К северу от Чернобыля
Шрифт:
Ну, это здорово, что ты один при шел. Ты догадался, что мы уже все сделали? И не стал никого брать? — поинтересовался я у студента.
Накладочка вышла, печально вздохнул он. — Я не понял, что там было, но трое с оружием стали резко поворачиваться ко мне. Я их сначала застрелил, а потом увидел, что один — боец Фунтика. Не помню, как его звали.
В плечах широк? — спросил Клерк.
Да нет, такой из себя, пояснил Юнец.
Этот и Лютого пристрелил. Это нормально. Я бы его еще вчера вечером шлепнул. Просто для
Студент, обрадованный тем, что конфликта внутри Долины не будет, облегченно перевел дух.
Мы там все за собой прибрали. Дотащили до «жарки» в гараже, там и покидали.
Пять баллов Заправке, развеселился Бывалый.
Какие там новости от Фунтика? — поинтересовался Клерк.
Я не хотел демонстрировать возможности Умника при всех и поднялся на второй этаж. Как там Плакса со своими?
Умник, у тебя новые данные о передвижении группы есть? Не демонстрируя себя скинь их на общий канал ПДА.
Почему мы не принимаем новичков в команду?
У них свои цели и задачи. Это называется временные союзники. Завтра им могут поставить другие цели и задачи. Или они сами примут какоенибудь другое решение. Ты, кстати, очень ценный. Поэтому лучше скрывать твое присутствие. Ты знаешь, есть такая книжка Библия. Там среди большого количества ерунды иногда попадаются дельные мысли. Так вот одна из них гласит «не вводить малых сих в искушение». Вот мы и не вводим.
Я ценный! — загордился Умник.
Да ты ценнее всех артефактов, которые мы собрали. Ты, наверное, первый думающий компьютер. А еще и переводчик. Кто еще кроме тебя знает язык собак.
У меня такое чувство… Я даже не знаю, какое это чувство.
Это гордость. Ты имеешь на это право. Вообще больше наблюдай за собой, за своими ощущениями. Попробуй переводить это на язык математики и программирования. Математикам не дают Нобелевскую премию, но если ты все это запатентуешь, ты переплюнешь Била Гейтса.
А Нобелевская премия? — возмущенно спросил Умник.
Получишь по физике, утешил я обиженный компьютер. — За открытие вечных батареек. Как там у тебя элементы питания?
Можешь открыть посмотреть.
Я отщелкнул серую пластинку крышки и удивленно присвистнул. Батареи питания, слившись с «конденсатором» в единую массу, превратились в квадратную «вспышку», только с зеленоватым отливом.
По моим прогнозам, основанным на математической модели, моей самой не надежной частью являются кремневые полупроводники. Они выйдут из строя через семь тысяч лет. Но за это время мы ведь что-нибудь придумаем? — спросил Умник с надеждой.
Не сомневайся, заверил я его. — Как там часть нашей команды, Плакса и сопровождающие его лица?
Благополучно прошли Свалку, зашли на территорию Агропрома. В данный момент, меняя позиции, ведут эффективный снайперский обстрел. Опасность поражения со стороны
Расскажи все это Герде и Акелле, попросил его я. — Помни, временный союзник — это не член команды. К ним надо относиться хорошо, но коечто от них лучше скрывать.
Я понял, ответил преисполненный гордости и надежд компьютер.
Я спустился на первый этаж.
У наших все хорошо, заверил я.
А подробности? — спросил пронырливый Клерк.
Свалку прошли благополучно. На Агропроме постреливают, высунувшихся из укрытия бандитов.
Люди заняты серьезным делом, а мы тут продовольственными заготовками развлекаемся, неожиданно выступил обычно миролюбивый Лекарь.
Волк солидарно вздохнул, но промолчал.
Однако, голодным много не навоюешь, заметил дядька Семен. — Вы все время сытые, голода не знали. Поэтому так беспечно к этому относитесь. Да и половину патронов вы зря оставили. Я в прошлом году с двумя патронам в ТТ от военных складов до кордона день шел. От слепых псов бегом убегал. Позорище. Я вам скажу, одежду, обувь надо беречь, а медикаментами и патронами разбрасываться грех.
Дядька Семен, сказал я успокоительно, мы ж ведь не бичам подзаборным все оставили, а таким же, как мы искателям приключений просто менее везучим.
Дядька Семен недовольно засопел, но спорить перестал, вернувшись к важному делу копчения мяса.
У меня есть твердое мнение, что как всегда ночью что-нибудь произойдет и выспаться нам не дадут, сказал я. — Также честно признаюсь, устал я очень. Никто не против послеобеденного отдыха? Возражений не последовало и я, привалившись к теплому мохнатому боку Герды и прошептав, «будить в случае наводнения, пожара и войны», мгновенно уснул.
У Крепыша возникла проблема. Он раскопал половину «электры» и не знал, куда складывать «конденсаторы». Он засыпал ими весь пол в вагончике, стоящем у дороги. В комплекс было носить далеко и не удобно. Он сел на край раскопа и начал думать, как выкрутиться из создавшейся ситуации. В вечный свист ветра и невнятное уханье влился новый шум. Кто-то шел через камыши по краю заболоченного озера. Крепыш положил автомат вдоль бедра и снял его с предохранителя. Из камышей вышли двое в черных куртках.
Что, одиночка, в землю хочешь зарыться? — насмешливо спросил один Крепыша.
Я не одиночка. Я боец Темной Долины из северо-западного комплекса. У нас на днях срочная отгрузка и «конденсаторы» нужны. Вот и копаю в свободное от отстрела, таких как вы время. Ну что, родной, улица наша. Проверим, у кого реакция быстрей.
Не горячись, боец, залепетал второй, протягивая руки ладошками вперед. — Вы тут амнистию обещали тем, кто к сталкерам прибьется. Веришь, нет. На Свалке бить будут. Мы там многим насолили. На кордоне нет никого. Вообще пусто. Давайте мы к вам будем сдаваться. Поговори со своими, а?