Избранная лирика
Шрифт:
СТЕПАН ЩИПАЧЁВ
ИЗБРАННАЯ ЛИРИКА
«Библиотечка избранной лирики»
Издательство ЦК ВЛКСМ «Молодая гвардия», 1966
Scan, OCR. Spellcheck А.Бахарев
СОДЕРЖАНИЕ
От составителя. Лев Озеров
Зрение
На парткоме
Соловей
Овёс
В троллейбусе
«Лил дождь...»
«Себя не видят синие просторы...»
«Урал! Он был как начало песни...»
Нескошенная
«Лил дождь осенний...»
«Наверно, и вы бы приметили сразу...»
«Ой, вьюга, ой, вьюга какая...»
Прощание с зимой
«На жизнь свою я не хочу пенять...»
Потомкам
«Уже приметен радостный почин...»
Могила матери
Первые шаги
В степи
Он
«Когда накреняется купол звёздный...»
«Не оттого ли она хорошеет...»
Опять о луне
Берёзка
Незнакомая
Муж и жена
По росе
Соседка
«Тело твоё молодое, ржаное...»
«На ней простая блузка в клетку...»
«Пускай умру, пускай летят года...»
«Своей любви перебирая даты...»
«Пусть пристально глядят мужчины...»
«Как хочешь это назови...»
«Опять тревожно, больно сердцу стало...»
«Ты со мной, и каждый миг мне дорог...»
«Любовью дорожить умейте...»
«Ты порой целуешь ту, порою – эту...»
Голос
«Берут мальчишки и девчонки в руки...»
День
14 апреля 1930 года
Ладонь
Библиографическая справка
ОТ СОСТАВИТЕЛЯ
При имени Степана Щипачёва сразу же перед глазами возникает образ
стройного седовласого внимательного человека. Он говорит мало, негромко,редко улыбается. Но зато если скажет — всерьёз, повысит голос — справедливо, улыбнётся — от души. Он добр той добротой, «от которой пятится ложь, негодяя
бросая в дрожь». Не терпит многословия. Все написанное им, вернее то, что он
хочет видеть в читательском обращении, умещается в двух небольших томах. Что
же — мало написал? Нет, жёсток отбор.
Крестьянский сын, батрак, председатель солдатского комитета, он имел
все права воскликнуть: «Революция... а тебе восемнадцать лет! Как здорово
это, как это прекрасно!» Человека с лицом, характером, биографией Щипачёва
мог бы среди своих двенадцати красногвардейцев встретить Блок. Державный шаг
двенадцати — это
Скромный и застенчивый в быту, он по жизни, идёт всегда смело и открыто.
Мечтательность не мешает ему быть бойцом.
Сейчас это кажется таким простым: стихи о природе и любви. Но в
середине тридцатых годов, когда в газетах и журналах преобладала риторика, когда нередко воспевался бетон, а не человек, Щипачёв выступил с небольшой
книжкой «Лирика». Она рассказала о глубокой жизни сердца. После длительного
поиска собственного пути, после шести книг Щипачёв, наконец, находит себя. Он
берёт в собеседники природу и возлюбленную. И говорит с ними о самом близком
и дорогом. Любовь! О ней писали в лоб, декламационно, напрягая голосовые
связки. Щипачёв написал о берёзке, которую ломает ливень, гнёт буран, но она
не сдаётся — «видать, характером прямая, кому-то третьему верна». Эта лирика
запросто открывает сердца читателей и заставляет по-новому задуматься над
вечными темами. Щипачёв отстаивает поэзию раздумий и душевной
сосредоточенности. Он борется за цельного, во всех отношениях цельного
человека, выверяет чистоту его общественных помыслов частотой жизни сердца, личной, или, как прежде говорили, частной жизнью. Щипачёву принадлежат слова:
«...кто сказал, что наша любовь должна быть мельче наших дел?»
Он видится мне на фоне берёз. Их образы и в стихах нередки — «бело от
молний, от берёз бело», и в прозе — автобиографическая повесть «Берёзовый
сок». И всегда от стихов Щипачёва ощущение нежной вязи берёзовых веток в
бездонной голубизне. Я вижу поэта — уральца по месту рождения — на фоне
берёзовых рощ и Подмосковья и Приволжья...
Мы читаем: две-три строфы, афористичность, ясность. Но так ли уж прост
Щипачёв? Нет, только с первого взгляда. В эту простоту надо углубиться. У