Каена
Шрифт:
– Отойдёшь, Равенна?
– шёпотом попросил он её, утыкаясь носом в мягкую шерсть. Равенна послушно заурчала.
Тварь Туманная! Когда он выходил воевать против них, то думал, что это будет что-то кошмарное и жуткое. Но, оказалось, всё жуткое таилось здесь, в столице. И до того, как её окончательно окутали туманы.
Равенна не хотела, чтобы он её отпускал. А ещё она была голодна - прикусила легонько зубами руку, показывая, что хочет есть. Она никогда не причиняла ему боль, просто не умела говорить, а должна была хоть как-то проявить собственное желание. Но Рэн только послушно кивнул и улыбнулся ей в очередной раз.
–
– Хочешь?
Равенна зарычала.
– Он опять на меня похож? Да ведь теперь ты будешь уверена в том, что это не я! В конце концов, - Рэн усмехнулся, - я буду стоять рядом. Ты сможешь поворачивать свою умную головку и видеть, что поедаешь обыкновенную подделку. А я - стою, живой и здоровый. Ты не должна голодать только от того, что она выбрала кого-то похожего. Не надо любить меня настолько, чтобы любовь перепрыгивала даже на все мои подделки.
Согласное мурчание его устроило. Мужчина улыбнулся и встал - хотя на душе было невообразимо гадко, останавливаться он не собирался.
Вновь погладил Равенну по голове. Та будто бы всё ещё переживала, что вынуждена будет сжимать зубы на ком-то на него похожем, но прикосновения, осторожные и ласковые, отбрасывали в стороны все её сомнения и заставляли верить в лучшее. Он не мог позволить Равенне голодать, особенно если за этим всем ещё стояла собственная месть.
Наконец-то мужчина толкнул дверь, переступая порог покоев королевы Каены, и застыл. Равенна посмотрела на него совсем-совсем несмело, словно переспрашивая в очередной раз, но узрела короткий кивок от мужчины и, громко зарычав, рванулась вперёд.
Королева равнодушно посмотрела на эльфа, на которого набросилась Тварь Туманная - и, подхватив с пола тонкую полупрозрачную ткань, набросила её на плечи. Тонкий силуэт просвечивался сквозь шелка, и она шагнула вперёд, навстречу Роларэну, привычно примеряя на губы нежную, ласковую улыбку.
Мужчина словно не отреагировал - казалось, он и не заметил её равнодушно-сладкого взгляда, давно уже ставшего чем-то классическим. Каена была соблазнительной, нет сомнений, особенно когда на губах её ещё не появились свежие капельки крови, но он привык игнорировать это, равно как и каждое её слово. Игнорировать всё, кроме дурного духа очередной связи, основанной на чужой самовлюблённости и пошлости.
– Ваше Величество, - протянул он.
– Вы, должно быть, забыли. Я не участвую в Златой Охоте.
– Участвуешь, - покачала головой она. Казалось, от хорошего настроения, светившегося несколько минут назад в каждом её жесте, ничего не осталось, одна только затаённая злоба в быстрых, чётких движениях. Но мужчина на это никогда не реагировал - ему думалось, что нет уже ничего нового, что придумала бы Каена. Нет ничего, чем всё же эта женщина могла бы его удивить. Может быть.
Роларэн расправил плечи. Мгновение назад - даже когда говорил с Равенной, убеждая её в том, что ничего не будет, - он ещё оставался тем прошлым, боящимся королеву подданным; сейчас, всматриваясь в зелёные глаза Каены, стоял, расправив плечи, уверенный в том, что она не сможет ничего ему сделать. Даже не так - уверенный в том, что не захочет.
И что-то среднее между этими двумя образами, что-то, проснувшееся в нём, казалось, только сейчас, шептало совсем-совсем тихо, что если он пожелает, то сможет
Не магии. Ненависти.
Вот чего не хватало.
– Если ты пришёл просить меня о том, чтобы я сняла тебя с этих соревнований, или, может быть, её...
Каена умолкла. Казалось, она позволила эту паузу, брешь между словами заполнить хрупающим звуком со стороны - Равенна определённо радовалась представленному ей блюду и не собиралась отступать от него, пока мясо на костях не закончится, а сами косточки она не перегрызёт в прах. Но Роларэн не был впечатлительным; сколько раз Твари Туманные бросались на Вечных и поедали тех у него за спиной, не оставляя ни единого шанса на выживание!
Сейчас время повернулось вспять, и мужчина не был намерен возвращать его на круги своя. И интересовала его нынче только Каена.
– Ты не победишь, - усмехнулся Рэн.
– Теперь, - пожала плечами Каена, - ты не сможешь самовольно пересечь границу.
Мужчина молчал некоторе время. Теперь думалось даже, что и приходить сюда было глупо, разве что накормить довольную нынче Равенну. Каена смотрела ему в глаза, не отрываясь - словно пыталась перерезать горло одним только взглядом. Но она не могла взять в руки кинжал и повторить действия собственных мыслей - просто не способна была на это решиться. И на губах Рэна появилась странная, несвойственная ему улыбка.
Он протянул руку, касаясь скулы королевы, поднял её голову - был гораздо выше, - пальцами, придерживая за подбородок. Она не дёрнулась. Не проронила ни единого приказа.
– Я смогу, Каена, - промолвил он.
– Всё, что я пожелаю.
– Нет, - ответила хриплым, севшим голосом королева.
– Ты не сможешь. И если ты намереваешься спасти девчонку, то знай, у тебя этого не выйдет.
– Разумеется, - кивнул он.
– Но я не верю в вашу искренность, Ваше Величество.
Он отпустил её, и Каена содрогнулась, словно от удара плетью. Она хотела воскликнуть, отдать какой-то приказ, но не была в силах это сделать.
Равенна спрыгнула с алтаря. Не осталось больше и следа от трупа, и последние капельки крови она успела слизнуть с каменной поверхности.
Руны утром будут неактивны. Этой ночью Каена больше никого не пригласит.
– Ваше Величество, - промолвил он, - приятного сна.
– Если нарушишь завет - пожалеешь.
– Однажды я уже нарушил, - ответил Роларэн.
– И пожалел об этом не один раз. Но Златая Охота не возбраняет победу.
– Только в счёт казни Охотника.
– Я надеюсь на это, Ваше Величество. Мне и вправду давно уже пора покончить со своей вечностью. Не полагаете ли вы, что это может быть причиной посягательства на трон?
Каена не ответила. Личность королевы священна. И всех, кто приближен к королеве, всех, в котором течёт святая кровь новой династии. Всех, кто занимает рядом с нею место - на парном королевском троне, давно сожжённом. Король мёртв, да, но кто мешает ей найти нового?
И у Роларэна давно было власти куда больше, чем ему хотелось бы это признавать.
***
Год 120 правления Каены Первой
Прямой удар. В бок - слева. И резкий обманный выпад в лучшем классическом стиле. Нападение. Защита. Атака, острая, словно лезвие меча. Полуоборот, взмах - чтобы отсечь голову. Добивает, вонзая в тело противника клинок - так, чтобы пробило насквозь.