Избранное
Шрифт:
Надя очень любила театр и, когда хорошо себя чувствовала, они с мужем ходили в «Современник», МХАТ и в некоторые другие театры, в которые ей было по силам доехать. Наде нравились балеты «Лебединое озеро», который она считала блестящим зрелищем, и трагическая «Жизель»… Оперу она любила меньше, хотя и прослушала несколько опер отечественных композиторов в Большом театре. Однажды Надя с большим желанием пошла в Большой театр послушать свою любимую оперу «Волшебная флейта» Моцарта, но была не просто разочарована, но возмущена тем, что сделали с этой оперой постановщики.
В жизни Нади с раннего детства большую роль играла музыка, причём её музыкальные пристрастия
Надя очень любила живопись и пробовала рисовать, но у неё получались какие-то абстрактные фантазии. В студенческие годы Надя тщательно изучала собрания живописи в Музее изобразительных искусств имени А.С. Пушкина и в Третьяковской галерее. Она несколько раз была в Петербурге и также изучала собрания картин в Эрмитаже и Русском музее. У Нади была большая коллекция альбомов с репродукциями разных художников. Она хорошо знала историю европейской и русской живописи и удивляла маму, как она удерживает в памяти такое обилие имён разных художников разных эпох и разных стилей. Надя долго увлекалась творчеством импрессионистов и частично русским авангардом, но с годами полюбила русское классическое искусство, как более спокойное и эмоционально здоровое. Когда позволяли силы, они с мужем старались посещать художественные выставки. В свою трёхдневную поездку в Париж она целый день провела в Лувре, время от времени высасывая таблетки валидола, чтобы выдержать эту нагрузку. К сожалению, в Музей современного искусства они с мужем не попали из-за очень больших очередей.
Надя очень любила путешествовать. В школьные годы она исходила пешком Южный берег Крыма. Когда из-за болезни врачи запретили ей отдыхать на юге, она познакомилась с курортами Прибалтики. Была и в Эстонии, и в Латвии, и в Литве. Провела лето на Северном Кавказе, жила в Кисловодске и побывала в Пятигорске, а также в Приэльбрусье. Поднималась по канатной дороге к ледникам. Она хорошо знала Петербург и его пригороды, а также была под Новгородом, окрестности которого произвели на неё очень большое впечатление. Уже будучи тяжело больной, посетила все города Золотого кольца.
Во время короткого четырёхлетнего периода ремиссии, то есть ослабления болезни, Надя постаралась узнать больше о жизни других стран и побывала в нескольких европейских городах: Берлине, Франкфурте на Майне, Висбадене, Париже, Амстердаме, Брюсселе. Дважды они с мужем ранней весной отдыхали под Барселоной в городке Бланас [1] и из него ездили в Барселону.
Она им так полюбилась, что они были в Барселоне несколько раз. В зарубежных поездках они осматривали европейские города, знакомились с их жизнью, а также стремились посетить известные картинные галереи, чтобы увидеть недоступные им раньше картины великих художников. Также они старались увидеть интересные архитектурные сооружения: здания, построенные Гауди в Барселоне и старинные соборы в Германии.
1
Бланес –
Надя с детства очень любила кошек, они были её любимыми игрушками. Когда Надя была уже замужем, в подъезд дома, где жили её родители, подбросили маленького котёнка. Котёнка (кошечку) впустили в квартиру и оставили у себя, рассчитывая, что когда кошечка подрастёт, то будет жить у Нади, которой будет не так одиноко. Надя назвала её Муськой. Но когда Муську перенесли в квартиру Нади, оказалась, что у её мужа Володи очень сильная аллергия на кошек, и Муську снова вернули Надиным родителям. Она прожила у родителей 15 лет и вдохновила Надю на создание целого цикла стихов о кошке.
Надя с Володей каждое лето обязательно посещали Московский зоопарк. Надя говорила, что, если бы она была здоровее, она хотела бы работать в зоопарке.
Для Нади из-за болезни главным средством общения был телефон. Надя, насидевшись целый день одна в пустой квартире, если позволяли силы, стремилась больше быть среди людей. Поэтому она очень любила посидеть в кафе или приглашать своих подруг с мужьями к себе. Её навещали и мальчики одноклассники, как живущие в Москве, так и эмигрировавшие из России, когда они приезжали повидаться с родителями.
С ухудшением здоровья Наде стало тяжело переносить других людей, кроме мужа. Главной её подругой стала мама, которой она звонила помногу раз в день и ночью, когда её мучила бессонница.
В последние годы жизни Надя часто общалась, кроме мамы, с подругой детства Людой Тимошенко. Она жаловалась Люде, что для всех, кого она знает, смыслом жизни стало заработать побольше денег, иметь дачу и престижный автомобиль, а она может только писать стихи, которые сейчас никому не нужны.
Беда грянула неожиданно и внезапно. Накануне 2 ноября 2015 года вечером Надя долго разговаривала по телефону со своей ближайшей подругой, и по словам подруги была в очень хорошем настроении и очень счастливой. Мама тоже заходила к ней вечером и Надя прыгала по постели и уверяла маму, что она немножко поправилась. Но к ночи ей стало плохо. Надя упала с постели, успев крикнуть мужу: «Я упала», и потеряла сознание. Вызвали скорую помощь, прибежали родители. Надя то приходила в сознание, то теряла его. У неё пропала речь.
Надю отвезли в Первую Градскую больницу и обследовали, думая, что у неё инсульт. Только к утру поняли, что разорвалась аневризма и стали делать срочную операцию. Мама умоляла хирурга спасти её дочь. Он воскликнул: «Если бы мы могли! Эта операция редко кончается благополучно, обычно больные погибают». Через несколько часов он позвонил и сказал, что Надя умерла неожиданно во время операции от шока из-за потери крови. Срочно приехавшая мама попросила хирурга отвести её к Наде. Он подвёл её к каталке и откинул простыню.
Надя лежала с закрытыми глазами, как будто живая, как будто уснула. Мама, совершенно парализованная случившимся ужасом, даже не плакала. Она поцеловала Надю в щёчку, Надя была ещё тёплая. Врач сказал, что Надя всё время до операции была без сознания и у неё не было страданий. Надя три недели не дожила до серебряной свадьбы, которую она очень ждала.
Надя при жизни просила, если она умрёт, кремировать её. Поэтому с Надей прощались в крематории при Хованском кладбище, там же её отпевали. Мама стояла у изголовья и всё что-то говорила Наде, не в силах плакать. Потом поцеловала её и обратилась с укором к священнику: «Зачем Бог забрал её!» Священник ответил: «Ей там будет лучше!»