Изгнанник
Шрифт:
Глаза волчицы
Джильбана шла два дня и две ночи. После того как генеральша распрощалась с волками и улетела, волчица незаметно выскользнула из гаддерхилы и отправилась в ночь.
Выследить Ниру оказалось делом нетрудным. Джильбана на своем веку повидала немало
Джильбана сразу поняла, что Нира направляется к Священному Кольцу, причем летит самым коротким путем. Вечером второго дня волчица впервые почуяла странный запах и почти тут же увидела косой отпечаток волчьей лапы.
Джильбана остановилась, как вкопанная, и прошептала древнее волчье заклятие:
— Брахноккен.
Потом она сделала знак лапой, отгоняя зло, и снова принюхалась. Так и есть, здесь совсем недавно прошел волк с пенной пастью и, что самое страшное, он тоже двигался короткой дорогой к вулканам. Значит, придется идти в обход. Безопаснее всего будет двинуться вдоль реки, но это серьезно удлинит путь. Сумеет ли она тогда опередить Ниру?
Придется суметь, другого выхода все равно нет. Джильбана была быстроногой волчицей, самой стремительной во всем клане Макхитов. Именно поэтому вожак позволил ей остаться в клане после того, как искалечил ее дитя. Что ж, если снег будет не очень глубок, она сумеет добраться до вулканов быстрее Ниры.
Джильбана сорвалась с места и огромными скачками помчалась вперед. Она неслась все быстрее и быстрее. Сердце ее бешено колотилось в груди. «Она должна сделать это».
В голове ее остались только две мысли. Она не позволит этой сове убить своего сына. И она сделает все, чтобы разрушить преступный союз между Нирой и волками, даже если для этого придется пожертвовать жизнью.
«Я не допущу этого. Я этого не допущу!» — слова эти песней пульсировали в крови Джильбаны, стучали в ее сердце, звучали в такт бегущим лапам. Шерсть ее отдувало назад ветром, глаза сверкали двумя неистовыми зелеными звездами, загривок стоял дыбом от ярости, лютое бешенство бурлило в крови и гнало в путь.
Этой ночью Джильбана была самой свирепой волчицей во всем краю Далеко-Далеко. Ей было нечего терять, и она была готова на все. Она потеряла своего сына. Она потеряла своего друга. Если понадобится, она потеряет и свой клан.
Джильбана спрыгнула на лед и приготовилась перебежать реку. Если лед обломится, она поплывет. Джильбана не боялась воды, потому что плавала почти так же хорошо, как бегала.
Лед треснул только тогда, когда она была в двух прыжках от противоположного берега. Джильбана рухнула в воду, но тут же выскочила на берег и принялась кататься по земле, чтобы быстрее обсохнуть. Встав, она увидела перед собой сову. И не просто сову, а ту самую сипуху. Корин, дрожа от страха, прятался за скалой.
— Простите, — пролепетал он. — Я принял вас за свою мать.
Джильбана изумленно прищурила глаза.
— Простите еще раз. Я просто думал о своей матери, как вдруг услышал шум и очень испугался. Я не ожидал увидеть вас здесь.
Джильбана тяжело дышала от быстрого бега. Никогда в жизни ей не приходилось так долго бежать изо всех сил.
— Я знаю твою мать, — пропыхтела она. — Твоя мать — предводительница Титонического союза Чистых, она… — Джильбана прервалась, чтобы перевести
Она тяжело задышала, каждый глоток воздуха болью отдавался в ее легких.
— Передохните немного, — взмолился Корин.
— Нет времени на отдых. Все зависит от тебя. Твоей матери нужен Уголь. Она пообещала отдать его нам, клану Макхита. Наши волки мечтают заполучить Уголь Хуула, ведь он даст им власть, о которой они всегда мечтали. Взамен наш вожак пообещал вступить в Титонический союз и помочь твоей матери завоевать власть над миром.
— Но почему ты пошла против своего клана?
— Они забрали моего сына. Они искалечили его. Они давно мечтали, чтобы волки Макхита служили в Священной Страже, поэтому отгрызли моему сыну хвост и две подушечки на лапах. Они выгнали из клана моего друга. И после этого ты спрашиваешь, почему я их ненавижу? Они отняли у меня все. Но если твоя мать добьется своего, мой клан станет еще свирепее, еще злее и еще беспощаднее. Я не хочу этого.
— Коди твой сын?
Джильбана кивнула головой. Теперь из пасти ее стекали длинные нити слюны, но дыхание слегка выровнялось, а хрипы немного стихли.
— Коди мой сын, но он даже не знает об этом. Мне не позволили выкормить его. Но сейчас не время говорить об этом. У нас нет времени. Ты должен достать Уголь. Он принадлежит тебе, я знаю это.
Корин заглянул в сверкающие зеленые глаза Джильбаны и увидел в них свое отражение. Страх не исчез из его глаз, но теперь в них появилась решимость. Он поверил тому, что отражалось в зеленых глазах волчицы.
Стеклянный вулкан
Эта ночь была во многом не похожа на другие. Свирепый ветер гудел в Священном Кольце. Красные искры вулканов кружились в безумном танце, сливаясь со снежинками в музыке разгулявшегося ветра.
На земле, как обычно, кузнецы торговались с угленосами. Глодатели молча патрулировали свои участки. Старшие глодатели, восседавшие на вершинах костяных курганов, выли в ночное небо, передавая на секретном языке стражей инструкции, приказы и предупреждения своим товарищам. Несколько отважных угленосов летали над вулканами, пытаясь повторить уже ставший легендой тройной захват Корина.
Все были заняты своим делом, и никто не обратил внимания на вернувшегося Корина, который начал по широкому кругу облетать Священное Кольцо вулканов.
Джильбана устроилась в тени старых костяных курганов. От нечего делать она внимательно изучила свое убежище. Что и говорить, здешние волки были настоящими художниками. Одна из костей изображала волчью птицу. Джильбана подивилась искусству неизвестного глодателя, сумевшего выгрызть в кости даже мелкие перья птицы. Может быть, Коди будет здесь лучше, чем в клане? Здесь он станет художником, одним из самых сильных волков на свете… но обреченным навсегда остаться без подруги и вести одинокую жизнь, не зная ни семьи, ни кланового товарищества…