К-394
Шрифт:
Наверное, от оранжевого комбинезона и камеры смертников меня спасала скрытность, ловкость и сознательность, благодаря которой я никогда не оставляла улик, способных вывести на мою семью. Я всегда надевала перчатки и подвязывала волосы. Предпочитала ножи, если огнестрельное оружие не оставалось единственным вариантом. Даже прибегнув к стали и пороху, я всегда возвращалась с лезвиями. Бесшумные инструменты с доказанной эффективностью. Хотя, наверное, все серийные убийцы такие, верно? У всех нас есть особый ритуал, который нужно выполнить, прежде чем покинуть место преступления. Меня отличало от них то, что я не слетала с катушек. Я мыслила трезво и не чувствовала
Вроде Джеймса Харта.
Он был полнейшим придурком во всех отношениях, как я и сказала папочке. Пришел к нам более двух лет назад со слезливой историей о том, что его уволили из корпорации без малейшей на то причины, в то время как его жена не могла работать, поскольку сидела с двумя маленькими детьми. А еще ждала третьего. Очевидно, из-за несправедливого увольнения Харту сложно было найти новый источник дохода, и все его накопления стремительно убывали.
Будучи добрым человеком, папочка без долгих раздумий занял ему немалую сумму. И не один раз, а несколько из восхищения семьянином. Оказалось, что слизняк был холост, без детей и уволен после судебного процесса по обвинению в сексуальном домогательстве. Также он страдал определенной — то есть, большой — склонностью к азартным играм. Сигналом поднять Харта вверх в моем списке стало то, что мистер Эндрюс, наш семейный адвокат, раскрыл нам его истинную личность.
Видимо, азартные игры отупляли, поскольку едва поняв, в какое дерьмо угодил, Джеймс принял гениальное решение сбежать. Однако он совершил фатальную ошибку, выбрав гостиницу в восьмидесяти километрах от своего прежнего жилья, чтобы продумать основной план. Почему? Потому что я уведомила каждый отель в тройном радиусе и попросила сообщить мне, если номер забронирует некто под именем Джеймс Харт. Администраторы согласились, считая, что я действовала от лица правительства. Забавно, как легко было убедить их, что я из ФБР. Случайный номер значка и заготовленные реплики работали гипнотически.
Сидя в своей безопасной машине на другой стороне улицы, я наблюдала за парадными дверьми «Марриотт», выжидая свою цель. Харт мог прибыть в любой момент, и я хотела застать его врасплох. Тем не менее, я была здесь не одна. Папочкины ребятки тоже приехали и ждали во внедорожнике с тонированными стеклами, припаркованном прямо передо мной. Сегодня они сопровождали меня не только для уборки. Для безупречной ликвидации мистера Харта мне требовалась небольшая помощь.
К слову о мистере Харте…
Я удовлетворенно улыбнулась, наблюдая, как перед отелем остановилось такси, из задней двери которого вышла моя цель, посмотревшая вправо и влево. Когда машина уехала, Харт вошел в отель с большой сумкой, и я выбралась из своей машины. Перебежав улицу, я последовала за ним внутрь. Пока он флиртовал с молодой женщиной за стойкой регистрации, я опустилась на ближайший диван, откуда продолжила слежку.
Двадцать минут спустя после тщетных попыток заманить девушку в свой номер, мистер Харт получил отказ и, зарегистрировавшись, пошел к лифту, не имя ни малейшего представления о том, что ждало его.
Три…
Два…
Один…
Как по команде, в кармане моих джинсов завибрировал телефон, и я прочла сообщение, подтверждавшее, что план начал официально приходить в исполнение.
Ричи:
«Не беспокойся, малыш Ричи. Пятнадцати мне хватит».
Вернув телефон в карман, я встала и со всей возможной беспечностью прошла по тихому холлу, чувствуя, как у меня ускорился сердечный ритм от понесшегося по венам адреналина. Мистер Харт нажал на кнопку со светящейся стрелкой, и пока мы поднимались на пятнадцатый этаж, не удостоил меня ни взглядом, ни словом.
— Вы здесь по работе? — легко спросила я, казалось бы, дружелюбно.
— Что-то вроде того. А вы? — тихо промурлыкал он.
— Я тоже. Совершенно секретно. Честно говоря, дождаться не могу. — Совершенно секретно, да? — хохотнул Харт, проведя рукой по своим темным сальным волосам. — Вы из полиции или типа того?
— Хуже, — едва сдержала я смех, и Джеймс выгнул бровь. — Я — ваш худший кошмар, — плавным движением, которого он явно не ожидал, я толкнула его к металлической стене, рукой придавив ему горло. Я протолкнула дуло Харту в глотку так, что его чуть не вырвало. Он дернулся всем телом, и в его глазах вспыхнул страх, пробиравший до самых костей. Не отводя взгляда, я почувствовала, как мои губы изогнулись в улыбке чеширского кота. — Сюрприз, мистер Харт. Ваша ложь, наконец, вас настигла и забронировала вам местечко на верхней строчке моего очень престижного списка. Хотите знать, что за список? — проворковала я.
Он изо всех сил замотал головой.
— Тот, где вы проглотите одну из моих хорошеньких маленьких пуль за то, что разыграли моего папочку. Хотите сказать последнее слово?
— По, по, — все, что я сумела разобрать из просьбы мистера Харта, пытавшегося заговорить, несмотря на дуло во рту.
— Прошу прощения? Что-что? — забавлялась я и, достав лезвие из кобуры, двумя быстрыми движениями нарисовала на лице Харта улыбку.
— По, ох.
— Да, я не совсем понимаю. А даже если бы понимала… — я соприкоснулась с ним носами. — Я не жалею отморозков. Спокойной ночи, Харт. Увидимся в аду.
Я нажала на курок, и кровь забрызгала стальную стену за головой Харта. В считанные секунды свет начал затухать в его глазах, принеся мне некое удовлетворение. Однако ни удовольствие от смерти, ни покой не были полным, пока я не вычеркнула из списка имя ЛеРу. У меня возникло предчувствие, что ждать осталось недолго, потому что Гаспар был не из тех, кто надолго остается в тени.
Глава 7
Ксандер
Сидя в шумной приемной медицинского центра Линкольна и теряя рассудок, я выбрал первый вариант. Раньше я был преисполнен решимости тянуть с решением до последней минуты, но когда вопрос встал ребром, просто не смог. При виде Скарзи в той же приемной, что-то щелкнуло у меня в голове и показало, что помимо преследовавших меня тревоги и страха, я страдал еще и паранойей. Не потому, что знал о присутствии Скарзи, скорее терзало беспокойство о том, что сделал бы он, если бы узнал о моем присутствии. Потребовал бы ответа? Отменил бы сделку и оставил мне только вариант С, который можно было даже не рассматривать. Я не мог рисковать, особенно когда речь шла о мамином здоровье, поэтому все обдумал и взвесил, приняв окончательное решение. Не сказать, что оно успокоило мои нервы, поскольку с его принятием я столкнулся с другим испытанием, - а именно добыть пятьдесят тысяч долларов за один месяц.