Изменяющие облик
Шрифт:
— Что мне с ней делать? — спросил Торн. — Ты ей займешься, или я могу ее взять себе?
— Оставь ее со мной. И посмотри, с нами ли еще Кэриллон.
Торн отпустил Аликс и вышел. Сейчас она была беспомощна и понимала это.
Атвийский государь улыбнулся:
— Ты не шлюха. И не солдат. Кто ты?
— Та, что жаждет твоего падения, атвиец.
— Я могу приказать убить тебя, девчонка. Или сделать это сам, — он поднял руки.
— Твое хрупкое горлышко недолго выдержит в этих руках.
— А твое сердце недолго будет
Аликс резко обернулась — Дункан без выражения взглянул на нее, потом остановил взгляд на Кеуфе. В руках у него был боевой лук — черная тетива неразличима в сумерках. Казалось, ее и вовсе не нужно, чтобы послать стрелу.
Кеуф издал неопределенный звук. Вид у него был такой, словно он действительно видел перед собой демона, в голосе прозвучала злоба:
— Итак, ты, ведьма-оборотень, была послана отвлечь меня, пока остальные демоны убивают моих солдат.
— Нет, — отчетливо произнесла она. Я действительно Чэйсули, но пришла только за Кэриллоном. Ты жестоко обошелся с ним. В твоем сердце нет ни чести, ни благородства.
Кеуф расхохотался:
— У меня нет сердца, ведьма. Нет! Дункан подошел и встал рядом с Аликс:
— Моя чэйсула права, Кэриллон достоин лучшего обхождения.
Кеуф поднялся. У него не было иного оружия, кроме кинжала на поясе, но он даже не коснулся его:
— Меня не так просто убить, оборотень.
Дункан мрачно усмехнулся:
— Ты не умрешь этой ночью. У тебя иная толмоора. Сейчас твоя смерть не послужит Пророчеству.
Кеуф сдвинул рыжие брови:
— Чего вы хотите?
— Ничего, кроме освобождения Кэриллона.
— Это цена моей жизни? А если я откажусь?
Дункан пожал плечами:
— Я сказал, ты не умрешь этой ночью. А я никогда не лгу. Даже врагам.
Здоровенный атвиец широко улыбнулся:
— Я ничего не дам вам, оборотень. Попробуйте сами забрать то, за чем пришли.
Аликс почувствовала движение за спиной, она обернулась, ожидая увидеть атвийского солдата, но это оказался знакомый серебряный волк, а с ним и Финн.
Волк еле заметно приподнимал верхнюю губу, человек усмехался:
— Итак, мэйха, ты решила сделать сама то, на что не смогла уговорить нас.
— Я просила. Вы не пошли.
— Довольно, — мягко прервал их Дункан.
В шатер ворвался Тори с обнаженным мечом, и почти мгновенно упал на землю, уже безоружный, а у его горла блеснул клинок Финна.
Дункан серьезно взглянул на Кеуфа.
— Жизнь твоего сына — за освобождение Кэриллона.
Кеуф выругался на своем языке и швырнул Дункану ключи. Повинуясь жесту Дункана, Аликс вышла, сам Дункан последовал за ней, а Сторр и Финн остались охранять владык Атвии.
— Где он? — спросил Дункан.
— Около коновязи. Дункан…
— Мы поговорим в другой раз.
— Что мне еще оставалось делать?!
— Мы поговорим в другой раз. Они прошли по необычно тихому
— Что вы сделали, Дункан? — озадаченно спросила Аликс.
— Третий дар богов, Аликс. Мы не могли подчинить всех, а потому разыскали капитанов и на время отняли у них волю. Они исполнили наши приказания. Никто не сражался с нами, Хомейнские пленники освобождены.
— Боги… неужели вы так могучи?
— Мы редко пользуемся этим. Только когда у нас нет выбора, — он смотрел с осуждением. — А все из-за тебя, чэйсула.
Она стиснула кулаки:
— Я бы сделала для тебя то же самое! Я отдала бы свою жизнь. Как ты. можешь запретить мне сделать это ради Кэриллона?
Он вздохнул:
— Аликс, мы поговорим об этом позже. Ты заставила меня освободить принца, так оставь же меня хоть теперь в покое. Хотя бы на время. Ты идешь?
Она вдруг остановилась:
— Мальчик!
— Какой мальчик?
— Роуэн, — она указала на столб, парнишка уже исчез. — Он был здесь.
Связанный. Я освободила его.
Она нахмурилась:
— Я думала, у него не хватит сил уйти, — ее. лицо просветлело.
– Но если он Чэйсули…
Дункан взял ее за руку:
— Идем, чэйсула. Если мальчик на свободе, ему повезло.
Кэриллон по-прежнему сидел в повозке. При виде Аликс он подался вперед:
— С тобой ничего не случилось? Она улыбнулась и бросила короткий взгляд на Дункана:
— Ничего.
Кэриллон был явно удивлен появлением воина Чэйсули, потом его лицо стало настороженным:
— Зачем ты пришел, оборотень?
— Я кое-что потерял, мой господин, и пришел, чтобы вновь обрести это, Дункан развел руками. — Но, раз уж я здесь, я могу и проведать тебя заодно. Моя глупая чэйсула принудила меня исполнить ее приказ.
Кэриллон едва не улыбнулся, борьба чувств отразилась на его лице, но добрый нрав и радость близкого освобождения победили:
— Она и правда глупая женщина. Так я ей и сказал, когда она тут появилась, но разве она меня послушала? — он, в свою очередь, пожал плечами.
— Женщины своевольные существа.
Дункан вдруг утратил всю свою серьезность и широко улыбнулся:
— Верно, особенно эта. Думаю, тут всему виной королевская кровь.
Кэриллон рассмеялся. Совершенно растерявшаяся Аликс взглянула на Дункана:
— Дункан, ты что, ключи просто так принес? Позаботься о своем принце!
Улыбка исчезла с лица Дункана, но не из его глаз. Он наклонился и снял сперва ножные, потом ручные кандалы. Аликс зашипела от боли, увидев свежие раны на запястьях Кэриллона — следы от браслетов кандалов. Принц вытянул руки и попытался пошевелить ими, но Дункан остановил его: |— Не надо. Если ты это стерпишь, я сделаю так, что боль уйдет — когда мы выберемся отсюда, — у него был очень внимательный взгляд. — Ты способен потерпеть? Кэриллон вздохнул: