Измена. Ты пожалеешь...

Ярина Диана

Все-таки она хорошая актриса. Во всяком случае, неплохая.

Ева отлично владеет голосом и расставляет акценты там, где нужно, делает голос низким, чувственным, до бархатных мурашек, возникших после ее слов.

Девушка, которая присутствует при этом, фыркает и трет подбородок, на котором виднеется кровь.

— Вы развлекаться будете? Мне воплощать ваши мечты в реальность? — уточняет она.

— Постой. С тобой позднее разберусь, — взмахиваю рукой. — Жди.

— Можно в ванную? Эта старуха мне

лицо повредила.

Ева вся преображается и чуть ли не шипит, услышав слова про старуху, ее пальцы сжимаются, становясь похожими на хищные когти, и лицо выглядит ехидным, сморщенным, глаза жестко сверкают: она не переваривает шуток и намеков на свой возраст. Ей уже сорок четыре, скоро исполнится сорок пять.

— Иди в ванную, — командую я.

Ева подбоченилась и смотрит на меня возмущенно.

— Ты ее, что, не выгонишь? — нервно делает несколько шагов по номеру. — Как это понимать, Влад?

— Вот и я спрашиваю, как это понимать, Ева. Ты какого хрена здесь оказалась?

— Ты притащил в номер какую-то дешевую шлюху, чтобы трахнуть? — смотрит на меня с недоверием. — Где она, а где…. — делает паузу. — Я?! Она даже не моего типажа внешности! Ты, что, ослеп?!

Все-таки она попутала берега.

— Прекрати нести бред, Ева. Ты что-то заплутала в собственных фантазиях относительно того, почему у нас с тобой кое-что могло бы быть.

— Ты бегал за мной. Еще со школы. Смотрел влажными глазами и наверняка много раз мечтал со мной потанцевать, а потом запустить руку мне под юбку. Думаю, ты бы умер от счастья, если бы это случилось, когда нам было по семнадцать.

— Нет…

— Да кого ты обманываешь? Всегда таскался рядом, выбирал компании, в которых мы могли пересечься, наблюдал исподтишка за мной, — перечисляет. — Пускал слюнки на мои отношения с другими мужчинами. Я могу поспорить на все, что у меня есть… Ты представлял на их месте себя.

И все-таки она права.

Кроме одного.

Все, что у нее есть, все, что осталось, лишь благодаря мне.

И Лизе, разумеется. Той, которая попросила помочь сестре, оказавшейся в сложной ситуации из-за долгов мужа.

Так казалось на первый взгляд.

При более внимательном подходе оказалось, что расточительный образ жизни вел не только покойный супруг Евы, но и она сама совершенно не умеет тратить деньги. Спустила многое после его смерти.

Но я же ввязался и тогда мне, наскучившему после очередного семейного ужина, прошедшему под лозунгом обсуждения лишь бытовых тем и вопросов, мне вдруг в голову пришла идея, что помочь Еве и получить от нее кое-что взамен — это отличная идея.

Тогда я взбодрился и преисполнился предвкушения. Даже в семейных, набивших оскомину, делах появилась какая-то прелесть. Вдохновение…

Я сам себе назначил награду и жаждал ее, не спешил рвать упаковку, смаковал…

И

вот она — Ева.

Еще одно давнее желание, которое я не мог себе позволить раньше, но доступное сейчас.

Однако это желание, моя маленькая прихоть, которую я сам себе решил позволить, отчего-то решила, что может ставить свои условия!

Это настолько смешно, насколько нелепо.

Потому что именно Я сейчас решаю, что и когда должно случиться.

— Твои претензии смехотворны, Ева. И, милая, с чего ты решила, что я захочу на тебе жениться?

— Разве это не так? — спрашивает она резким голосом, с претензией. — Ты хочешь меня, и я могу стать Твоей. Только Твоей, Влад. Единственный способ заполучить меня целиком и исполнить все… Все, свои самые смелые мечты, все свои самые сокровенные желания — это жениться на мне.

— А если нет, то что? — хмыкаю. — Ограничимся демо-версией?

***

Она

Позднее

— Как вам квартира? — дежурно улыбается риелтор.

Честно говоря, мне не нравится.

Крохотная студия, стены тонкие, ремонт так себе… Не люблю, когда в одном помещении и поесть, и поспать, и поработать. У меня сразу впечатления, как об общежитии, где мы жили с Владом. Увы, но какой бы просторной ни была студия, пусть даже разделенная по зонам, я только так воспринимаю подобного рода недвижимость. Что уж говорить о квартире, где всего около тридцати квадратных метров едва наскребется.

Так что нет, мне не нравится.

Но я трезво смотрю на вещи. Накопления у меня есть, есть и карта с общим счетом. Но я уверена, что Влад скоро перекроет к ней доступ. И собственных сбережений, честно говоря, не така уж много, чтобы шиковать и снимать что-нибудь более роскошное.

На ум приходит старая поговорка: не жили богато, нечего и начинать…

С тоской думаю, что, может быть, так и есть…

Это все того не стоило.

Если итогом наших длительных отношений и брака стал крах всех надежд и иллюзий.

Лучше бы по-простому, как-нибудь без этих денег и прочего…

Но история не знает сослагательного наклонения.

Можно нагородить тысячи тысяч всякого рода «а если бы…», можно заплутать в лабиринтах вариантов, но все они будут ложными.

Я там, где я есть, посередине крохотной квартиры, в которой собираюсь жить, и другого варианта нет и быть не могло.

И в планах у меня еще несколько важных дел на сегодня, которые нельзя отложить на потом.

***

— Здравствуйте, Лиза. Честно говоря, я ждал, что вы позвоните, — отзывается семейный юрист.

— Владислав предупредил? — вздыхаю.

— Да.

Что ж… На иное я и не рассчитывала.

Влад не из тех, кто проглотит такую выходку и не заточит в ответ копье.