила голову, словно изучала резной край салфетки.

– Леди Аппертон представила

меня самому красивому молодому человеку – графу. И тогда ты влетела в гостиную, с растрепанными волосами, и через минуту мы уже стояли около резиденции Брауэров, ожидая, когда подадут экипаж, который отвезет нас домой.

– Блэкстоун поцеловал меня, – заговорила Мэри дрожащим голосом. – Этот безнравственный тип сделал все, чтобы выставить меня посмешищем в глазах своего брата. Он сделал это, потому что знает, что я увлечена лордом Везерли. Это – единственное объяснение.

Элизабет положила руку на плечо Мэри, но ее внимание было приковано к Анне.

– Мы должны были уйти. Наша сестра была сильно расстроена, и что бы еще мог выкинуть Блэкстоун, если бы он обнаружил Мэри в доме!

Анна отодвинула стул и изучающе смотрела на Мэри.

– Не понимаю, почему простой поцелуй, желанный он или нет, так расстроил тебя. Наша Мэри дала ему пощечину. Или еще что похуже.

– Я так и сделала.

– Но то, что он сделал, довело тебя до слез. Будь ты какой-нибудь жеманной, хныкающей особой, можно было ожидать, что ты разразишься рыданиями. Или даже стенаниями и криками. Но ты на это не способна!

Элизабет повернулась и тоже уставилась на Мэри, словно она внезапно увидела ее в первый раз при свете дня.

– Я согласна, Мэри. До смерти отца ты была сильной, уверенной и всегда настроенной на борьбу. Ты никогда не позволила бы кому-либо взять верх над собой.

– Что с тобой случилось, Мэри? – спросила Анна.

Мэри сидела, подперев руками подбородок.

– Не знаю. Я на самом деле не знаю.

Она подняла глаза – по щекам текли горячие слезы.

– Пока папа был жив, я знала, кто я. Знала о своем месте в этом мире. Но сейчас я чувствую себя такой потерянной!

– Мы с Анной чувствуем себя так же, как и ты. Для нас это новый мир, – сказала Элизабет. – Мы найдем в нем свое место… со временем.

– Я знаю, что только деньги, которые лежат в наших сундуках, спасают нас от работного дома. – Мэри выпрямилась. – Мы должны расходовать их мудро, чтобы не беспокоиться о нашем будущем.

Заговорила Анна, голос ее был нежным и успокаивающим:

– И Блэкстоун разрушил твои усилия построить будущее рядом с лордом Везерли. Вот что тебя так пугает.

Мэри печально посмотрела на пятна шоколада на скатерти и ничего не ответила. Раздался стук в дверь, но никто, кроме Мактэвиша, не обратил на это внимания.

Миссия леди Аппертон – ввести сестер в общество – вчера вечером увенчалась успехом: все утро приносили визитные карточки и приглашения на праздники, музыкальные вечера и балы. Все это складывалось на каминную полку.

Мэри смахнула слезу со щеки.

– Герцог упорно решил держать меня на расстоянии от Квина… лорда Везерли. И я ничего не смогу сделать, чтобы помешать этому.

– Ты сможешь, – сказала Элизабет. – По крайней мере, Мэри, которую мы знали раньше, смогла бы.

Мэри смахнула последние слезы с ресниц.