Кадуцей. Избирая Смерть...
Шрифт:
– Рыженькие значит… – пробурчала Мия, шагая чуть позади меня, – и помоложе…
– Точно не моложе тебя. Второго ребёнка под своей опекой я не переживу.
– Я не ребёнок! – задрав носик, гордо ответила моя служанка.
– О, мороженное. Будешь? – спросил я, делая шаг в сторону маленького навеса, под которым стояла покрытая легкой изморозью, блестящая плита. Сделав заказ и понаблюдав пару минут за работой продавца, я вручил насупившейся девушке огромную, запеченную вафлю с ледяной сладостью внутри. Тяжести вздоха девушки позавидовали бы горы во время схождения оползня, но угощение она все же приняла, моментально измазавшись.
– Ты точно помнишь, где тут гостиница?
– Эммм… Я не была в Родисе уже лет пять, но думаю, помню. Мы зашли через южные врата и сейчас находимся на центральной улице…
– Господин! Я помню! Старина Дорси, знает лучшую в этом городе гостиницу, без клопов и с потрясающей готовкой от управляющего – окликнул меня сидящий неподалеку мужик, с плотной повязкой на глазах.
– И где она? – повернув голову в сторону калеки, спросил я.
– Эммм… Всего за пару монет нуждающемуся…
Я хмыкнул. А он хорош. В меру нагл, но если действительно подскажет дорогу, то мне не жалко мелочи.
– Зачем тебе? Алкоголь, наркотики, продажные женщины? – чуть улыбаясь произнес я, подойдя немного ближе.
– Что вы! Мне бы только на булку хлеба и глоток кваса… Стыдно у вас просить, но что ещё остается слепому?
Дальше последовала душещипательная история о честном трудяге, что потерял зрение на работе и негодяе-начальнике вышвырнувшему калеку на улицу. По мере рассказа, глаза Мии предательски часто моргали, что, впрочем, не мешало ей уплетать мороженное за обе щеки.
– Никт… – тихонечко так пробормотала Мия, скорчив умоляющую мордашку.
– Что? Ты серьезно ему поверила? – хмыкнул я, тем не менее отдавая свою порцию мороженного девушке.
– Господин Никт! Прислушайтесь к словам этой сердешной девушки! Я говорю чистую правду! – оживился попрошайка.
– Она немного не то имела в виду. Денег я тебе не дам, но с другой проблемой я тебе помогу.
Касаюсь мужика. Хм. Честно говоря, думал он все же обманщик и никакой он не слепой. Но нет. Катаракта, а именно помутнение хрусталика, служило причиной его нахождения тут. Да и повязка нужна чтобы не смущать народ, так как взгляд таких пациентов становится немного жутковатым. Все потому, что минимальное зрение они сохраняют, то есть они видят не кромешную тьму, а наоборот, молочно-белую пелену с тенями вокруг, на которых пытаются фокусироваться взглядом. Учитывая, что при запущенных случаях, помутневший хрусталик видно невооружённым взглядом, мурашки ходят табуном, когда белесые глаза фокусируются на тебе.
– Как там тебя? Дорси? Кем работал раньше, Дорси? Что-то связанное с химикатами?
– Кожевником был я. А почему спрашиваете, господин?
– Руки у тебя в застарелых химических ожогах. Да и интересна была первопричина твоей травмы. Кстати, вы же вымачиваете кожу в моче? Я не чувствую характерного запаха в городе. Напротив, у вас тут чистенько…
– Дык мастерские находятся в дневном переходе от города, с его подветренной стороны. Сюда запах если пару дней в году долетает, то исключительно по велению Нюкты, не иначе. А откуда вы знаете? Ну, это…
– Господин Никт все знает! – гордо ответила вместо меня Мия.
– Кроме местоположения хорошей гостиницы, – фыркнул я. – Сейчас немного пощиплет… Готово. Снимай повязку.
– Эммм… –
– Тише ты. Чего орешь? – недовольно буркнул я, краем глаза отмечая, как окружающие, привлеченные воплем попрошайки, поворачивают в нашу сторону головы. Но мужик меня хоть и услышал, говоря немного тише, но все равно издавал достаточно шума для того, чтобы привлекать внимание к своей персоне.
– Это чудо… Вас послали ко мне, сами боги! – не унимался мужик.
– Да-да. А ещё велели узнать, где тут можно нормально переночевать, – раздраженно повел я плечом.
На самом деле, ничего сложного я не сделал. Его хрусталик уже практически самостоятельно распался, мне оставалось только вычистить остатки и вырастить новый. Учитывая, что возни с улучшением сетчатки Мии у меня было больше, то процесс стимуляции глиоцитов, с дальнейшем формированием хрусталиковой камеры и линзы в ней – было достаточно плевым делом [7] .
7
На самом деле, далеко не плевым делом. Все намного сложнее и любой из офтальмологов скорчит недовольную рожицу, когда прочитает этот текст. Просто считайте, что в этом моменте показана крутизна способностей гг формировать структуры, которые присутствуют у нас только на этапе эмбриогенеза. Но в целом, плевым делом это было, если бы нужно было просто заменить природный хрусталик на штучный. Тогда это было бы действительно плевым делом, хоть и потребовало некоторого инструментария. Прим. Ав.
– Конечно! Господин Никт! Я навеки запомню ваше Имя!
И все в таком же духе. Знал бы, что этот Дорси будет так шуметь, точно бы не помогал… Хотя, если я правильно его оценил как человека, он послужит хорошим примером для Мии, так что можно и потерпеть немного.
Тем более отделались мы от фонтанирующего счастьем мужика достаточно быстро. Он действительно рассказал, как нам выйти к приличному трактиру, ещё и умолял нас назвать трактирщику его имя, якобы для получения скидки. Забавно, что он даже на секунду не задумался, а кто именно помог ему. Экс или этрарх. Хотя может чуть позже, когда эйфория пройдет он задаст себе этот вопрос…
В любом случае мы дошли до означенного места достаточно быстро. Что можно сказать о трактире? Тепло, сухо, более-менее чисто. Крепкие дубовые столы в просторном обеденном зале, служили неплохим интерьером, вместе с камином, который являлся одновременно источником тепла и вкуснейшего запаха жареного мяса. Серьезно, висящая на металлическом пруте нога крупного животного, была размером в мою служанку! Я даже покосился на неё, невольно сравнивая, за что тут же получил крайне подозрительный взгляд…
Бррр… Неужели у неё, как и у остальных женщин, с возрастом открывается эта ведьмина способность к чтению мыслей? Или тут что-то другое?
Кратко переговорив с хозяином трактира и договорившись о плате за проживание, мы остались внизу наскоро перекусить, пока комнату подготовят к нашему заселению. Миловидная рыжеволосая служанка, задорно улыбаясь, споро сервировала нам с Мией стол, принеся густой наваристый суп и рассыпчатую кашу с полосками срезанного с вертела мяса, аромат копчености которого, заставлял чуть ли не давиться слюнями.