Каэхон

Бражский Максим

У меня не было времени на ритуалы и рисунки. Но силы, разлитой в воздухе, мудрости и опыта Духа Летающе-го острова хватило и без них. Камень Тяжести. Корешок. Кусок скалы, на котором вырастал город. Миг — и все это слилось воедино!

— Скала поплыла! — раздался чей-то восторженно-удивленный голос.

Я держался лишь на той магии, что была разлита в воздухе, своих сил уже не было.

— Это Абатта. Наш новый город, — ответил устало я. — Призраки держатся с трудом… Хадкитор заплатил нам за то, что отныне и навеки Абатта

будет их новым домом.

Кто-то, кажется Кетхе, кивнул.

— Сейчас я пододвину его сюда, — раздался голос Экке.

— Быстрее! — встревоженно вскрикнула Жани. — Хадкитор был велик, но наш проснувшийся друг слишком разозлился!

— А, Проснувшиеся боги! — негромко выругался ветреный кхае.

В ту же секунду нас подхватил безумный вихрь, прижал друг к другу и подбросил в воздух. Ощущения были не из приятных, но на том месте, где мы еще недавно стояли, я почувствовал жуткий холод: призраки сделали свое дело, они дали нам достаточно времени.

Удар о каменный пол. Легкий, но все усиливающийся ветер. Тихое покачивание и ощущение полета. Усталый вздох Экке — и тут же его стон, сегодня перерасходовали силы все. Рядом прислонился к колонне Кетхе. Он держался больше на гордости, высушен был не меньше других.

Ко мне подошла Тайсама, молча села рядом и, обняв, посмотрела куда-то вдаль. Я провел рукой в ту сторону — но ничего не обнаружил.

— Просторы, Кай, — тихо сказала она. — Бескрайние просторы неба… Мы летим.

— Абатта вновь возродилась, — негромко сказал Тифус. Он сидел на каком-то выступе одной из колонн — и когда только успел забраться! — Хоть и не так, как я представлял.

— Абатта будет жить, — усмехнулся Кетхе.

— Абатта будет жить, — умиротворенно кивнул я. — Теперь — будет.

Где-то среди камня я смутно ощущал и духов Хадкитора, и Хранителя Летающего острова. Ветер играл среди стройных башенок. Солнце наверняка ярко светило — должно быть, тени были красивы… Но важно тогда было лишь одно.

Абатта будет жить.

Я улыбнулся расслабленно. Наконец-то дом. Можно спокойно отдохнуть…

ЭПИЛОГ

Киран задумчиво смотрел вслед отступающим северянам. Не было похоже, что Харакор разгромлен. Хотя войска Радории и нанесли врагу большой ущерб, перевес все равно оставался на стороне северных воителей. Но они отступали. И это не могло не радовать: значит, не будет больше потерь, значит, «волчьи головы» все же получат заслуженную награду!

После того как Каэхона захватили в плен и, как полагал Киран, убили, командиром «Серой стаи» стал бывший десятник. Такова была последняя воля слепого кхае, поэтому никто и не думал спорить. И хотя большинство наемников хотели тут же отправиться спасать плененных друзей, Киран рассудил, что хорошего из такой авантюры выйти не может. Ему многого стоило убедить Ширру и Тифу не уходить из отряда, но, добившись этого, он избежал проблем

с остальными. Единственное, куда-то делся один парень из отряда Эрвиса, Тифка. Кирану было жаль терять такого способного парня, но не искать же его во враждебных горах? Новый командир «Серой стаи» был уже не настолько молод, чтобы позволить себе подобное безрассудство. Все же он понимал, что отвечает отныне не только за свою жизнь!

Выйти из гор оказалось неожиданно легко. Иллюзии Ширры, который стал угрюм и немногословен, помогали проходить незаметными мимо немногочисленных воинов

Харакора. Их было совсем мало, почти все ушли, как догадывался Киран, к своему богу… Так что оставались лишь женщины, старики и дети.

Отряд двигался быстрым маршем, Киран хотел успеть прийти на помощь сражающимся с северным врагом армиям Радории. В победе объединенных войск короля и лордов командир «Серой стаи» не особо сомневался, в истории страны были и не такие войны, но каждый раз врага отражали. Вопрос был лишь в потерях! Нет, просто Киран хотел хорошо показать теперь уже его отряд, заработать славу «волчьим головам». Он был опытным наемником и знал, как много значит известность.

И они успели. Жуткий вой раздался в самый разгар жестокого боя, вселяя страх и ужас даже в харакорцев, обычно не знающих такого чувства… «Волчьи головы» врезались во врага, больше пугая и создавая панику. Ширра старался как мог, вызывая образы смерти, а Алвар огнем своим уничтожил немало врагов, пресекая их бессмысленные, по мнению Кирана, жизни. Да, были потери и среди «волчьих голов»: несколько наемников окончили свой путь в том бою… Но их маски были сняты и после бережно сохранены, до того дня, как придет им замена.

Пятьдесят бойцов. Три мага, Алвар, Ширра и Тифа. И он, Киран.

После боя к командиру «Серой стаи» подъехал знакомый лорд — Рей Сокол. Вместе с Кираном они наблюдали за нестройными рядами отступающего противника, и тревожно на душе было у обоих.

— Где Кай? — спросил Рей.

— Умер, — коротко ответил Киран. — Задание выполнено, хотя, возможно, новость запоздала.

— Что удалось узнать?

— Эта война не была ради захвата Радории. Ее вели не вожди харакорцев, а маги, жрецы их бога, Килхейдхеера.

— Слышал, — кивнул Рей. — Но, к сожалению, не придавал значения. Что ж, ты расскажешь мне обо всем в подробностях, и тогда твой отряд… Теперь уже твой, так? Получит награду, которую я обещал.

— Да… И еще. Мои маги сказали, что к концу боя что-то неладное случилось с магией. Камни перестали слушаться знаков, — добавил Киран, умолчав, что Алвар, напротив, будто получил заряд энергии. — Думаю, об этом еще не раз тебе придется услышать!

— Я уже слышал, — кивнул лорд. — У моих магов та же проблема. Но их коллеги из Обители успокаивают, что это из-за мифического всплеска энергии — когда он пройдет, магия вернется в камни. Но это не мое дело.