Извини, парень

Васильева Ксения

Ирина проснулась и сжалась в постели от страха, не представляя себе кто это может быть... Они ж только открылись! У них же пока - не должно быть врагов! И рэкету рано...

Лина вздрогнула и очнулась, вскочила с постели, на ходу накинув халат, и встретилась с испуганной Ириной в холле.

У двери с замком возился В.Н.
– он открывал... Кому?!

В холл ввалился, - кто бы вы думали?

Леха! Собственной персоной.

Он был, конечно, под газами, но не сильно, на нем был тот же костюм "Сафари", теперь выглядевший так, будто Леха и впрямь побывал

на сафари где-нибудь в Африке и встретился врукопашную со львом: костюм был грязен и в нескольких местах порван.

Увидев их троих, он повалился на колени и стал плакать, выкрикивая отдельные фразы.
– Простите меня! Я - дурак... Еле нашел, на автопилоте... Только к вам...
– вы такие люди!

В.Н. как-то быстро и жестоко затащил его в дом (женщины удивились: силой В.Н. не отличался, а тут этого здоровенного Леху вволок в холл мгновенно...), закрыл дверь и приказал.
– Хватит вопить! Мы не в театре!

Леха тут же перестал орать и только утирал настоящие слезы (или водочные?..).

Лина не могла больше наблюдать это зрелище.
– Вы, как хотите, а я пошла досыпать. Только заснула - и вот вам нежданно-негаданно гость!

Леха, конечно, не помнил, как их зовут, но на Владимира Николаевича он явно рассчитывал, его он как-то просекал и, потому. глядя ему в глаза, попросил.
– Ребята, дайте на стакан, а? Я отдам.

В.Н. вздохнул и пошел в зал.

Леха встал с колен и потащился за ним. Ирина постояла в гардеробной, решая, - идти ли ей с ними?.. И решила не идти. В.Н., в конце концов, молодой мужик, - справится.

В.Н. достал из буфета графин с коктейлем, налил полный бокал и дал Лехе, который был все же в плохом состоянии, потому что даже не обратил внимания на то, где он находится, и что его окружает, - жадно схватил бокал и в одну секунду выпил.

Облизнул губы, не понял, что пьет, только прошептал.
– Еще дай...

В.Н., так же молча, налил ему второй, и Леха также жадно его выхлебал. В.Н. дал ему и закусить - тост с ветчиной, который Леха тут же проглотил. Тогда В.Н. поставил перед ним тарелку с тостами и графин, где осталось совсем немного, и сел рядом с Лехой, а тот, жуя и давясь, спросил.
– А ты чего не пьешь? Больной, что ли?
– Больной, - подтвердил В.Н.
– А-а, а то я думаю, чего не пьет. Язва?
– Язва, - снова подтвердил В.Н.
– С язвой плохо. У нас один с язвой дуба дал - прям упал, и... маленькая беленькая лисичка, писец, то есть.

Наконец, глааза у Лехи немного прояснели, и он стал понимать происходящее. ... Больше ему давать нельзя - напьется, и что мне с ним делать? Решал Владимир Николаевич, - опять выгонять? Придет! Один раз нашел, второй - точно отыщет. Вот навязался, думал В.Н., но, вместе с тем, чувствовал к этому парню-пропойце неодолимую симпатию, - черт знает, почему. Что-то в Лехе было такое незащищенное и детское. Глупость?..

Есть глупые, но злые и самовлюбленные, а этот - птаха...
– Слушай, а это у вас, чего?
– удивленно оглядывая зал, эстраду, бар, спросил Леха. Я, вроде, другое помню?

Рассказывать ему бы не следовало,

но В.Н. потянуло за язык, как каждый раз, когда подходил случай рассказать о Клубе.
– У нас, Леша, теперь здесь Клуб женский, - как можно проще пояснил В.Н.
– Тут вечером собираются дамы, слушают концерт, пьют кофе, танцуют, в общем, отдыхают.
– Во даете, ребята, - сказал Леха, от такого сообщения совсем придя в себя, - и кто же здесь начальник? Ты?
– спросил он.
– Нет, Леша, не я. А та строгая дама, которая сегодня сразу ушла, помнишь? (Леха никаких дам не вспомнил - много было народу, когда он ввалился...) - Ага, - сказал он, уже понимая, что "строгая дама" его выгонит. Значит, надо выжать бабки из этого мужика - он добрый. Слышь, мужик...

В.Н. взорвался: - Да как ты смеешь, шут гороховый, меня так называть! Ну, не помнишь имени - спроси! Или мозги совсем пропил, придурок! Я тебя, дубину, хотел в Клуб работать позвать, я тебе говорил! Но ты же ни хрена не помнишь, - поотшибало все, а тебе всего-то ничего лет! Мог бы - измордовал! Права не имею!
– В.Н. даже задохнулся от злости и собственного крика, а Леха испугался, притих, - видно, не ожидал от "задохлика" такого.
– А как вас зовут?..
– тихо спросил Леха.
– Никак меня не зовут, понял? Для тебя! И - давай отсюда! Нашел дураков - или ему наливай, или давай денег!

Владимир Николаевич уже вовсю наигрывал, ему нравилось, как тушевался, уменьшался в размерах развалистый до этого Леха.

Тот понуро сидел, повесив буйну голову.

Владимир Николаевич лопался от смеха, но держал позу.

Полез в карман халата, там у него почему-то лежали деньги.
– На, и отваливай!

И Леха заплакал.

Он плакал тихо и жалостно. Ничего не говорил, и денег у В.Н. не брал.

И Владимиру Николаевичу опять стало его жалко - несмышленыш совсем! Пусть, дурак, проспится, а там надо подумать: может, на дверь со Стасом?.. Ладно, потом. Сейчас ему надо проспаться.

Леха поднялся, он уже не плакал, лицо у него было скорее суровое. Ну, я пойду, спасибо вам за все. А деньги я отдам!
– вдруг громко сказал он, и в глазах его сверкнули золотые точки, будто мгновенно вспыхнули два огонька и погасли. ... А ты разобиделся, милок, подумал В.Н., - и очень хорошо! Может, стыдно станет!
– Не придуривайся, куда ты сейчас пойдешь? Сразу в ментовскую? спросил В.Н. на понятном Лехе наречии, - ложись, отсыпайся, а потом поговорим. И сейчас больше - ни грамма, хоть удавись. Слышал? (Леха кивнул. Он опять стал мягким и добродушным).

В.Н. понял, что Леху надо где-то закрыть... В его комнате, а он сам вполне может и не ложиться.

Так и было сделано.

Леха как прилег на подушку, так и захрапел. ... Но что будет, когда он проснется? подумал В.Н. и постарался отмести эту хотя бы проблему.

Его очень беспокоил вечер, - как-то он пройдет? Надо ли выходить с шоу? И масса всего другого.

Вечер начался сразу с бурных страстей.

Пришла пьяноватая Ирма и стала ломиться в Клуб с воплями, что она должна увидеть Эла!