Из глубин
Шрифт:
Рука начала двигаться свободнее. Затем подключилась вторая рука.
Пространства, отвоеванного у могилы, становилось больше. Свет уцелевшего налобного фонарика вселял надежду.
«Бум-бум-бум!» – звал и подбадривал бубен Колдуна.
В конце концов земля сдалась и отпустила добычу. Стас откопал себя. Выполз из кучи, как червь из норы.
Колдун в своей шаманской одежде, с бубном в руках, стоял перед ним и смотрел бесстрастным взглядом. Противогаза на Илье не было. Мертвым противогазы ни к чему. После смерти, наверное, вообще
Свет налобного фонаря уперся в лицо Ильи. Тот даже не прищурился. Мертвый синий свет отразился от глаз призрака и вернулся к окулярам противогаза.
Колдун молчал, и на этот раз первым заговорил Стас.
– Раз уж пришел, мог бы не стучать в бубен, а помочь откопаться, – попенял он.
– Не мог, – возразил Колдун. – Я лишь указываю направление и путь. Все остальное зависит от тебя.
Похоже, эту тему с ним развивать бесполезно. Стас перешел к другой:
– Что с Гришко и Кирей?
– Не знаю, – мотнул головой Колдун. – Я не могу быть одновременно в разных местах. Сейчас я здесь, с тобой.
– И это, кстати, очень странно, – признался Стас.
– Ты удивлен?
– Вообще-то да. Я думал, ты призрак «крота» и дальше подземной лодки не сунешься.
– Ты часть этой лодки, – Колдун пожал плечами, от чего наброшенная на него шаманская накидка дернулась как живая, – так что мешает мне быть рядом с тобой?
Ну, если так рассуждать, то, наверное, ничто не мешает.
Стас осмотрел завал, из-под которого только что выбрался. Завальчик, судя по всему, основательный. Или просто его ослабленные вне «крота» особыеспособности не позволяли просканировать эту плотную преграду насквозь. В общем, на ту сторону фиг пророешься. Даже если там будут бить в бубны десяток Колдунов.
Стас посветил в другую сторону. Луч уткнулся в другой завал – старый, тупиковый, который остановил их с Гришко и Кирей. Там он уже все осматривал.
Итак, получается, что в его распоряжении остался кусочек туннеля, перекрытый с обоих концов. Да, из могилы он выбрался. Но зачем? Чтобы сдохнуть в чуть более просторном склепе?
Колдун молча наблюдал за ним. Хорошенькая компания в последние часы перед смертью. И все же присутствие мертвеца удивительным образом успокаивало.
– Где мы? – спросил Стас. – Знаешь?
– Знаю, – ответил Илья. – Секретный объект. Пермские подземные убежища. Их строили после войны пленные немцы. Хотя… Ты вряд ли что-то знаешь о той войне.
Верно, о Последней Войне Стас знал гораздо больше, чем обо всех прочих войнах вместе взятых. Просто потому, что Последняя отразилась на его жизни, а остальные никак на нее не повлияли.
– Значит, все-таки Пермь? – задумчиво проговорил Стас. – Навигация «крота» не глючит.
– Ваша навигация работает нормально, – кивнул Колдун. – Просто есть места, где трудно ориентироваться и где отказывают приборы.
«Ну да, ад, например, такое место».
– Да, ад, – подтвердил
Под луч фонаря попался белый червь с оторванным хвостом, пытающийся зарыться в землю. За червяком тянулся влажный слизистый след. Стас раздавил тварюшку безо всякой жалости.
– Кто это? – спросил он, с омерзением вытирая подошву о землю. – Что за опарыши?
– Всего лишь еще один вид, который приспособился к новым условиям жизни. Сам по себе червь ничего не значит. Неопасная мелюзга. Добыча. Мясо. Закуска на зубок. И два червяка тоже, и десять. И даже сто – всего лишь сытный обед для твари покрупнее. И тысяча – не очень большая проблема. Но если вместе собираются десятки тысяч таких червей, они сомнут массой и мутанта, и человека. Размажут, разотрут, переломают кости. Потом – сожрут. Пока нет крупного врага или крупной добычи, червячки живут порознь и питаются, кто чем может, потому что так проще выжить. Им подходит любая органика: падаль, корни, плесень, лишай, мох… Но когда возникает необходимость, они действуют сообща.
– Удивительно, что безмозглые твари могут действовать так слаженно, – заметил Стас.
– Не они первые не они последние. – Колдун то ли задумался о чем-то, то ли что-то вспомнил. – Муравьи, саранча, муранча…
– Что?
– Неважно. Сейчас мы говорим о червях.
– Ну да. Для меня они станут могильными…
Стас вздохнул. Разговорчики у них, однако. Очень жизнеутверждающие такие.
– Эти не станут.
Хотелось бы верить. Только почему-то не получается.
Стас снова посветил фонарем на один завал, на другой. Скверно, очень скверно. А что, если «опарыши» очухаются, прогрызутся сквозь завалы и соорудят свою «колбасу» прямо здесь?
Илья поднял над головой бубен и колотушку.
– Пошли.
– Куда? – не понял Стас.
– За мной. Мертвые ходят своими дорогами.
– Но я ведь еще не…
– Не бери в голову, – отмахнулся колотушкой Колдун, – я поведу. Вернее, покажу, куда можно идти.
Он ударил в бубен. Раз, другой…
Стасу почудилось, будто слева чуть качнулась источенная червями тюбинговая полусфера. Он посветил на нее фонариком. Присмотрелся получше. Увидел то, на что не обратил внимания раньше. По частым темным отверстиям, оставленным «опарышами», шли трещины, а на разошедшихся стыках зияли щели.
Стас осмотрел фрагмент тюбинга еще раз. Теперь уже другим – особым —зрением. За округлой бетонной стеной угадывалась пустота – узкий тесный лаз, в который, однако, вполне мог протиснуться человек средней комплекции. Странное дело: в прошлый раз, когда он был в компании Гришко и Кири и «сканировал» туннель, здесь никаких пустот не было. Когда же она появилась?
– Когда произошел обвал – ответил Колдун, не дожидаясь вопроса. Пояснил: – Просадка грунта, сдвиг и разрушение бетонных конструкций. В общем, здесь можно пролезть. Хотя бы попытаться.