Изгой
Шрифт:
— Спасибо.
Он улыбнулся и ответил на мой вопрос:
— Мне сейчас 40. Самый младший в выводке. Есть еще дядя Джетт, ему 42, а твоему отцу 45.
М-м, отличный возраст.
Затем он указал вперед:
— Смотри, мы почти приехали.
Я выпрямилась и уставилась на арочные ворота, за которыми тянулась длинная пыльная дорога к ферме.
— Боже мой, это настоящая ферма.
Отец хоть раз в жизни не соврал. Райан усмехнулся, заметив выражение моего лица:
— Да. Ты здесь впервые?
Я кивнула:
—
Мое сердце затрепетало, когда я увидела первый загон с ровными рядами овощей, а вдалеке заметила амбар и суетящихся людей.
— Пока что мне вполне нравится мое наказание.
Он хмыкнул, когда мы подъехали ближе к дому и остановились рядом с массивным трехколесным трактором. Глаза Райана скользнули по моим ногам:
— Добро пожаловать в мой дом. Надеюсь, тебе понравится гостить у меня.
Его пальцы задержались на моем бедре, и у меня возникло дикое желание наклониться и поцеловать его, но, конечно, мы были уже не одни.
— Чувствую, что понравится.
Я целомудренно чмокнула его в небритую щеку.
— Спасибо за такой сладкий прием, дядя.
Мы направились к двухэтажному дому, который, как я слышала, принадлежал нашей семье на протяжении нескольких поколений. Место было шумным, повсюду слышались голоса и звуки животных. Сомневаюсь, что буду бегать по навозным ямам, пока я здесь, но я была не прочь осмотреться, как только распакую вещи. Выглядело всё это любопытно.
Моя комната была восхитительно простой и чистой: только односпальная кровать и тумбочка с лампой. В ней было много воздуха благодаря высоким потолкам, но при этом она оставалась уютной. В углу стоял одинокий комод, и был даже крошечный камин. Уф, я просто обожаю этот деревенский уклад жизни. Райан постучал в дверь, как раз когда я закончила разбирать одежду и косметику.
Он прислонился к дверному косяку, изучая меня:
— Уже обустроилась?
Мой взгляд скользнул по нему, открыто оценивая:
— Да, конечно, мне просто нужно в душ.
Мы молча смотрели друг на друга, и оба знали, чего хотим. Та мимолетная встреча не была случайностью на один раз. Влечение между нами было почти осязаемым, как и воспоминание о полученном удовольствии. Я подошла к нему ближе, провокационно проведя пальцем по его груди:
— Нам не стоит этого делать, ты же знаешь?
Он согласился, не пытаясь прикоснуться ко мне:
— Разумеется, вся эта тема с кровным родством довольно неловкая и отвратительная.
Я усмехнулась и кивнула в знак согласия:
— Именно об этом я и думаю, дядя.
Помимо того, что к концу дня он стал выглядеть еще лучше, я поняла, что мне очень нравится его сексуальная и непринужденная манера поведения. Наши перепалки тоже доставляли удовольствие. Он зажал пальцами выбившуюся прядь моих волос, и его взгляд остановился на моих губах:
— У меня есть дела, я присоединюсь к тебе сразу после.
Мой
— Мне приготовить что-нибудь для тебя позже?
Он ухмыльнулся, и наконец его губы накрыли мои в твердом поцелуе. Он отстранился:
— Только себя.
Я притянула его к себе и дерзко поцеловала, дразня его губы языком. Прежде чем окончательно потерять рассудок, я отстранилась, задыхаясь:
— Я думала, это неловко и отвратительно?
Он застонал:
— Разве я не говорил? Мне нравятся неловкие и отвратительные вещи.
Его губы накрыли мои в долгом похотливом поцелуе, прежде чем он снова оторвался от меня. Он схватился за свою ширинку и простонал:
— Блять, Мира, ты дьявол.
Я рассмеялась, глядя, как он прыжками спускается по лестнице. Я приняла горячий душ, думая о своем очень умелом и красавце-дяде. Я знаю, что должна воспринимать его только как родственника, но сейчас, после нашей маленькой секс-сессии, это сложно. То, как легко я это приняла, кажется шокирующим и ненормальным — я бы никогда не подумала, что способна на такое, но это также и потрясающе. Кроме того, не знаю, заметили ли вы, но я не из тех, кто привык подолгу обдумывать всякое дерьмо.
Я делаю то, что мне нравится, и прямо сейчас я намерена наслаждаться своим сексуальным и очень одаренным дядей, пока я здесь. Отец собирался меня наказать, но я вполне могу войти во вкус. Я сбежала вниз и осмотрела остальную часть дома, пока ждала его. Все было чисто и опрятно, с устаревшей, но очаровательной мебелью.
Кухня оказалась на удивление хорошо оборудованной: большой деревянный остров посередине и массивная газовая плита на шесть конфорок. Медные кастрюли и сковородки блестели на крючках, а на столешницах стояли корзины со свежими фруктами и овощами.
— Прелестно.
Я довольно много готовлю для нас с отцом, так как мы в основном предоставлены сами себе, и я умею ценить хорошую кухню. Я почувствовала здесь женскую руку, когда мои пальцы коснулись симпатичных кухонных полотенец и прихваток. Райан, вероятно, сохранил всё так со времен своей матери, или... Уф, мне не понравилось, куда завели меня мысли.
Я вздрогнула, когда сзади внезапно раздался его громовой голос:
— Мира, тебе нравится кухня?
Я повернулась к нему:
— Да, она прекрасна. Так что... — мои пальцы скользнули по деревянной поверхности, — Мне вот стало интересно. Это вещи бабушки или здесь жила женщина?
Он ухмыльнулся:
— Это вещи моей матери, мадам. И отвечая на твой вопрос: нет, я никогда не был женат и не собираюсь после катастрофических браков моих братьев.
Он налил две чашки кофе и пододвинул одну мне. Всё просто. Должна признаться, я почувствовала облегчение. Я ненавижу конкуренцию и вообще довольно ревнивая особа.