Ия
Шрифт:
— Она солгала, — прищурился Рей, засунув руки в карманы брюк.
Ия восхищенно посмотрела на мужчину, затаив дыхание. Черный фрак очень шел Рею, он подчеркивал его состоятельность и галантность. Небрежно расстегнутая рубашка, начищенные туфли, голубые глаза… ему всегда удавалось выглядеть, как герою самых романтичных книг, которые любила читать Ия. Приятный голос ласкал слух, глаза всегда пугали, но в тот же момент притягивали, словно что-то неприступное, которое хочется коснуться хотя бы взглядом.
Девушка никогда не любила богачей и не понимала их, но находясь рядом с трудолюбивым, хоть и не всегда
— Ты пьяна? — мягко поинтересовался Рей, не понимая, что происходит с ним и его желаниями. Тело никак не хотелось слушаться, и мягкое желание пульсировало в теле, медленно опускаясь к тому органу, который был напрочь лишен контроля. Оставалось с усилием направлять свои мысли куда угодно, только не в сторону брачного ложа, где можно было бы расслабиться и совершенно забыть, что Ия слишком юна и опорочить ее своими желаниями — искалечить окончательно всю ее жизнь.
— Мне кажется, — девушка перевела взгляд на бокал, — четвертый бокал опьянил меня, но я не против такого расклада. На твоем месте я бы вообще пила круглые сутки. Самозванка жена, навязанная ужасными обстоятельствами… — Ия почувствовала, как слезы рвутся наружу, но она поклялась себе, что не будет больше плакать никогда в жизни. — Скоро я покину тебя, и все наладится.
— Ия, пойдем в дом, — Рей коснулся пальцев девушки, забирая бокал. — Я не мог мечтать о такой красивой невесте. Да, мы не любим друг друга, но ты мне не противна. Ты честная и открытая, — мужчина повел девушку к дому, в надежде поскорее уложить ее спать и забыться сладким сном. — Я рад, что мой дядя привел в мой дом тебя, а не кого-то другого.
— Льстец, — внезапно одернула руку девушка и посмотрела в глаза мужчины. — Я знаю, что не нравлюсь тебе с самого первого дня, как меня привезли в дом. Я видела твое разочарование, усиливающееся с каждым часом сегодняшнего дня. Ты в глубине души ненавидишь меня, и я это чувствую, Рей Капони, — девушка пошатнулась, и Рей поймал ее под локоть. Знала бы наивная Ия, что то было не разочарование, а неизвестно откуда взявшееся желание овладеть ей.
В зале было полно женщин, но дядя, словно специально пригласил гостей своего почетного возраста. Все дамы казались либо старыми, либо настолько уродливыми, что одна мысль о сексе с ними, заставляла табун мурашек покрывать ноющее от желания тело.
— Ия, тебе надо поспать.
— Мне надо исчезнуть из твоей жизни, — прищурилась она, и мужчина не в первый раз осознал, как изменилась маленькая напуганная девочка. За несколько месяцев она повзрослела, окрепла, преобразилась. Злость, что плескалась в серых глазах, необычайным образом украшала ее, а скривившиеся в недовольной гримасе губы, так и манили к себе блеском практически стертой помады.
— Откуда столько злости на меня? — Рей продолжал удерживать девушку под локоть, и та никак не могла расцепить его пальцы. Небольшое обручальное кольцо с красно-оранжевым сапфиром очень подходил рыжеволосой девушке, и Рей в очередной раз изумился, почему потратил баснословную сумму на поиски именно этого камня для той, кто просто играет роль его возлюбленной.
— Злости у меня нет на тебя, — продолжала разжимать пальцы мужа девушка. — Злость есть у тебя, и я… прости, — Ия прекратила попытки к бегству. —
В голове Рея словно прояснилось на мгновение. Настойчивый официант не отлипал и от него, поднося лишь один напиток, смутно напоминающий виски. Непонятный букет трав разбавлял приевшийся вкус, и Рей никак не мог понять, что за пойло закупил дядя. Как только мужчина зацепился за важную мысль, что вот-вот должна была раскусить коварные планы родственника, как наткнулся на покрытое веснушками лицо. Все мысли растворились, словно осадок улеглись где-то глубоко под слоем желания, переполняющего мужчину.
— Нас ждет дядя, чтобы поговорить и мы сможем отправиться отдыхать, — Рей подставил руку жене, и та охотно приняла ее. — Ты готова к последнему рывку?
Ия не могла однозначно ответить, последний ли это рывок. Через три дня она отправится в чужую страну совершенно одна, предоставленная сама себе. Это пугало до чертиков и заставляло сердце вырываться из груди, словно оно намерилось остаться здесь, рядом с новоиспеченным мужем.
Кабинет мистера Капони встретил мягким светом двух торшеров. Мужчина сидел за массивным столом из бука, раскуривал баварскую сигару и наслаждался впечатлениями, полученными за день. Он с добродушной улыбкой поприветствовал своих детей и, поерзав в скрипучем кресле, указал на стулья по другую сторону стола.
— Вы счастливы, дети мои? — наливая виски Рею, поинтересовался мужчина. — Ия ты выпьешь с нами?
— Ия воздержится, — принял стакан Рей. — Я выпью за нее.
— Это замечательно! — обрадовался мистер Капони и подлив в стакан еще янтарной жидкости, сел удобней. — Вам выделили спальню наверху. Джордж покажет и поможет устроиться.
— Мы бы предпочли…
— У нас остались гости, и будет весьма удивительно, если люди увидят, что молодожены улеглись по разным спальням, — деловито заявил мужчина, рассматривая племянника внимательным взглядом. — Завтра у нас планируется завтрак, Джордж разбудит вас за час.
— Ия, тебе удобно? — посмотрел на невесту Рей, и та кивнула, борясь с желанием лечь спать прямо здесь, на мягком кремовом диване. — Тогда мы отправимся отдыхать, если ты не против, дядя. Ия очень устала, и я думаю, наш разговор можно отложить на завтра.
— Я еще раз поздравляю вас, дети мои, — поднял свой стакан мистер Капони и указал племяннику на его. — Разговоры неуместны сейчас. До дна!
Допив напиток, Рей повел Ию наверх. Девушка изрядно устала, и мужчина чувствовал, как тяжело ей подниматься по лестнице, улыбаться слугам и делать вид, что она вовсе не пьяна.
Услужливый Джордж расстелил непомерно огромную кровать, поинтересовался надо ли что молодоженам и поспешно удалился. Рей, ощутивший после насыщенного дня давящую усталость, сел в кресло, уставившись на Ию. Девушка изумленно рассматривала лепнину под потолком, ежась от ночной прохлады. Промозглый ветерок качал золотистый тюль, играл с кудряшками Ии, и доносил до Рея приятный запах сладких духов. Непонятная волна нежности и тяги к милому созданию в очередной раз охватила подвыпившего мужчину, и он тяжело выдохнул, призывая самообладание принять оборону. Во рту все пересохло, хотелось выпить и забыться тяжелым, беспробудным сном.