Из Мрака Ночи

Кэмпбелл Джон Вуд

– Здесь нет никаких людей, и сарнам незачем исследовать тебя, – холодно произнесла Мать. – Все это сказки.

– Это не сказки, и ты это знаешь. Непроницаемая тьма, из которой я состою, создана мыслями людей. Я – воплощение желаний биллионов и биллионов.

Правительница кивнула.

– Хорошо. Желания и знания. Такое возможно. Нам нужно заключить некий договор – соглашение между мною и тобой.

– Между твоим народом и моим народом, – уточнил Эзир. – Ты и я могли бы договориться прямо сейчас… но боюсь,

в результате этого ты погибла бы.

– Может быть, – насмешливо произнесла Правительница. – Но тогда твой народ был бы уничтожен, а мой остался бы единственной разумной расой на этой планете…

– Хорошо… Нам известны мысли и планы друг друга. У людей есть одно преимущество перед сарнами они вот-вот освоят универсальную телепатию. Некоторые из людей уже сейчас могут разговаривать между собой на ментальном уровне.

– По-моему, многие из вас могут читать мысли capнов, когда находятся рядом, – вздохнула Бессмертная.

– Но я пока не придумала надежной защиты…

– Так вот, я хочу предложить тебе обмен. – Эзир как будто смеялся, во всяком случае так показалось Матери. – Ты хотела исследовать вещество, из которого создано мое тело. Я предоставлю тебе такую возможность, но взамен…

Эзир шагнул вперед и взял со стола чемодан с серебряными замками, в котором лежали Покровы Матери и защитные очки, позволявшие видеть в темноте. В то же мгновение Мать сарнов распрямила длинный гибкий палец и нажала на кнопку, вмонтированную в трон.

Из невидимых излучателей вырвался поток раскаленной плазмы, и каменный пол расплавился. Комнату заполнил синевато-багровый едкий газ. Раздался грохот – казалось, шатались и рушились тысячелетние каменные стены. Пол обвалился, образовав в центре комнаты огромную дыру…

И вдруг все стихло.

Правительница неподвижно сидела на троне, глаза ее были мутными от слез, вызванных ядовитыми испарениями. Эзир по-прежнему стоял перед ней.

– Ты снова ничего не добилась. Мать, – мягко сказал он.

Потом Эзир молча повернулся и вышел в коридор.

Мать сарнов с ненавистью посмотрела ему вслед, за-, тем нажала другую кнопку – панель открылась, и в комнату быстро вошли десять гвардейцев во главе с декалон. Все они держали оружие наготове. Они замерли у стены, бесстрастно глядя на дымящийся пролом в полу.

Вслед за ними в комнату вошли Матери городов, на их тонких губах играли злорадные улыбки.

– Ну что, революция закончена? – сказала Мать Тарглана, усаживаясь в свое кресло.

Бессмертная в ярости взглянула на нее.

– Дочь, ты ничего не поняла. Я оказалась совершенно беспомощной. Когда он потянулся к чемодану с Покровами, я не выдержала и нажала кнопку. Сказалась усталость, я не спала больше пятидесяти часов. И я не хотела потерять свои Покровы, – с горечью произнесла она. – Эзир должен был выиграть в этом обмене, потому что он обязательно узнал

бы, из чего сделаны Покровы, в то время как я не уверена, что мне удалось бы разгадать его тайну.

Правительница Земли взглянула в дальний конец коридора, где исчезла черная фигура незваного гостя.

Глава 11

Старый тюремщик Дома Камней был хорошо проинструктирован. Бессмертная не хотела рисковать жизнями сарнов, но она очень хотела, чтобы Эзир оказался в подземной цитадели, поэтому надзиратель, как только показался Эзир, тотчас скрылся. В узком коридоре, ведущем в неприступную подземную крепость, притаились невидимые гвардейцы с оружием наготове.

Черная фигура, пройдя по коридору, остановилась у серой стальной двери, за которой находились Дея и Грайт.

Стрелки приборов, подсоединенных к датчикам, висевшим на стене, судорожно задергались, термометр застыл на самой низкой точке – Эзир распространял вокруг себя ауру абсолютного холода.

– Грайт, Дея, отойдите подальше от двери. Как только она исчезнет, немедленно выходите, – донеслась до сознания узников мысль Эзира.

Черная фигура подняла руку и коснулась стальной двери, которая, зашипев, начала растворяться. Еще мгновение – и дверь исчезла, осталось лишь клубящееся облако пара. Дея неуверенно шагнула к проему, боясь обжечься, но, как ни странно, пар не был горячим.

Она быстро прошла через облако в коридор, лишь на миг испытав легкий приступ удушья. Вслед за ней вышел Грайт.

– У нас будут Покровы? – спросил он.

– Нет. Мать вновь стала палить из лучеметов, и Покровы, должно быть, повреждены. Вам придется идти так… Держитесь ближе ко мне.

– А мы сможем пройти сквозь каменные стены? – с сомнением спросила Дея. – Я не верю, что это возможно.

Вместо ответа Эзир молча указал на дверь их камеры, которая теперь была такой же черной, как и он сам. Дея замерла, увидев на черной поверхности белые силуэты двух фигур – ее и Грайта, как раз в том месте, где они прошли через нее. От двери веяло таким ледяным холодом, что стены вокруг покрылись инеем, а свет ламп начал тускнеть.

– Ты почувствовала удушье, когда проходила через дверь. Такое же удушье ты почувствуешь, когда будешь проходить через стену, – ни в стали, ни в камне нельзя дышать… Нам надо идти.

Уэр пошел вперед, и через несколько шагов из-за двери соседней камеры вырвался тонкий светлый луч, скользнувший по его черному покрову, – это была очередная попытка исследовать его. Эзир спокойно прошел дальше, а луч исчез.

* * *

– Неподалеку притаились невидимые гвардейцы, предупредил Эзир. – Мать сарнов приказала им беспрепятственно пропустить меня, но они могут попытаться задержать вас…