Изгои
Шрифт:
Казалось, что всего на минуту оторвал от нее пристальный взгляд, а потом она испарилась.
Такого больше не повторится.
Хочу сделать ее безоговорочно принадлежащей мне. Пускай тогда какое-нибудь божественное проведение смилостивится над тем, у кого вообще хватит духу попытаться снова влезть между нами. Уж я бы, бл*ть, точно не рискнул.
Глава 10
Арлен
Выцветший зеленый
Жизнь, конечно, была весьма претенциозной сучкой, но в ней имелись свои особенности. Подвинулась на сиденье, чтобы получше видеть.
Слышала, что все остальные города были заброшены, во что сложно было поверить, если учесть, что в Центуриоле проживало не так уж много чертовых людей… не забывая о том, что также я была осведомлена, что некоторые все еще умудрялись процветать. Пусть не в таких масштабах, как Королевство, но все же, они существовали.
Гримм не замедлился, как ожидалось, а наоборот, ускорился, как только погасил дальний свет, промчавшись мимо поросших мхом зданий, оставленной посреди улицы машины и объехав огромную выбоину. Как, черт бы его побрал, он так хорошо видел во тьме?
Завизжала, когда он вошел в поворот так стремительно, что думала — мы опрокинемся. При желании, могла бы с легкостью коснуться асфальта.
Чувствовала, как он дрожал от смеха, когда уткнулась лицом в его спину, закутавшись в длинную толстовку.
Осмелившись поднять голову, увидела, что он въезжал на парковку огромного кирпичного здания с остроконечными арками.
Поднявшись на уровень C, поставил мотоцикл на парковочное место в затемненном углу рядом с металлической дверью.
Как только двигатель заглох, Гримм слез с байка и аккуратно спустил меня на землю, поддерживая до тех пор, пока не убедился, что твердо стою на ногах.
Двигаясь с плавной грацией, он снял самую большую сумку с заднего сиденья и взял меня за руку. Прижавшись к нему, озиралась по сторонам, опасаясь, что в любую секунду на нас что-нибудь набросится.
— Почему мы здесь? — спросила тихим шепотом.
— Не думаю, что сможешь бодрствовать всю поездку, и не уверен, что тебе понравится падать с багажника мотоцикла.
Я не устала.
А когда он открыл железную дверь, то проснулась еще больше. Интересно, почему он выбрал именно это место для привала?
Не была уверена, вызвано ли мое любопытство в полной мере тем, что изо дня в день пребывала в одной и той же комнате, или тем, что никогда не видела ничего подобного.
Лишь изогнутый полумесяц пытался осветить наш путь, а на верху лестничного пролета было одно-единственное окно.
Совершенно очевидно, что старый лифт не работал… не то чтобы вообще доверяла ему
Он распахнул еще одну дверь, и мы вошли в чрезвычайно длинный коридор, освещенный лишь немногим лучше.
Именно тогда и поняла, что находимся в громадной больнице. Она выглядела, словно нечто прямиком из фильма ужасов.
Меня это сразу же заинтриговало. Воздух был пропитан пылью, краска на стенах так облупилась, что казалась слоем сухой грязи.
Со мной на буксире, он продолжил путь по коридору, маневрируя вокруг старого инвалидного кресла, на которое я бы непременно налетела.
Подошвы ботинок хрустели по листам бумаги, грязи и какому-то мусору, захламлявшему пол. Несколько армированных окон располагались слева от нас вдоль стены, но были настолько грязными, что через них почти ничего нельзя было разглядеть.
Мужчина внезапно резко остановился, когда мы дошли до конца коридора и оказались в комнате. Когда он выпустил мою руку, я вцепилась в его рубашку.
Если он и возражал, то не подавал виду. Молча захлопнув дверь, расстегнул молнию на сумке.
Спустя секунду мягкое свечение озарило все вокруг. Он достал нечто похожее на маленький фонарик.
— Ты уже был здесь? — спросила, обратив внимание на порядок в помещении.
Увидев полупустую больничную кровать с чистым одеялом в цветочек, сама же и ответила на собственный вопрос.
— Получив общее представление о том, где ты находишься, наметил маршрут туда и обратно. Эта больница была лучшим выбором. Более пятнадцати зданий пустых, как видишь, и идеальных для ночлега, в сравнении с заброшенным, кишащим тараканами мотелем за углом. Послал одного из последователей, чтобы убедиться, что все чисто, и обустроить место, где ты могла бы переночевать, — объяснил Гримм.
Пожалуй, это было самое многословное из того, что он когда-либо говорил за один раз. Голос был глубоким, но в то же время немного хрипловатым. Можно сказать, очень брутальным, но я никогда раньше не сталкивалась с мужчинами подобного масштаба, чтобы делать такие заявления.
Он развернулся ко мне лицом, а мне удалось выдержать его взгляд целых четыре секунды, прежде чем притвориться, что есть нечто более увлекательное. Разумеется, ничего такого не было. В моей жизни он всегда был самым интригующим человеком.
Ну, не учитывая Кали, которая являлась совершенно иной, особенной историей, именно благодаря ей я познакомилась с ним.
Если бы в тот день людоед не притащил в сарай ту сумасшедшую задницу, меня бы уже в живых не было. Наверняка его гниющий труп дважды успел обдумать то решение.
Было интересно, как она справлялась со всем, что с ней творилось. Ею пользовались с самого детства, и от этого меня тошнило. Разумеется, она выросла несколько иной, но все-таки повзрослела и изменилась… она была самой сильной женщиной, которую я знала. Кроме того, Кали полностью приняла свое внутреннее безумие. И не была так не уверена в себе, как я.