Кафе «Аттракцион»

Штейнбок Аркадий Михайлович

«Этого не может быть, – подумал Д. Саут. – Я просто напился».

– Ну? – нетерпеливо оказал элегантный официант. – «Аттракцион» закрывается.

И вдруг Д. Сауту стало легко.

«Скорей бы утро», – подумал он и улыбнулся. Он вывел свое имя на чистой строчке и поставил дату.

Больше он уже ничего не помнил до тех пор, пока не проснулся.

Утро было чистым и желтым. Д. Саут чувствовал себя удивительно бодро. Вчерашнее осталось в каком-то нереальном тумане, и единственное, что в нем

вырисовывалось четко, было старой церковью на городской площади. Д. Саут взглянул на часы. Начало шестого. Ему казалось, что он стоит на нулевом делении между двух абсолютно пустых чаш весов. Ничего не осталось в прошлом. В настоящем только он. И томительное сладкое ожидание чего-то в будущем. На столике перед кроватью лежал лист бумаги, исписанный цифрами. Д. Саут понял, что это счет за вчерашнее, и пробежал по нему глазами. Дойдя до общей суммы, остолбенел. Под жирной красной чертой стояло: «6000 фл.». И еще какая-то мелочь. «Что за чепуха?» – подумал он.

– Никакой чепухи, – услышал он знакомый голос.

В дверях стоял элегантный официант.

– Желания, воображение, мечты беспредельны, – продолжал официант.

– Возможности ограничены. В любую игру человек играет до тех пор, пока ему есть что проигрывать. Выигрыш – понятие временное. Наступает момент, когда выигрыш становится проигрышем. К нам приходят тогда, когда готовы рассчитаться за все и готовы отдать все, чтобы рассчитаться. Когда-то наше кафе называлось «Финиш», но постепенно мы достигли уникального уровня обслуживания посетителей, мы научились улавливать тончайшее, еле заметное желание, малейшую прихоть, и мы изменили название на «Аттракцион». Это менее притязательно, но более оптимистично. Вы согласны?

Д. Саут молчал, с трудом понимая смысл услышанного. Официант взял в руки счет.

– Для того чтобы вы, уходя… – он подчеркнул слово «уходя», – не имели к нам претензий и не подозревал и, не дай бог, в обсчете и нечестном обслуживании, давайте разберемся во вчерашних деталям… Вам стало неловко сдавать плащ швейцару, внешне похожему на лорда, и он предложил вам повесить плащ самому…

– Да, – произнес Д. Саут.

– Это мелочь. 18 фл… Далее. Вам захотелось, чтобы чуть-чуть прибавилось свету, и свет прибавился…

– Мне так показалось, – проговорил Д. Саут.

– Нет. Не показалось. Свет прибавился. Это 280 фл. Электроэнергия обходится нынче дорого… Ну, и конечно, в копеечку обошелся мужчина с нахальным и тупым, как вам показалось, выражением лица, который беспричинно вызывал раздражение. Его уход стоил вам 1000 фл.

– Но ведь я тоже мог ему не понравиться, – перебил Д. Саут.

– Еще как! Но ваша неприязнь к нему была более денежно обеспечена. В противном случае удалить пришлось бы вас.

– Это ужасно, – тихо сказал Д. Саут.

– Не лицемерьте.

В тот момент вам было приятно. Затем «верблюд» и воспоминания о вашем друге… 150 фл… А вот удовлетворением ваших комплексов по отношению к Г. Кэрролу вы доставили много хлопот. Авиакомпания, вынужденная посадка, неустойка. Все это встало вам в 1250 фл. Наконец, кульминация. Подсознательная мечта, берег залива, одинокая женская фигурка лицом к морю, в голубом халатике… И драка, которую вы изящно и непринужденно выиграли, как в дешевом кинобоевике… Думаете, это просто так? Вот уж почти 4000 фл…

– Потрясающе, – абсолютно спокойно сказал Д. Саут, – но вы не учли главного. Вы обеспечили конгруэнтность, но не смогли учесть ее степени. Я столь же необходим этой девушке, сколь она необходима мне. И мы уходим! Она уходит со мной! Она не может не уйти со мной!

– Вы убеждены в этом? – улыбнулся официант.

– На все сто! – закричал Д. Саут. – На все сто!

– Прекрасно, – сказал официант. – Значит, мы доставили вам наивысшее наслаждение. Это все отражено в счете и составляет оставшиеся 2000 фл. плюс какая-то мелочь.

И он протянул Д. Сауту счет. В последней графе перед жирной красной чертой Д. Саут прочел: «Стопроцентная убежденность клиента в истинности происходящего…» Он перечитал эту фразу несколько раз и, когда по-настоящему ощутил ее холодный смысл, сразу обмяк и почувствовал, что постарел.

– Мы держим высочайших профессионалов, – с гордостью сказал элегантный официант.

Д. Саут автоматически вынул из бумажника свое состояние – шесть банковских билетов по 1000 фл. каждый, и растерянно стал шарить в карманах, выгребая оттуда оставшуюся мелочь.

– Прощайте, – поклонился элегантный официант. – Заметьте: я не благодарю вас и не приглашаю заглянуть еще раз. К нам больше не возвращаются…

…И Д. Саут начал уходить. Он уходил и уходил, Все дальше и дальше. Опустошенный и легкий. Он уходил, а его руки искали пульт управления. Он уходил, а двигатели работали бесшумно, не нарушая безмолвия бесконечности. Он уходил, а его руки осуществляли коррекцию в направлении никуда. Мимо пустынного залива, на берегу которого не было никого лицом к морю. Он уходил, а на площади маленького городка, возле старой церкви, весь день стояла девушка в голубом пляжном халате, с прямыми соломенными волосами. И когда часы на площади пробили шесть часов вечера, она медленно побрела в сторону особняка с надписью «Кафе «Аттракцион»". Она поднялась на второй этаж и вошла в небольшую комнату. На столике возле кровати лежала большая черная книга с золотым тиснением. Она открыла эту книгу и прочитала: «Д. Саут». И дата.

На первом этаже зазвучала тихая музыка.

Кафе «Аттракцион» начинало работать.