Излечи меня

Тоул Саманта

— И мы не подаем обед и ужин, но в округе полно ресторанов, — добавляю я.

— А в отеле есть другие постояльцы? — ее голос звучит очень тихо и глухо.

Я поворачиваюсь к ней.

— Нет. Но мы ожидаем несколько гостей на следующей неделе. А пока что здесь только вы и я.

 Выражение ее лица в этот момент приводит меня в замешательство. Она в ужасе.

 Какого черта?

— Не переживайте, это очень тихое и безопасное место,— быстро вставляю я, — у нас очень надежная система сигнализации, и также в здании имеется огнестрельное оружие.

Так, на всякий случай, — я даже подмигнул ей.

 При упоминании огнестрельного оружия ее фигурка словно каменеет и кажется, что она вот-вот готова сорваться с места и бежать.

 Или ее вырвет.

 Окей, кажется, мне не следовало этого говорить.

— Да я же пошутил, нет у нас тут никакого огнестрельного оружия.

 Это не совсем правда. У нас есть пистолеты. Мой отец раньше был копом, и у него все еще хранится оружие, а также есть охотничьи ружья. Я даже умею стрелять. Я отлично умею стрелять. Меня научил отец, когда я был еще совсем мальчишкой, но я думаю, что не следует делиться с ней всей этой информацией.

Я поднимаю руки ладонями вверх, чтобы показать, что говорю правду.

— Никаких пистолетов. Клянусь. Нет надобности, потому что, как я уже сказал, у нас тут безопасно.

Она снова тянет себя за губу. Затем заправляет свои короткие волосы за уши. От меня не укрывается тот факт, что ее руки снова дрожат.

— С вами все в порядке? — я делаю небольшой шаг к ней.

— Да, все хорошо.

Я знаю, что она врет, но я не настаиваю. Это не мое дело.

— Вот и отлично. Если вам что-нибудь понадобится, просто нажмите кнопку «ресепшен» на телефоне, и я подниму трубку. Спокойной ночи, Мия, — я шагнул назад.

Ее брови сошлись на переносице.

— Откуда вы знаете, как меня зовут?

 Черт, мне следовало назвать ее мисс Монро, но у меня язык не поворачивается обращаться к ней иначе, кроме как Мия.

 Теперь, кажется, я веду себя как в отношениях пятого уровня.

Просто замечательно.

— Так было написано на бланке регистрации, что вы заполнили, — улыбаюсь я.

— Ах, ну да, точно, — она смеется, и от ее смеха у меня разливается приятное тепло в груди.

Какого черта?

— А вас как зовут? — спрашивает она.

 Я бы мог ей дать миллион ответов на этого вопрос, но все они будут звучать непристойно.

 Я опираюсь плечом о стену и засовываю свои руки в карманы.

— Джордан.

Она немного разворачивается и повторяет мою позу, только лишь руки не в карманах, а скрещены на груди.

— Это Ваш отель, Джордан? — мое имя, произнесенное ее губами, звучит необыкновенно.

 Я усмехаюсь.

— Нет. Он принадлежит моему отцу. Его сейчас нет, так как он уехал присматривать за моим дедом, поэтому я пока за старшего.

— О, надеюсь, что с вашим дедом ничего серьезного.

— Нет, обычное недомогание, ему на две недели прописали постельный режим, вот мой отец и уехал, чтобы ухаживать за ним.

Она кивает своей хорошенькой головкой.

— Спасибо еще раз, — она улыбается в последний раз, прежде чем исчезнуть в

своей комнате.

 Дверь закрывается. Я слышу щелчок замка.

 Я все еще продолжаю подпирать спиной стену.

 Резюме: в моем отеле останавливается чертовски привлекательная, иногда нервная, иногда очень дружелюбная девчонка, и мне нельзя заниматься с ней сексом ни при каких обстоятельствах.

 Кажется, будет весело.

Я чувствую себя неудовлетворенным. Хотя очень рад, что в отеле есть новая постоялица. Я отталкиваюсь от стены и направляюсь вниз, кормить моего другого постояльца.

Хотя он у нас скорее резидент, чем гость. Гости имеют обыкновение покидать наш отель, а этот торчит тут у нас уже около года.

 Он отлично заменяет нам охранную сигнализацию, но при этом он очень слюнявый и волосатый. И он единственный, кому я позволяю спать в моей постели. Мы могли бы спокойно обойтись без еще одного голодного рта в нашем семействе, но когда он появился на пороге нашего дома, будучи еще совсем маленьким щенком, около года назад, мы с отцом не смогли просто закрыть глаза и оставить его на улице. Мы приютили его, и с тех пор у нас появился пес. Теперь уже огромный пес.

 Я бреду на кухню и вытаскиваю из посудомоечной машины его миску. Достаю банку его любимой еды из кладовки и вываливаю ее в миску. Черт возьми, собачья еда так отвратительно пахнет. Я также высыпаю в еду его любимые печеньки и зову его.

— Дозер, ужин готов.

Я слышу топот его огромных лап по полу, пока он бежит из нашей с отцом гостиной в кухню.

Он проносится в открытую дверь кухни и передними лапами запрыгивает на меня, почти что сбивая меня с ног.

— Черт возьми, Дозер, — ругаюсь я, схватившись за кухонный стол чтоб не упасть.

Ворча, он садится у задней двери, не спуская с меня своего жалобного взгляда.

— Бульдозер, — смеюсь я, качая головой.

Я беру его миску с едой и иду в его направлении. По пути я достаю бутылку пива из холодильника.

Я включаю свет на заднем дворе и открываю дверь, выпуская Дозера наружу. Я ставлю его миску на ступеньку, и его морда тут же жадно в нее погружается.

Я сажусь рядом с ним и делаю глоток пива.

— У нас в отеле новая гостья, Дозер, и она очень хорошенькая, но при этом пугливая, поэтому постарайся не крутится у нее под ногами, мы же не хотим ее отпугнуть. А твоя страшная морда однозначно может ее напугать.

Дозер поднимает свою морду от еды, посылая мне обиженный взгляд и рычит.

— Чего? — усмехаюсь я, глядя на него.

И затем он портит воздух.

— Какого хрена, Дозер! — я закрываю нос рукой. — Ты, вонючая задница! Уверен, ты сделал это специально! Сегодня не будешь спать на моей кровати после того, что натворил.

Я стараюсь не смеяться, потому что если засмеюсь, то придется вдохнуть воздух в легкие, а вонь от этого пса способна отравить. Я серьезно.

Дозер с силой пихает меня своей головой, заваливая меня на один бок. Он хочет залезть на меня, тычась мне в голову своим влажным носом.