Из-за стены
Шрифт:
Тщедушная старушка на выдаче, вопреки производимому впечатлению, обладала геркулесовой силой, судя по тому, как играючи она водрузила чемодан Кристы на стойку – Криста с ним справлялась с трудом. Порадовавшись, что взял с собой лишь необходимый минимум вещей, Петер поспешил на помощь – и поймал недовольный взгляд подруги, совпавший с ее же возгласом «А ты здесь откуда?».
– Товарищи, не задерживайте очередь, – раздраженно вклинилась в их еще не успевший толком начаться диалог служительница вокзала.
Петер торопливо подал номерок, стащил чемодан Кристы со стойки и ответил,
– Оттуда же, откуда и ты. Забираю вещи.
Криста открыла было рот, но Петер слегка толкнул ее коленом и, будто невзначай наклонившись к ее уху, коротко шепнул:
– Скажу в автобусе, – та понимающе кивнула.
Петер забрал наконец свой чемодан, принесенный сердитой фрау, и поспешил нагнать Кристу, с трудом волочащую свой; позади себя он услышал очередную порцию ворчания на русском, адресованную на сей раз Вилли с Андреасом.
Ему бы ничего не стоило помочь Кристе с багажом, но та была поклонницей Симоны де Бовуар и ярой сторонницей идеи женской независимости, что всячески старалась продемонстрировать, обижаясь порой на совершенно невинные вещи, казавшиеся Петеру естественными: придержать дверь, подать пальто или же, как сейчас, помочь донести тяжелый чемодан. Улла была полной ей противоположностью, и в этом плане с ней ему было не в пример легче.
За время их путешествия Петер не раз думал, что Криста со своим мировоззрением идеально вписалась бы в советский мир женщин-крановщиц и женщин-вагоновожатых, но вряд ли смогла бы смириться с потерей того комфорта, которым обеспечивал ее отец-функционер и, вероятно, будет обеспечивать муж, как бы она ни противилась своему браку. Полный чемодан модных нарядов, бывших предметом зависти и восхищения остальных девушек (однажды он нечаянно подслушал разговор Паулины с Эльзой), был наглядной демонстрацией ее любви к красивой и удобной жизни.
Выйдя на улицу, Петер с удивлением обнаружил, что автобус, белый туристический «ЛАЗ» с красной полосой, действительно ожидал их у здания вокзала, прибыв, очевидно, в обещанное время. Он еще раз порадовался про себя, что не стал увлекаться подпольной торговлей, бегая по незнакомому городу и рискуя заблудиться, решив вернуться пораньше. Часть ребят уже толпилась рядом с автобусом, но почему-то не спешила занимать места. Петер с Кристой подошли поближе. В группе была какая-то суматоха.
– Что случилось? – спросила Криста стоявшего ближе всех к ним Клауса.
– Майер потерял чемодан! Представляешь, чемодан с документами на всю группу!
Долго думать было некогда, быстро взвесив все за и против, Петер решил пойти ва-банк.
– Ничего удивительного, – фыркнул он.
– Почему это? – спросил Клаус.
– Да он его чуть не на середине зала поставил, на проходе прямо, а сам руками размахивал, когда эта неразбериха с автобусом началась. Наверно, и не вспоминал про свой чемодан вовсе.
– Еще бы он руками не размахивал, – поддержала его Криста. – Ты гида нашего видел?
– Не разглядывал, – пожал плечами Петер.
Это было правдой, он действительно не помнил ни лица девушки, ни, как ни странно, ее имени, хотя Майер
– Она симпатичная, – вставил Клаус и покраснел.
Повисло молчание. Петер с равнодушным видом порылся в кармане, достал оттуда пачку сигарет и протянул ее ребятам.
– Будете?
– Давай! – согласилась Криста и вытащила сигарету из предложенной пачки.
Клаус отрицательно мотнул головой, пристально посмотрев на Петера.
– Постой! – вдруг воскликнул он, отчего Петер чуть не захлебнулся дымом от прикуриваемой сигареты.
– Что? – спросил он, прокашлявшись.
– Выходит, ты его видел? – Клаус подозрительно посмотрел на него.
– Что видел? – Петер затянулся, старательно изображая недопонимание. Его внезапный план сработал: Клаус заглотил наживку.
– Чемодан Майера, конечно! – возмутился Клаус. – Из-за него мы до сих пор торчим на вокзале, если ты не заметил!
– А, ты про это. Да, чуть не запнулся за него, когда пошел уборную искать, подумал еще, что за идиот свои вещи на проходе оставляет. Ну и двинул под какую-то скамейку поблизости, чтоб людям не мешал.
– А ты откуда знаешь, что это был чемодан Майера, а не чей-то еще? – спросил Клаус, прищурившись.
Петер хотел было ответить, но тут вмешалась Криста, прежде молчавшая (что было ей несвойственно):
– Много ты видел желтых кожаных чемоданов на советских вокзалах? Давай, Петер, вспоминай скорее, куда ты его затолкал? Хватило же тебе ума, в самом деле!
Петер призвал на помощь все свои актерские способности, в силе которых, по правде говоря, сомневался.
– Я же не думал тогда, что это его чемодан. Просто разозлился и подвинул с дороги, чтоб не мешался. Это я уже потом сообразил, когда из уборной возвращался. Откуда мне было знать, что Майер про него забудет? – Петер изо всех сил старался, чтобы возмущение в его голосе звучало правдоподобно.
– Стой! – воскликнул Клаус. – Тебя же не было…
Но Криста перебила его, не дав закончить фразу.
– Потом разберемся, Клаус. Герр Майер, герр Майер!!! – закричала она сквозь толпу. – Петер говорит, что, кажется, видел ваш чемодан!
Взгляды присутствующих мгновенно обратились к ним, в том числе и взгляд самого Майера.
– А, вот и вы, Хартманн! – гневно сказал он. – С вами у меня еще будет разговор, не думайте, что я не заметил вашего отсутствия в ресторане.
По группе пронесся ропот. Майер, помимо прочего, был председателем факультетской ячейки СЕПГ, и мог существенно подпортить личное дело.
Петер постарался придать лицу как можно более невинное выражение. Сказать правду, пусть частичную, для него сейчас было выгодней всего.
– Герр Майер, меня буфетчица не пустила, документы потребовала, которые, между прочим, были в вашем чемодане! Я в чем виноват? Теперь, чтобы посетить уборную, мы тоже должны спрашивать вашего разрешения?
Среди ребят послышались смешки. Майер покраснел еще больше.
– Не думайте, что вам это сойдет с рук! Ваше безответственное поведение мы обсудим на вечернем собрании группы! А сейчас признавайтесь, куда вы дели мой чемодан?! – прокричал он.