Избранные
Шрифт:
Честно говоря, я понятия не имею, кто такой принц на самом деле и чем чревата его компания. Мои собственные слова отдают горьким, возбуждающим привкусом лжи. Но я так же догадываюсь, что сейчас в этом враждебном мире ему нужна рука, которая поведет его за собой, а еще - друг. Человек, который отнесется к нему не как к предателю короны, а как к тому, кто оказался очередной жертвой дворца Спасителей.
Однако его высочество уж точно не собирается так просто уступать мне.
– Ты же понимаешь, - кривится Адриан, - что все мои чувства к тебе были ненастоящими? Я был просвещен.
Я бросаю
– Понимаю, - соглашаюсь я, - но не все подвластно просвещению, Адриан. В тебе действительно есть все то хорошее, что я видела. Ты способен на любовь, а значит заслуживаешь шанс.
Он совсем не выглядит убежденным. Что ж, я пыталась.
– Знаю, сейчас совершенно не в моих интересах говорить это...- протягивает Адриан, - но если ты зовешь меня с собой только из надежды, что во мне снова проснутся светлые чувства к тебе, то зря. Тот я был твоим другом, Эланис, но этому мне тошно от одной мысли о дружбе, к которой меня принудили. И уж тем более от такой любви.
Он отходит от меня к остальным Искупителям, которые все еще смотрят на него с презрением, и я выдыхаю. В какой-то степени я понимаю Адриана. Он пытается избавиться от всех оков, которыми его сковала Эсмеральда, обрести полную свободу, даже если это означает отречься от всех людей, к которым он когда-то был привязан. Но я обязательно что-нибудь придумаю. Найду способ вновь завоевать его доверие, выяснить, кто же он такой на самом деле, а потом доказать ему самому, что тот хороший, сострадательный Адриан - вовсе не дело чар Эсмеральды. Все это в нем. И да, она заставляла его делать ужасные вещи, но он должен найти способ простить себя за это. Я наблюдаю за тем, как неприязненно косится на него Ева. И мы тоже должны.
– Наслаждаешься бризом?
Я оборачиваюсь, резко выдернутая из своих мыслей. На меня смотрят голубые глаза Корал и от этого взгляда мне становится не по себе. Я бы с удовольствием забыла о последних минутах Оракул, но ее дочь не дает мне этого сделать ни на секунду. Она настолько на нее похожа, что мне становится не по себе - разве что темные пряди обрамляют ее белоснежную кожу.
– Я рада, что ты с нами, Корал, - улыбаюсь я, приглашая ее присоединиться ко мне, но она лишь неприязненно смотрит на мою руку.
И чем я вызвала ее немилость?
– Я видела, как ты обнимаешься с Эйданом. Я не расскажу ему о том, что ты сделала в катакомбах дворца, - мрачно глядя на меня, обещает Корал, - но лишь пока. Предоставляю тебе возможность быть честной с ним - хотя бы для разнообразия.
Не дав мне ни секунды на ответ, она оставляет меня в одиночестве и удаляется в сторону кают корабля.
Ну, замечательно. После того, что вытворяла ее мамаша, странно, что она вообще кого-то обвиняет в нечестности.
Но, на самом деле, она права. В глубине души я понимаю, что ответственность за смерть Оракул лежит на мне. Я понятия не имею, как Эйдан отнесется к этой новости, но он и так потерял слишком многих. Я не хочу обрушивать на него эту бомбу сейчас. Возможно, пройдет время и ему станет легче, а я, наконец, смогу во всем признаться.
Но сейчас мы вместе - он возле меня, и впервые будущее не кажется мне таким уж мрачным. Я вижу, как вдалеке загорается
Эпилог
Эланис
Скоро здесь будет снова война и отчаяние, затем мир и надежда, а следом - опять тьма. И в этом вечном круговороте и заключается единственный смысл жизни.
Лючия Тройси. Войны всплывшего мира
Высокая, худощавая фигура неспешно приближается ко мне, и Бенджамин становится рядом, устремляя внимательный взгляд карих глаз на закат, тонущий в мягкой синеве моря. Его правая рука перебинтована, но в целом он не выглядит пострадавшим.
– Какая красота, не правда ли?
– тихо произносит он, - а ведь в детстве я думал, будто кровавый закат - это плач неба по мертвым.
Я тихонько вздрагиваю, стараясь не думать о его словах. Бенджамин молча стоит рядом, и я, наконец, поворачиваю к нему голову:
– Он тебе все рассказал, не так ли?
Бенджамин усмехается:
– Все же, я его сын. Но пусть тебя это не гложет. У тебя сейчас и так достаточно причин для беспокойства.
В этом он был прав. Я плохо знала Бенджамина, но он дрался рядом со мной - вел свой собственный бой, пока я сражалась с Эсмеральдой. Так или иначе, нам всем пришлось побороть не только зло дворца Спасителей, но и своих собственных демонов. Он смог побороть своих, а значит, заслужил мое доверие.
– Как думаешь...
– задумчиво говорю я, глядя на легкие волны, утопающие в закатных лучах солнца, - Док был прав? Искупители - действительно результат экспериментов?
– Боюсь, мы никогда уже не узнаем истину, - вздыхает Бенджамин, - если Корал говорит правду и она действительно происходит из древнего рода алхимиков, то, возможно, они сами создали нас много веков тому назад, передавая силу из поколения в поколение и разбредаясь по свету. А может, Оракул все же не врала - не морщься, старая ведьма, конечно, была той еще лгуньей, но она обожала все, что касалось нашей силы. Может, мы действительно дети грехов Каина и Ламеха.
– Что ж, возможно, за горизонтом мы найдем ответы, - стараюсь храбриться я.