Из Бездны
Шрифт:
Позавтракав, он, вместе с первым десятком, облачённым в полную латную броню, направился к шатру герцога, возле которого под навесом лежали все трофеи, пересчитываемые сейчас группой мужчин в явно не военных одеждах.
Часть палаток была затоплена вчерашним ночным ливнем, вокруг грязь, лужи и недовольные люди. Таргус мысленно похвалил себя за предусмотрительность. Ни одна палатка их лагеря не была затоплена, никто не спал посреди воды, а сам лагерь утром был заметно суше, чем у остальных.
— Герцог Сару сейчас принимает? — спросил Таргус
— Сейчас спрошу, господин Виридиан, — ответил страж и скрылся в шатре.
Вышел он спустя десяток секунд.
— Проходите, — сказал он поклонившись.
Внутри шатра пахло лекарствами.
— Приветствую и желаю скорейшего выздоровления, — ударил себя кулаком в нагрудник Таргус. — Приём с артиллерийской ловушкой был великолепен.
— Здравствуй, Таргус Виридиан, — кивнул ему лежащий на лежанке герцог Сару, переживающий болезненную перевязку от рук некоего целителя в багровой длиннополой робе. — Присаживайся. Выпей вина.
Слуга поднёс ему кубок с плещущейся в нём жидкостью.
— Военная кампания, как я полагаю, закончена? — спросил Таргус, сделав глоток недешёвого вина.
— Практически, — ответил герцог. — Завтра начнутся переговоры между гильдиями, неподалёку отсюда, по итогам вчерашней победы будут перераспределены границы и зоны торгового влияния. Но придётся постоять у Солирина в течение пары месяцев, купцы не любят «тратить деньги зря», поэтому минимальный контракт — два месяца, хотя нас фактически нанимали ради одной битвы.
— Я могу прислать своих врачей, чтобы они посмотрели на ваши раны, — предложил Таргус. — В моём обозе сейчас находится сам Акцо Мудрый.
— Акцо Мудрый?! — воскликнул целитель, до этого сматывавший окровавленные бинты в рулон. — Ваша Светлость, не пожалейте денег! Позовите его к себе! Я ставлю свой авторитет на то, что во всём Рифе нет целителя надёжнее, чем он!
— Это будет совершенно бесплатно, потому что наш с Акцо контракт предполагает неограниченное оказание помощи членам моей манипулы, — сказал на это Таргус. — Я отправлю туда одного из новобранцев.
Герцог лишь кивнул.
— Румо, зайди! — крикнул Таргус.
В шатёр заглянул страж, а затем, увидев кивок от герцога, пропустил детину в латных доспехах.
— Слетай в лагерь и вызови сюда Акцо с его принадлежностями, — приказал Таргус.
Румо, бывший свинопас из Оппы, независимого города за три тысячи километров отсюда, окрестности которого подвержены набегам различных рабовладельческих гильдий, шарахнул себя по нагруднику и умчался исполнять приказ.
— ЭТО новобранец? — герцог нашёл в себе силы удивиться.
— Да, — кивнул Таргус. — Вся манипула — новобранцы. К сожалению, у меня было слишком мало времени, чтобы вымуштровать их достаточно, но имеем, что имеем...
— Уму непостижимо, — сказал на это герцог. — Откуда вы, Таргус?
— Из далёкого мира, — коротко ответил Таргус. — Это не особо важно сейчас.
В шатёр вошёл бородатый
Таргус готов был ждать ровно два месяца, а потом они снимаются и уходят к Рифу. Формальности нужно соблюдать.
— Ох-ох-ох... — после учтивого поклона Акцо начал осматривать ранение. — Как всё запущено...
Он осматривал рану герцога в течение следующих десяти минут.
— Мой вердикт: некачественная обработка раны, — заключил он в конце. — Требуется немедленная операция, чтобы извлечь отколовшийся фрагмент пули и очистить рану от загрязнения, убранного недостаточно качественно. Ваша жизнь в опасности, Ваша Светлость.
— Делайте всё, что необходимо... — ответил герцог Сару.
— Легат Виридиан, необходимо доставить сюда мою повозку, — повернулся целитель к Таргусу.
Врачом его Таргус не считал, особенно после того, как послушал его лекцию о миазмах и гуморах. Но он не мог отрицать того, что Акцо превосходный практик, который стаю бродячих собак съел на врачевании огнестрельных и колото-резаных ранений, а также контузий от ударно-дробящего оружия.
Таргус распорядился доставкой повозки, где имелась относительно стерильная операционная, в которой началась операция.
Герцог получил рану в бедро, от ампутации он отказался сразу, поэтому его целитель помог ему как смог.
Спустя три часа, сопровождаемые сдавленными стонами герцога и тихими матами целителя, Акцо покинул операционную и устало уселся на подставленную покрытым потом помощником табуретку. Достав трубку, он насыпал в неё табак, подкурил поданной помощником горящей веткой и, глядя в никуда безэмоциональным взглядом, задымил.
— Как всё прошло? — спросил Таргус.
— Жить будет, — ответил старик и вытащил из кармана чёрный кусок пули. — Теперь надо регулярно перевязывать и обильно кормить пациента. Даст Элегия, к концу месяца выходят. Вообще-то, это не входило в наш контракт.
— Я уверен, что в конце нашего разговора вы пойдёте на уступки и не будете впредь поднимать эту тему, — холодно посмотрел на него Таргус.
— Я просто поделился наблюдениями, — пошёл на попятную Акцо.
— Наблюдайте молча, Акцо, — попросил его Таргус. — Вас же не зря прозвали мудрым?
— Смею надеяться, — хмыкнул Акцо и продолжил курить трубку.
Вернувшись с целителем в лагерь, Таргус сообщил Мотене актуальную информацию и принял доклад о произошедших во время его отсутствия событиях. Приходили какие-то наёмники, просили голову хлыща, которая уже начала пованивать, но Мотена, не имевшая никаких инструкций, вежливо отказала им и попросила дождаться Таргуса.