Кадет
Шрифт:
Стоп! Вот оно!
За счет чего сейчас живет Сонресорм? Причем живет неплохо, гораздо лучше многих других имперских провинций. Что приносит доход рессам? За контроль над чем начали свою игру Шоргуа? И почему именно сейчас? Вот те вопросы, за ответами на которые он сюда пришел.
Сдается, как раз что-то в этом роде Ретен и ищет, а вовсе не доказательства, связанные с измененным. Вернее, не только и столько доказательства. Они не главное. И искал он это с самого начала, когда еще только затеял их сомнительную авантюру с ловлей на живца, то бишь на него. Именно поэтому папенька не особо проникся идеей госпожи Шарот
И вывод тогда напрашивался один — сейф брать ему придется. Хоть зубами. Иначе последствия будут такими, что неизвестно, удастся ли их потом разгрести вообще, а измененный на их фоне покажется милой шалостью.
«Ладно, посмотрим, что для предстоящего штурма этой твердыни передал Каги», — Дари потянул на себя торбу, оставленную механиком, и осторожно вывалил ее содержимое прямо на постель.
Веревка. Очень подходящая. Дворецкий явно знал, что делал, выбирая ее.
Керосиновый фонарь с потайным стеклом, делающим луч узким и незаметным со стороны. Тоже не лишнее.
Маленькая фомка. На нее Пепел хмыкнул и отложил подальше. Не, этим сейф не взять. Современные хранилища берут мозгами, а не ломиками.
А вот набор отмычек не помешает. Пепел открутил каблук своего ободранного ботинка, вытащил оттуда компактную, но удобную связку и добавил ее в кучу на постели. Что ж, можно считать он готов.
Ну так и нечего тянуть время.
Глава двадцать четвертая
Экипаж остановился возле служебного входа на территорию ипподрома, но этого, кажется, никто даже не заметил — их тут стояло уже с десяток и самых разных — от городских пролеток до огромных фур, запряженных несколькими парами быков и загруженных чем-то тяжелым и объемным. Кто-то едва приехал, где-то уже заканчивали разгрузку — работа кипела, народ метался, ор стоял до небес. И хотя для публики открытие недельной выставки воздухоплавания намечалось лишь к обеду — под торжественные речи и прочий неизбежно сопутствующий пафос, основная подготовка к ней заканчивалась сейчас. А началась так вообще еще вчера и продолжалась всю ночь, несмотря на дождь.
Госпожа Шарот расплатилась с кучером, подхватила свои картонки и как полководец маленькой, но решительной армии бросилась на штурм ворот. Те, как назло, оказались перекрыты телегой некоего неповоротливого и криворукого выкормыша демонов, о чем ему немедленно и сообщили. Причем таким тоном, что тот даже возразить не посмел. Просто постарался как можно скорее убрать с дороги свою зацепившуюся за столб колымагу и освободить проход напористой леди.
Основной поток людей и грузов, вливающихся в ворота, заворачивал потом к главным трибунам и полю перед ними, но пожилая леди и две сопровождавшие ее дамы, напротив, направились в тихую и никому сейчас не интересную часть ипподрома с пустыми конюшнями. Проводником им от самого входа служил некий тощий и зачуханный работяга, изредка мелькавший впереди, но замечала его, похоже, только бабушка.
— Госпожа Шарот, — поинтересовалась Лина, сворачивая за десятый по счету угол и совершенно потеряв ориентацию. — Вы уверены, что мы идем правильно?
— Конечно, — удивилась та в ответ. — Думаешь, Рети не знает, куда
— В смысле? Ресс Ретенауи? — удивилась девушка.
— Разумеется, — выразительно фыркнула бабуля. — Стала бы я доверять какому другому Рети.
— А где он? — включилась в беседу Эрселин, тоже заинтригованная до невозможности.
— Надеюсь, вы это несерьезно? — с недоверием посмотрела та на них. — Вон же. За тем кирпичным сараем мелькнул.
— Н-да… — протянула Эрс, успевшая заметить лишь невнятную тень. — Умеете вы удивить. Кстати, а что у вас в тех картонках?
— В картонках, дорогая моя, бинты и прочая перевязка, в рыжем саквояже остальная аптечка, в черном — кое-какие вещи переодеться на первый случай. Ну а в той, что с синим штампом… там моя мелочевка.
— Позаботились обо всем? — хмыкнула ресса, в принципе, что-то такое и подозревавшая. Про мелочевку же решила благоразумно не уточнять — показалось, что делать этого не стоит.
— Разумеется, — пожала та плечами. — С моим опытом было бы странно этого не сделать.
— Но остальной багаж все равно жалко, — вмешалась Лина. — Потеряют же его в Грансе. Наверняка.
— Девочка, какой Гранс? — в недоумении пожилая леди аж остановилась. — В графу «пункт назначения» вписано совсем другое.
— Ээ… растерялась та, — И что же?
— Шант Эли. Подумалось тут, что военная академия вполне надежное место для нескольких памятных мне вещиц. И, кстати, — развернулась она в сторону Эрселин, оторопевшей ничуть не меньше Лины. — Я внесла туда ваше имя. Надеюсь, вы не обидитесь?
— Нет, — хмыкнула та. — Не обижусь. На вас, госпожа Шарот, удивительно трудно обижаться.
— Да, — не стала спорить бабушка. — Всегда это знала.
— И всегда этим пользовались, — поставил точку в разговоре Ретен, выныривая из-за полуприкрытой деревянной створки, которую они как раз миновали.
— О, уже пришли? — ничуть не удивилась ему госпожа Шарот.
— Почти. Нам вон туда, к воротам.
— Ну а если потеряют, — пожилая леди решила закончить-таки свою мысль. — Поручим это ведомству ресса Ретенауи. Все равно им, похоже, нечем заняться, ведь работаем за них мы. Вот пусть и разыскивают потом эту ерунду.
Ретен хмыкнул, но ничего не ответил. Возможно потому, что уже действительно пришли.
Поднявшись по узкой и крутой лестнице на второй этаж, Эрс тут же угодила в объятия Валента, выскочившего в нетерпении их встречать:
— Я уже соскучился, — зарылся он носом в ее волосы, не обращая внимания на остальных. — А ты?
— С ума сошел! Быстро в постель! — напустилась она на него, впрочем, далеко не сразу. И спохватилась: — А она тут вообще есть?
— Есть, — Ретен тоже успел к ним подняться вместе с баулами, отобранными у дам. — И даже вполне приличная. Комната вон там, за дверью. Только…
Он чуть посторонился, пропуская вперед Лину:
— Ты не пугайся, ладно?
— Что? — девушка побледнела и, не дожидаясь ответа, дернула на себя створку. — Что с ним?
— Да ничего страшного…
— Ралти! Боги всеблагие! — Лина, всхлипнув, бросилась к нему с порога. — Что с тобой!
— Просто вымылся, — отозвался тот, растерявшись от такой паники.
— Та-ак… — Эрселин несколько раз перевела грозный взгляд с Ретена на Валента и обратно. — Вымылся, значит? Могу представить, как его раны сейчас выглядят!