Иверь
Шрифт:
Рыбачий поселок и столица теперь были круглосуточно освещены. Отпраздновали это распитием чистого спирта в компании с молодым Интой и Игорем. Мать-королева осуждающе на нас посмотрела, когда Инта взревел от одного глотка, и махнула рукой, не став вмешиваться в нашу пьянку. Не мальчик же – император! Но он сбежал от злых дядек богов. Так что допивали мы с Игорем на пару.
День, когда капсула заорала благим матом, известив нас о том, что на орбите корабли, мы с Игорем запомнили хорошо. С утра принимали парад очередного выпуска Академии и школы канониров. Три тысячи выпускников. Две тысячи стрелков, три сотни артиллеристов
После присяги, раздав каждому из выпускников по сотне интов и отправив их праздновать, я, Инта и Игорь заперлись в капсуле, намереваясь прокатить маленького императора на орбиту и обратно, как мы частенько делали в его совсем раннем детстве. Только мы запустили аппаратуру, как заревела тревога. Я, не понимая, посмотрел на Игоря. Тот, молодец, не растерялся и, развернув оптику по направляющей капсулы, рассмотрел причину боевой тревоги. Рассмотрел и побледнел.
Я вывел изображение на экран управления огнем. И тоже побледнел. Один Инта, дурачок, не понимая, в чем дело, приставал к нам с расспросами.
– Сейчас немедленно отдаешь приказ о первых учениях выпускников и армии, – сказал медленно Игорь. – Забираешь всех бойцов из Тиса. Одеваешь их в противогазы и зимний резиновый комплект одежды и к чертям уводишь из города. Ведешь всех на юго-восток в леса. В город не возвращаешься. Становишься лагерем километрах в тридцати от него. Если до этого ни керы не упали, ни живность всякая мертвая по дороге в огромном количестве не встретилась, разрешаю снять противогазы. Если же ты услышишь небесный гром и увидишь на горизонте грибовидное облако, то, не снимая противогаза, уходишь на юг. Глубоко в леса. Так глубоко, насколько хватит здравого смысла. Хоть до Торка. Ты справишься, малыш. Ты справишься. У тебя нет выбора.
– А в чем дело?
– Боевые адские звери пришли со звезд, – пояснил я. Инта, наслышанный о них и имея перед собой наглядный пример, стал таким же бледным, как и мы.
Повторять не пришлось. Лишь договорившись о том, что в случае хорошего исхода встретимся либо в Тисе, либо в Торке, мы отправили его выполнять императорские обязанности. Сами, помолившись, запустили генераторы и резко прыгнули к океану. Нас, понятно, засекли. Вслед нам полетели коды запроса связи. Мы уводили капсулу в океан, подальше от империи. Приземлившись в глухих лесах второго материка, мы соизволили выйти на связь. А что делать-то? Это в горах капсулу не найдешь, а когда ты уже используешь генераторы нестабильного гравитационного поля, то тут не до пряток.
Установили двухстороннюю связь и только тогда включили экраны. До этого я ввел команды противоракетного маневра и теперь был если не спокоен, то и не сильно дрожал. Капсула сама, не жалея груза и экипажа, будет спасать себя от ракет и ядерной бомбардировки. Мониторы прояснились, и на них мы увидели женщину в погонах адмирала. Кто она – у нас даже представления не было. Игорь, не спуская взгляда с радара капсулы и монитора визуального наблюдения за орбитой, все-таки заметил, что это не мужчина, и крякнул от удовольствия. Женщины обычно редко давали команды на что-то глобальное, типа термояда. На нашу поимку они могли бы послать пинассы и капсулы, но уничтожать нас с куском суши не станут.
Она же заметила Игоря и о чем-то спросила неизвестного за пределами камеры. Ей ответили, и она, кивнув, обратилась к нам:
– Здравствуйте, Виктор. – Английский… Это не
– Собственной персоной. Только самочинно присвоил себе звание наставника.
Она кивнула:
– Я обязана представиться… Я адмирал Орни и прибыла сюда не только по ваши души, но и с другими заданиями. Выполнение их зависит в какой-то степени от вашего согласия на сотрудничество. Вы согласны на переговоры?
Вопрос был глупый, как и многое, что делается и спрашивается женщинами-адмиралами. А что мы сейчас делаем, как не переговариваемся?
– Согласны, – ответил я, скептически улыбаясь.
– Тогда по порядку. Начнем с вас, Виктор Тимофеев. Благодаря вашей сестре и ее мужу ваш приговор отменен до дополнительного разбирательства. Разбирательство обязано по решению трибунала проводиться на Земле. В мою задачу входит доставить вас туда.
– Не ново, – буркнул Игорь.
– А ваша судьба, Оверкин, в ваших собственных руках, – сказала адмирал, услышав реплику Игоря. – Вас считали погибшим, и пустой гроб захоронен на кладбище героев космоса. И теперь от вас зависит, как к вам отнесутся на Земле… Как к герою, случайно выжившему, или как к предателю Родины. Но сначала все-таки вы, Виктор. Я привезла вам послания от ваших родственников. Они уже передаются на вашу капсулу. Прочитайте их обязательно…
– А как вы так быстро добрались? – спросил, перебивая настоящего адмирала, простой десантник Оверкин.
Адмирал сбилась. Оправилась и сказала:
– Вам будет предоставлен офицер для поддержания связи. Он ответит на все ваши вопросы в рамках своих полномочий. А насчет скорости… Нам удалось сбить Матку Орпеннов. Она не самоликвидировалась. Орпенн был мертв, а техника сбилась. Мы получили их двигатели. Теперь от Ягоды до Ивери путь занимает год. До Земли – три. Применяя нашу старую технику, мы не теряем ни относительного, ни реального времени. Вот так. Давайте о главном. Сейчас на орбите Ивери соединение кораблей под моим командованием. Мы считаем, что скоро сюда пожалует Гость. Орпенн на Матке. Мы готовы к схватке с ним. Но до этого нам надо выяснить, что делали вы в его нутре.
Мы переглянулись. Игорь только головой покачал. Откуда они знают?
– Не мучайтесь вопросом – на второй луне наши предшественники оставили автоматический оптический наблюдатель. Радар бы Матка заметила, а вот станцию, не излучающую практически ничего, она пропустила, как кусок металла. Данные с нее мы получили и уже обработали. Итак, что вы делали в Матке?
Я пожал плечами, а Игорь ответил:
– Подробный отчет вместе с данными самописца капсулы мы отправим вам позже.
– Хорошо, – согласилась адмирал – Только быстрее. Подозревая вас в общении с Врагом, я имею право уничтожить вас немедленно, как говорится, во избежание… Второй вопрос, он и мой личный… Как?!
Мы ее поняли. Я нехотя сказал, почесав бровь:
– Мы готовились и готовимся к вторжению ваших десантников. Мы будем защищать планету. От бомбардировки, понятно, у нас защиты нет, но против газов и скоротечного бактериологического оружия мы вроде хоть немного, но подготовились. Против вашей пехоты нам тоже есть кого выставить. Этот механизм уже начал работать. Мы для него не нужны… – Я поправился: – Точнее, мы нужны, чтобы дать отбой тревог.
Адмирал поняла и мою мысль, и мое законное желание жить. Усмехнувшись, она сказала: