Из тьмы

Кусков Евгений Сергеевич

Едва Джейн приблизилась к многоквартирному дому, входная дверь распахнулась, будто сама по себе, хотя, разумеется, это было не так. Двигаясь уверенно, точно зная, куда именно идти, вампирша оказалась у одной из квартир, которая тотчас же гостеприимно впустила её. Зайдя в помещение, Джейн (дверь позади неё затворилась) подошла к большой тахте и заботливо уложила на неё Кейт. Девушка к этому моменту уже полностью лишилась сознания, и не оставалось сомнений в том, что без посторонней помощи вернуться обратно ей не удастся.

Джейн присела рядом с ней (размеры данного предмета

мебели позволяли с лёгкостью вместить двоих) и сразу принялась за дело.

Обхватив руками голову Кейт и осторожно немного приподняв её, она на некоторое время замерла. Казалось, ничего не происходило, но спустя несколько секунд в местах соприкосновения появилось неяркое синее свечение, схожее с тем, что изливалось из окружающих предметов. Оно размеренно пульсировало, с каждым тактом становясь всё ярче, и…

Девушка открыла глаза.

Сияние пропало, однако Джейн продолжала удерживать её голову, поглаживая каштановые волосы, покрытые начавшим таять снегом. Их взгляды пересеклись.

— Тебе лучше?

— Да, — тихо отозвалась Кейт и задала неизбежный вопрос: — Кто вы?

— Думаю, после встречи с Элизабет ты и сама догадываешься, — пожала плечами вампирша. — Если же тебя интересует имя, то меня зовут Джейн Бертон. Вернее, звали в прошлой жизни. Теперь я просто Джейн. Тебе это ни о чём не говорит, верно?

Девушка кивнула. В её взгляде не было страха, лишь непонимание ситуации и… конечно же, боль. Отражение физических страданий в карих зрачках спасительница видела так же отчётливо, как и непосредственно лицо, поэтому она сказала:

— Кейт, я хотела бы сразу прояснить ситуацию. Я не собираюсь делать тебе ничего плохого — наоборот, хочу помочь. Однако для этого надо, чтобы ты мне доверяла. Понимаю, что после агрессии Элизабет это не легко, но поверь — я не такая. Хорошо?

— Зачем… вам это?

— Справедливый вопрос, — согласилась Джейн. — Я отвечу на него чуть позже, когда ты будешь в куда лучшей форме, нежели сейчас. Очень скоро.

Всё это время она поглаживала голову девушки, внося как бы последние штрихи в проделанную работу. По крайней мере, лёгкое сотрясение мозга и даже зарождающееся воспаление исчезли бесследно — чем не стимул продолжать? Перебирая пальцами мокрые волосы "жертвы", Джейн произнесла:

— Кейт, мне нужно раздеть тебя, чтобы всё сделать правильно. Практически полностью.

Заметив отчётливое сомнение во взгляде девушки, она добавила:

— Доверяй мне. Пожалуйста.

Кейт снова кивнула. Разве она в том положении, чтобы выбирать? В конце концов, после всего уже произошедшего обнажиться перед незнакомкой ничего не стоило. Какая к чёрту разница?

Заручившись согласием девушки, Джейн аккуратно, но быстро расстегнула молнию на её куртке.

— Сядь, — мягко сказала она, сама приподнимая обессиленную Кейт и избавляя её от верхней одежды. Это не вызвало проблем — своей податливостью тело бедняжки напоминало манекен.

Однако дальше на пути оказалась футболка, насквозь пропитавшаяся кровью — изображённый на ней гибнущий "Титаник" тонул словно в кровяном море, очень знакомом вампирше. Она принялась разъединять слипшиеся

ткани, искусственную и человеческую, действуя очень аккуратно, но всё равно девушка застонала от боли.

— Потерпи, — произнесла Джейн, постепенно отвоёвывая одежду у тела. Её ничуть не удивлял тот факт, что футболка, как и куртка, была цела и невредима, в отличие от того, что они прикрывали.

Кровь уже начала свёртываться, поэтому синтетика достаточно сильно прилипла к порезам, и, как следствие, Кейт приходилось терпеть очередную пытку. Конечно, не равносильную предыдущим, и, тем не менее, очень неприятную.

— Всё, уже всё, — довершив, наконец, затянувшийся процесс снимания футболки, выдохнула Джейн и отбросила в сторону зловредный предмет одежды.

Теперь грудь девушки ничто не прикрывало, и вампирша на некоторое время замерла, рассматривая открывшуюся её взору красоту. Правда, картину портили четыре рваных пореза, берущие начало на левой ключице и заканчивающиеся в непосредственной близости от полушарий, не говоря уже о обильно размазанной по нежной коже крови, но…

"…это дело поправимое", — констатировала Джейн. Поразмыслив, она решила пока не спускаться ниже, а заняться верхней частью тела Кейт. Так или иначе, времени достаточно.

Она ещё раз взглянула в глаза девушки, увидев в них лишь безнадёжность и страдания, после чего наклонилась к порезам и легонько дотронулась до раны языком. Кейт напряглась, ожидая боли, однако почувствовала лишь лёгкое жжение. Джейн провела языком по всей длине пореза, проникая на всю его глубину и впитывая аппетитную кровь. Везде, где она "прошлась", возникало приятное тепло — и это несмотря на то, что её язык был ледяной, да и в комнате температура оставляла желать много лучшего. Более того, тепло сохранялось, словно его источник проникал под кожу.

Впервые за многие часы Кейт начала успокаиваться, расслабляться. Боль мгновенно покидала её многострадальное тело там, где побывал язык вампирши. За первым порезом пришёл черёд второго, потом третьего. Было что-то безумно восхитительное в постепенном избавлении от мучений — миллиметр за миллиметром, дюйм за дюймом — а также в осознании того, что избавление это окончательное и бесповоротное. Девушка невольно закрыла глаза, чтобы полнее проникаться волнующими ощущениями, которые дарила ей Джейн. Она не могла видеть, однако точно знала, что порезы не просто переставали болеть, но и практически исчезали, скрываясь под свежей кожей. Со временем и эти незначительные шрамы пропадут, и её тело вновь станет таким же, как и прежде.

Как и Кейт, вампирша тоже наслаждалась данным процессом, только несколько иначе. Безусловно, приятно избавлять столь милое создание от страданий, но куда сильнее возбуждало само действо — непосредственный контакт с восхитительным телом. Учитывая пристрастия Джейн, удовольствие было непередаваемым. Настолько, что ей приходилось остепенять себя, дабы не перейти границы дозволенного.

Она проникла в разум девушки — разумеется, никоим образом не воздействуя на её волю. Она вообще не собиралась контролировать её сознание без крайней необходимости.