Каэхон
Шрифт:
— Слушай, Райдо! А куда ты сейчас направляешься?
— Помогать с испытанием не стану, — мотнул головой странник. — Подстрахую разве что. Кстати, спутникам передай, что нельзя так бессовестно дрыхнуть! Особенно девчонке. Она, как вижу, из твоего племени? И, как ни странно, не маг, а воин. В общем, обругай их, так спать нельзя! А я пошел. Если что — где-то рядом.
— Ну, удачи, Райдо. Мог бы и с нами пойти, — немного обиделся я.
Он только усмехнулся и растворился среди деревьев. Я задумчиво проводил его, «смотря» руками, потом покачал головой.
Вскоре проснулась Тайсама, и мысли о Райдо ушли прочь — появились другие, более насущные. Хотелось перекусить, а запасы пищи подходили к концу. Зевнув, я обратился к Тай, приняв по возможности жалкий и голодный вид:
— Может, ты поохотиться сходишь? Я, так и быть, приготовлю, костер разведу…
— Я похожа на охотницу? — Спросила возмущенно Тайсама.
Стройный силуэт, гордая осанка, копье в руках… Волосы и вуаль развевались на ветру, незнамо откуда взявшемуся среди высоких деревьев. Я улыбнулся и честно кивнул:
— Похожа. Прямо охотница из мифов… Из легенд о тех временах, когда Боги были отнюдь не спящими.
— Каэхон… — Тайсама стала вдруг неуверенной и смущенной.
Я рассмеялся и оборвал ее:
— Иди, поохоться. Кушать-то хочется!
— Ну ладно, — как-то подозрительно задумчиво согласилась девушка, бесшумно исчезая в лесу.
Ширра проснулся с трудом, посредством моего кулака. Что-то все хуже и хуже бедняге становилось в нашем климате… Хотя даже мне было странно: середина весны, а холодает. Вроде и снег уже сойти успел, а того и гляди — опять заморозки по ночам начнутся.
Вернулась Тайсама, с парой мелких животных в руках. Как я потом понял, это были зайцы. Развести костер труда особого не составило, как и приготовить зверьков: камень Огня превосходно мне помог в равномерной обжарке тушек. Не пришлось даже морочить себе голову насчет вертела — посредством камня Воздуха мне удалось удерживать ушастых в воздухе.
Готовка оказалась для меня также отличным опытом — до нее я не мог использовать сразу несколько камней. Раньше приходилось прерывать контакт с одним камушком для использования другого… За едой разговор что-то не клеился. Ширра больше был озабочен попытками согреться: дошло до того, что он использовал свой камень Иллюзий, внушая своему телу, что на самом-то деле ему тепло. Тайсама сидела какая-то задумчивая, а я не мог понять ее эмоции. Пришлось просто кушать зайца.
Путь продолжался.
И вновь меня посетил сон. Почти такой же… Точнее, тот же самый сон, его продолжение. Голос явно прекрасно помнил предыдущую беседу. На этот раз он даже удосужился поздороваться…
— Здравствуй, Каэхон! — Голос был все таким же: насмешливым,
— Странный вопрос, — хмыкнул я. — Или ты мне наяву мерещиться начал?
— Да кто меня знает, — с сомнением произнес Гость. — Ладно, давай, что ли, я по делу поболтаю.
— Давай я лучше сначала вопрос задам, — перебил я его. — Кто такой Райдо?
— Это Путник, — усмехнулся голос. — Не кхае. Но и человеком его уже назвать сложно. Я бы подумал, что он полукровка, но у человека и абаттца детей быть не может. А так — смешной и интересный персонаж.
— Ему можно верить?
— Людям вообще нельзя верить. Я ответил на твой вопрос, теперь смирись — Гость говорить будет! — Торжественно произнес он и сменил тон на обыденный: — В общем, подумал я на досуге и решил: надо отменить в сем мире магию.
— Что? — Переспросил я. — ЧТО?! — Воскликнул, когда до меня дошел смысл высказывания моего Гостя. — Это как это, магию отменить? И главное — зачем?
— Как? Ну, это пока решаем. Ты же знаешь, что магия — это всего лишь общение с камушками, которые управляют материей, сознанием… Абаттцы — по сути те же камни магии.
— И?
— Ты тут мне не икай! А слушай дальше. Я практически подобрался к тем нитям, что связывают камни и плоть мира… Правда, возникает тут одна маленькая неприятность.
— Какая же?
— Кхае теряют свою магию.
— Это же глупо. Магия кхае сильнее, лишь она сможет привести к возрождению Абатты! — Пылко возразил я.
— Она уже не справилась однажды, — возразил Гость. — Вся эта магия. Боги посильнее оказались.
— Но лишая мир магии, ты лишишь кхае единственной защитой от богов.
— Напротив. Без магии Спящих Богов не пробудить. Да и почти все их вмешательство — наполовину магия.
— По-моему, это плохая идея, — не сдавался я. — Лишая кхае магии, ты лишаешь их основного преимущества…
— Я сделаю абаттцев сильнее, Каэхон. Конечно, сильные стороны порождают слабости — к примеру, магия кхае ограничивает рождаемость нашего народа.
— И что? Ты сделаешь нас сильными, почти неуязвимыми воинами? Которые будут чем-либо мучаться?
— Ну, — протянул Гость. — Именно это я и хотел сделать. А что тебе не нравится?
— Магия давала возможность Абатте существовать мирно, — пояснил я. — Смотри, возьмем те же Горки и старого кхае-алхимика. С помощью магии он превратил простой городок в настоящий рай!
— Я бы не стал столь категоричен, но соглашусь, — немного недовольно произнес голос. — И что же ты предлагаешь?
— Оставь магию. И дай абаттцам самим действовать.
— Ждать, наблюдая, как мой народ умирает? — Резко спросил Гость. — Я довольно долго этим занимался, надеясь, что вы сможете справиться сами. Я не вмешивался с того самого дня, как мой город поглотил водоворот… Не мог вмешаться: не хватало сил. Но я не могу бездействовать сейчас, когда есть возможность. — Вдруг Гость резко оборвал себя, послышался смешок. — Впрочем, что это я перед тобой исповедуюсь?