Измененный
Шрифт:
— Ах да, кстати, — сказала я, прежде чем набрать код и уйти, — завтра приезжает Коннор… так что… я подумала, ты должен знать.
Он помрачнел.
— Спасибо за предупреждение. Терпеть не могу его внезапные визиты.
— Я тоже.
Код для входа в лабораторию был 17-25-20. Семнадцатое — это мамин день рождения, двадцать пятое — годовщина их свадьбы, а десять — октябрь, месяц, в который они поженились. Отец, будучи весьма предсказуем, установил код к шкафчику с файлами в кабинете 10-17-25. Я угадала с четвертой
Когда дверца распахнулась, скрипнув замками, я замерла, прислушиваясь. Но в доме стояла тишина, если не считать тиканья часов над папиным камином.
Я нашла файлы Сэма во втором ящике — пять обычных зеленых папок, в каждой из которых находились желтые ванильные папки поменьше. Я вытащила две самые дальние и села в кресло.
В первой папке не было ничего интересного, только основные данные и графики, и я перешла к следующей. Вот там-то я и нашла крохи информации из жизни Сэма в начале проекта.
На простой бумаге незнакомым, еле разборчивым почерком, были сделаны записи:
"Сэм проявляет крайнюю агрессию ко всем участникам проекта".
И далее: "Сэм быстро вписался в роль лидера. Другие без колебаний ему подчинились. Нужно вычленить это качество, чтобы воссоздать в будущих группах".
Я бегло пролистала еще несколько страниц, но кое-что привлекло мое внимание, и я остановилась.
"Сэм снова сбежал. Сигнал тревоги послан всем соответствующим каналам. Может конспирироваться как Сэмюэль Истлок. Сэмюэль Кавар. Сэмюэль Бентли".
Сэм сбегал? Но зачем? И не один раз?
Очевидно, его отношения с Подразделением простирались дальше, чем я думала. Чувствуя, что почти нашла то, что искала, я просмотрела стопку документов в поисках названия города, чего-то конкретного, о чем могла ему сообщить.
"Сэм с группой обнаружены в Порту. Стерты. Операция АЛЬФА скоро начнется".
Порт… Сэм сказал, что ему нравится вода. Но что это за операция?
Я все читала, читала, но спустя две папки не нашла ничего, кроме новых вопросов. Я потянулась за следующей папкой, когда в гостиной послышался скрип дивана.
Отец.
Поспешно собрав файлы, я собиралась положить их на место, но случайно выдвинула нижний ящик. В глаза бросилась папка с пометкой.
Там было написано: О'БРАЙЕН.
Папа кашлянул.
Я положила папку Сэма в нужный ящик и убедилась, что заперла его. На цыпочках поднявшись на второй этаж, я наконец-то выдохнула.
Папа никогда не заходил ко мне ночью, но все же я поспешила надеть пижаму и лечь в постель. Простынь была холодной. Я долго пялилась в потолок, не в силах перестать думать о папке Сэма.
Зачем Сэму нужна моя помощь? Почему отец не помог ему восстановить воспоминания?
Может, Подразделение не хочет, чтобы Сэм что-то вспомнил? Если так, то я нарушила протокол.
Я не хотела идти против отца, но Сэм имел право знать
Глава 5
Я завела будильник на шесть утра в надежде попасть в лабораторию раньше отца, но, должно быть, неосознанно выключила его, поскольку проснулась в начале девятого. Отец уже был в лаборатории, когда я спустилась. Отчасти я испытала облегчение. Я все еще не знала, что стоит рассказать Сэму, а о чем лучше умолчать.
В животе урчало, и я закинула пару кусков хлеба в тостер. Достав несколько таблеток ибупрофена, я помассажировала мышцы на спине. Недостаток сна явно не шел мне на пользу, а мои занятия по единоборству начинались уже через пару дней. Я занималась уже несколько лет, и инструктор меня ничуть не щадил.
Не то чтобы я жалуюсь. Я всегда ухожу из класса, чувствуя себя сильной, ловкой и полной энергии. Иногда мне хочется, чтобы ребята увидели меня во время занятий, чтобы они узнали, что я способна на большее, чем просто готовить печенюшки или чертить графики.
В ожидании тостов я стояла у раковины, наблюдая, как колышутся на ветру ветви дерева. Вдалеке взвилась пыль, поднятая черным джипом, мчащимся по нашей грунтовой дороге.
Я выпрямилась. Коннор. Я забыла, что он приезжает сегодня.
Побежав наверх, я сбросила пижаму и быстро надела джинсы и толстовку. Я скользнула в тенниски как раз в тот момент, когда грузовики припарковались на нашей подъездной дорожке. Райли первым вышел из автомобиля, за ним появился Коннор в сопровождении нескольких агентов.
Мужчины проследовали за Коннором к дому. Он не стучал, а просто открыл дверь, и я встретила его с Райли на входе в кухню.
— Доброе утро, — сказал Коннор, блеснув улыбкой с неестественно белыми зубами. Высокий и статный он был харизматичен во всем и часто осыпал меня комплиментами, которые, насколько я знаю, мне не соответствовали.
Я пыталась избегать его, когда он приходил с проверками, потому что от одного его вида покрывалась мурашками, но этот визит был особенным. Раньше они не брали сопровождающих. И уж точно никогда так не одевались.
На агентах были черные пиджаки с бронированными вставками на плечах и локтях. Высокие и и узкие воротники стягивали ремешки.
Поверх пиджаков на них были надеты плотные черные жилеты, на руках — черные перчатки с резиновыми вставками на кончиках пальцев. К поясам черных брюк крепились пистолеты.
Агенты столпились в дверях между кухней и столовой, ожидая дальнейших указаний. Их было семеро, не считая Коннора и Райли, плюс одна женщина. По два агента на каждого из ребят.
Ни один не посмотрел мне в глаза, даже когда я откровенно уставилась на них. Они в бронежилетах? Меня охватила тревога.