Ивановы страдания
Шрифт:
Наш герой легко и смело,
Зачеркнул былую жизнь.
После выпитого пива
Жизнь казалась хороша.
И в мечтах неслась красиво
Похмелённая душа.
Не приемля, что бывает
Иногда всё вкривь, да вкось.
Душу русскую ласкает
Непременное «авось».
Сладится, авось, срастётся,
Всё, что раньше не срослось.
Вряд ли посильней найдётся
Вера, нашего «авось»!
Проскользнула
Сквозь еловые столбы…
Задремал Иван, подарка
Ожидая от судьбы.
Эх, судьба, судьба-злодейка
Объегорит, как пить дать.
По всему видать – еврейка.
Стерва – по всему видать.
Человеческая доля
Извернулась крендельком.
Где встречают хлебом с солью,
Где увесистым пинком.
Где – перинка, где – ухабы!
Не уйти нам от судьбы.
Кабы ведать! Знать бы кабы!
Словом, кабы, да кабы.
Поскакала жизнь людская
Скособоченным мячом…
Ванька спал, слюну пуская
Атаману на плечо.
Страдание второе
Стольный град гудел, как улей,
Надрывая голоса.
Телебашни, как ходули
Утонули в небесах.
Затхлым духом обдавая,
Звонкой денежке взамен,
Поглощал людей, зевая,
Жадный Метрополитен.
Пухли улицы, бульвары,
Словно вены на ногах.
Транспорт всякий: новый, старый
Тарахтел, гудел и пах.
В этом смрадном изобилье
Злобно зыркал красный глаз,
Тормозя автомобили
Много, много, много раз!
Смог кривил прохожих лица,
Отравляя суть вещей.
В общем, пучило столицу,
Как от прошлогодних щей.
Да и шутка ли, народу
Сколь наехало сюда.
Да в столице столько сроду
Не бывало никогда.
Украинцы, молдаване,
Уроженцы южных гор,
Средней Азии дехкане –
Все на шапочный разбор.
Прут из Дальнего Востока,
Так, что удержать нельзя,
Нескончаемым потоком
Узкоглазые друзья.
Все они, как говорится,
Что там истину скрывать,
Будут искренне трудиться –
Торговать, да воровать!
От такой крутой закваски
Только клизмою спасать.
Запашок, не то, что в сказке…
В триллере не описать.
Кто квашню на тесто ставил
Вспоминать какой расчёт?
Как
Кто поставил, тот печёт.
Покупай народец смело
Пирожки за полцены.
А кому, какое дело,
Чем они начинены!?
Пирожок – сытнее фруктов,
Обязательный продукт.
Что с того, что из продукта
Мясо внаглую крадут?
Без разбору человеки,
Не жалеючи гроши,
Покупают чебуреки,
Уплетают беляши.
На ходу, давясь самсою
Возмутительно сырой,
Окружающей красою
Любовался наш герой.
Гулко бухало сердечко.
Ванька явно понимал,
Что, собравшись на крылечко
Покурить, попал на бал.
В окружении прохожих,
В направлении афиш,
Он шагал, слегка похожий
На матёрый русский шиш.
На афишах слева справа,
Сверху вниз и снизу вверх,
Сплошь признание и слава,
Популярность и успех.
Стать известным, знаменитым
Нам желаннее всего.
Чтоб кричали вслед: «Иди ты…
Это ж этот, как его!?»
Чтоб в кафе в спортивном зале,
Все вокруг до одного
Непременно узнавали:
«Это ж этот, как его!?»
Деньги, девочки, букеты
Опьяняющих цветов.
И журналы, и газеты:
«Вот он, как его, каков!?»
Чтобы звёздная тусовка,
Телевидение, кино.
Раз – и все наизготовку!
Слава! То-то и оно.
Слава – подлое лекарство,
С каждой дозой всё нужней.
Слава – сказочное царство,
Где ты всех царей важней.
Славу пьёшь – не видно донца.
Медных труб коварен звон.
Вот он – ТЫ, подобный солнцу!
Чемпионов чемпион!
Сладкозвучным пением славы
Ты не очень дорожи.
Слава, словно бес лукавый
У тебя ворует жизнь!
Жажда славы нас торопит
На великие дела.
Жажда славы – шило в жопе!
И морковка для осла!
Но пока Иван не ведал
Этих мудростей простых.
Он считал, что до победы
Где-то около версты.
Атаман – мужик конкретный,
Слово данное держал.
Где-то сунул незаметно,
Где-то властно поднажал.
Звякнул, встретился, уважил,
Приголубил, отодрал.
В общем, чистенько, без лажи