Иван — укротитель драконов
Шрифт:
Несколько раз клинок соперника пролетает в опасной близости от моей драгоценной тушки. Не успеваю испугаться, как смещаюсь с невиданной грацией, будто по волшебству. Хотя почему «будто»?
Интересно, а Пылающему Свету есть дело до моей жизни? Или он просто хочет повыпендриваться? Рыцарю, которого скушал Дрейк, он не очень-то помог.
«Слушай, дорогой, — говорю про себя, надеясь, что меч внемлет. — Ты, конечно, молодец, но давай заканчивать этот балаган. Нам надо Сивку спасти. Ты уже показал, какой
Меч словно слушается. Помогает мне исполнить пару зрелищных вертушек, а потом крутым финтом вышибает оружие из рук противника. Остриё замирает у забрала Амрина, и тот, скрипя зубами, признаёт поражение.
Пажи выводят мою Сивку. Та ржёт, не скрывая радости. Бросаюсь к ней и обнимаю за шею.
— Мы победили! — кричу восторженно. — Видела, как я за тебя сражался?!
Лошадь мотает головой, но ластится, трётся лбом о моё плечо, выражая благодарность.
— Ты только больше не убегай, — шепчу ей на ухо. — Хватит с меня сражений.
Сивка фыркает, машет головой, корчит странные морды. Чего это она?
— У тебя приступ, что ли? — спрашиваю.
Гнедая в ответ машет головой и снова корчится. Понимаю, что она пытается что-то объяснить. Но сейчас не время разгадывать шарады.
— Давай потом, — хлопаю её по шее. — Закончим здесь и поболтаем.
Наслаждаюсь победой — поднимаю меч над головой и купаюсь в аплодисментах. К моим ногам кидают розы и какие-то безделушки, дамы наперебой предлагают платок. Не понимаю, зачем мне платок, так что не спешу брать. Но приятно мне женское внимание, приятно…
— Должен признать, это был отличный бой, — говорит Амрин. — Вы настоящий мастер меча.
— Спасибо, — говорю. — Ты тоже круто дрался, просто огонь.
Упс… Последнее я зря сказал.
Глава 35
Меч в моей руке вспыхивает ярким пламенем. Так же ярко вспыхивают мои щёки — от стыда и осознания собственной тупости.
Восторженные крики толпы смолкают. Воцаряется давящая тишина. Сивка сокрушённо качает головой, Дрейк то ли смехом давится, то ли сдерживает очередной приступ чиха, и закрывает морду лапой.
— Мошенник! — первым оживает сэр Амрин. — Меч заколдован! Ты победил нечестно!
— Ничего подобного, — пытаюсь оправдаться. — Меч волшебный, это правда. Но дрался я сам.
— Лжец! — мигом раскусывает меня рыцарь. — Что бы ты ни сделал — всё обман! Ваше благородие, губернатор! Я требую отмены результатов поединка и суда для этого нечестивца!
— Вынужден согласиться, сэр Амрин, — хмурится градоначальник.
Дрейк быстрей меня соображает, что пора делать ноги. Срывается со своего насеста, размахивая крыльями и поднимая тучу пыли и песка.
— Жемчужину давай! — приземляется передо мной чешуйчатый, отгоняя разозлённого
— Не время жрать вкусняшки, — всё ещё туплю.
Но махом сообразив, что Дрейк сейчас точно не о еде думает, шарю по карманам — а сумка-то в шатре осталась!
Выхватываю из кармана пастилку скорости и, огибая стражу, несусь в палатку за своими вещами. Меня пытаются схватить, но таблетка работает отменно. К дракону подойти боятся, он грозно рычит и скалит страшные зубы.
На бегу хватаю сумку и сразу же несусь обратно, сбив с ног пару рыцарей. На трибунах паника, а простолюдины ликуют. Такого «цирка», думаю, здесь ещё не было.
Закидываю пару жемчужин в пасть дракоши и устраиваю невиданное зрелище — прямо на глазах Дрейк заполоняет собой арену, ломая шатры и трибуны. Ну ничего, король обещал помилование. Вроде не раздавили никого и ладно. Запрыгиваю на спину дракона, тот хватает Сивку — толпа ахает, а мы взмываем в небеса.
Отыскиваю в сумке кошель, полный золота и с криком «на ремонт!» вытряхиваю монеты. Драгоценный дождь проливается на ристалище, зеваки тут же кидаются подбирать упавшее с неба богатство. Вегейр в первых рядах, расталкивает всех своим толстым пузом.
Думаю, этот турнир они запомнят надолго. А нам здесь делать больше нечего. Принцессы в Тинмарке и в помине нет, а Сивку мы спасли.
Улетаем, оставляя негостеприимный город позади.
Вечером делаем привал на берегу живописной речушки. Любуемся закатным солнышком и лакомимся барашком, купленным в ближайшей деревеньке — Дрейк заслужил.
Сивка, конечно, мясо не ест, налегает на местную траву. Развалившись на поляне, наблюдаю, как на небе появляются первые звёзды и всходят две луны.
Сам не замечаю, как погружаюсь в сон.
Просыпаюсь, а меня обложили с двух сторон — слева Дрейк храпит, справа Сивка посапывает. Выбираюсь из этого капкана милоты и иду к реке умываться. Рассветное солнышко пригревает, а водичка приятная — решаю искупаться.
Скидываю надоевшую средневековую одежду и голышом лезу в реку. Плескаюсь всласть, ныряю, а когда выныриваю, вижу Сивку, которая стоит на берегу и ошарашенно на меня глядит.
— Чего смотришь? — улыбаюсь и выхожу из воды. — Доброе утро.
Взгляд гнедой от моего лица спускается всё ниже и ниже, и вдруг она впадает в истерику. Бьёт копытом, фыркает и отворачивается.
Что? Всё так плохо?
Странная у меня всё-таки кобылка.
Натягиваю портки:
— Успокойся, оделся я.
Гнедая кидает недоверчивый взгляд на мои штаны и приходит в чувства.
— Ну, рассказывай, чего сбежала. Не в первый раз уже.
Сивка ковыряет копытом землю, явно пытаясь что-то нарисовать.
— Кажется, художество не твоя стезя, — слегка саркастично замечаю.