Изгои
Шрифт:
Состояние первого этажа дома было столь же плачевным, как и второго, если не хуже. Не понятно, почему Ной вообще остановился в подобном месте. Парень привык к гораздо большей роскоши, чем я; он поистине избалованная скотина.
Миновав кухню, мы вошли в холл с резким неприятным запахом, который не удалось распознать. Преодолев два дверных проема, увидела мертвого человека на унитазе и еще одного с перерезанной глоткой. Скажу, что солгала бы, если не впечатлялась тем, насколько оперативно Гримм все провернул.
Он
Гримм оглянулся назад и, без предупреждения, развернувшись, подхватил меня, словно тряпичную куклу, и бросился прочь.
— Что ты делаешь? — спросила, прижимаясь ближе, когда он практически перешел на бег.
— Нет обуви, — ответил он, похоже, отлично понимая, куда идет.
Вскоре, мы добрались до покосившегося гаража, держащегося на одном честном слове. Усадив меня, он сразу же вошел внутрь, так и не объяснив толком, что же происходит.
А когда он появился снова, то из-за угла сооружения показался черный байк, сделанный на заказ. О том, что это «Харлей», догадалась лишь благодаря надписи на передней темной панели. Покрышки были большими, а патрубки блестели; в иной ситуации, возможно, захлебнулась бы слюной. Гримму очень даже подобало иметь такую штуковину.
— Надень это, — грубо приказал мужчина, протягивая большой черный балахон, который, как заметила, был на нем всего лишь секунду назад.
Мельком взглянув на него, увидела, что он сосредоточенно разглядывает все, что находилось ниже уровня шеи.
Мерзкое ощущение, которое постоянно возникало во мне, только усилилось.
Наверняка он прекрасно знал, что происходило в той комнате. Заставило ли это его думать обо мне еще хуже? Больше ни секунды не в силах смотреть на него, выхватила одеяние и натянула через голову. Длинное, закрывающее все, доходящее почти до колен. Источающее знакомый аромат. Оставив волосы убранными внутрь, натянула капюшон, зная, что придется сесть на мотоцикл.
— Давай, — сказал Гримм, закидывая ногу через сиденье.
Переместившись так, чтобы оказаться у него за спиной, попыталась скопировать, без посторонней помощи, его безупречно исполненное движение, но в итоге все-таки вцепилась ему в плечо.
— Полегче, — предупредил он.
Постаравшись вновь, приподняла халат и балахон, сумев устроиться позади него, при следующей попытке.
— Крепче держись, — приказал он через плечо, заводя двигатель.
Сделала, как было велено, обхватив его руками за пояс, вжалась грудью ему в спину и прислонилась лицом, когда мужчина дал по газам и выехал на дорогу.
Через три дома, во дворе находились двое ребятишек и, похоже, их бабушка.
Зажженный придомовой фонарик, привлекающий насекомых, осветил то, чем
Как только Гримм резко повернул за угол, девчушка постарше подняла пухленькую ручонку и помахала мне, улыбаясь, невзирая на то, что прямо перед ней лежала смерть.
Увидеть в моем городе кого-то ее возраста при подобных обстоятельствах было бы трудно. В Центуриоле такого вообще никогда бы не произошло.
А для этой малышки — всего лишь очередной день в Бесплодных пустошах. Ребенок понимал окружающую действительность гораздо лучше, чем я, в столь юном возрасте.
Как и у многих других людей здесь, у нее имелась семья, она училась. Равно, как и остальным, ей приходилось просыпаться каждый день и ложиться спать. Только вот, в отличие от жителей Королевства, обитающих в комфорте и уюте, ей не гарантировалось выживание и право увидеть новый день.
Понимая, что представляет собой этот мир на самом деле, она все же находила в своем сердце силы улыбаться. По моему мнению, девочка уже была гораздо сильнее, чем я в свое время. И по мере того, как меня увозили из этого ветхого района, я кое-что осознала.
Стена ни черта не могла защитить. Она лишь уродовала всех, кто за ней жил.
Глава 8
Арлен
Как только мы выехали на шоссе, он рванул вперед, несясь на полной скорости под рев двигателя.
Все ждала, что Ной ворвется в этот причудливый пузырь и вернет меня обратно в реальность, где запястья скованы, а я одна на той кровати, жду, когда он вновь захочет со мной позабавиться, но этого так и не произошло.
Были лишь я и Гримм. Из всех людей, которые, как казалось, придут и заберут меня, всегда знала, что это будет именно он. Моя вечная тень.
Как раз в момент, когда уже была готова все отринуть, он ворвался в дверь и напомнил, что никогда не допустит этого. Крепче обняла его за пояс, не испытывая в этот момент абсолютно никакого страха.
Беззвездное небо походило на клубящееся над головой черное море. За последние месяцы, это было первое красивое зрелище, которое довелось увидеть. Бескрайняя пустошь выглядела живописно. Ветер хлестал по лицу и жег глаза, но было абсолютно наплевать. Он был свежим и чистым, проникая в истощенные легкие, — еще один знак того, что теперь действительно освободилась из темницы с четырьмя стенами.
И чем быстрее ехал Гримм, тем сильнее ощущалось, как огонек в груди, давно угасший, вновь пытается разгореться.