Иван и Сара
Шрифт:
Иван. Нэ панымаю, сказал!.. Пиерра-контардэ-бессамемуча- нот-андэрстэнд-вашамат!.. (Кладет трубку, выдергивает шнур, ногой запихивает аппарат под тахту.)
Сара(заглядывает). Меня?..
Иван. Ноу, ноу!..
Сара. Кто-то все время звонит — не пойму…
Иван. Элогим-Элогим! Пиерра-пукьендо!..
Сара. Голос — странный… как сорваннный… А что, Элогим — это Бог?..
Иван(кривляясь).
Сара(улыбается, качает головой). Ох, папашка-разбойник…
Иван. Хе-хе! Хе-хе-хе! Хе!..
Сара(тоже смеется, стучит пальцем по виску). Поговори у меня… Я вот скоро вернусь… (Уходит.)
Иван(фальшиво затягивает). Бессаме, бессамемуча!..
И тут же на цыпочках подкрадывается к двери, опять прислушивается; вдруг, торопится к дивану, сдергивает плед, трясущимися руками развязывает галстук, расстегивает рубашку — замирает, увидев Сарру в пеньюаре и в туфлях на высоком каблуке.
Иван(восхищенно). Ого… Ого-го…
Сара(довольна эффектом). Что?..
Иван. О-го-го-го…
Сара. Чего, папашка, помочь?
Иван. Ого…
Сара. Давай, помогу, я — пожалуйста… (Походкой манекенщицы направляется к нему, вдруг, хватает его за ширинку.)
Иван(аж подпрыгивает, то ли от испуга, то ли от удовольствия). Пиерра! Пиерра!..
Сара. Папашка, спокойно!
Иван(с искаженным лицом скачет на месте). Пиерра-пиерра… Ой-ой… Ой-ой-ой… Ой-ой…
Сара(весело). Мы это устроим, папашка!
Иван. Ой-ой-ой!.. (Внезапно вырывается, уходит от нее, отшвыривает шляпу, выключает музыку, развязывает на шее платок.)
Сара(смеется). Иван, ты чего?..
Он вытаскивает подушку из штанов, отшвыривает — и прямо в женщину.
Почему, объясни?.. (Потирает плечо, смеется.) Ты вовсе не должен толкаться… Ну, вот, дурачок, теперь будет синяк…
Иван(орет). Извини!.. (Громко врубает радио — передают последние известия, он затыкает уши.)
Сара(смеется). Люди сбегутся, Иван!.. Эй, ты слышишь меня? Что, не слышишь?..
Текст по радио: …«На железнодорожном вокзале в Калькутте пятеро террористов захватили железнодорожный состав с шестьюстами
Иван(выключает радио). Безумный, безумный мир…
Сара. Да Бог с ним, пускай…
Иван. …Дурацкий, бессмысленный…
Сара. Что ты ругаешься?
Иван. …Что будет с миром?
Сара. Провалится он без тебя…
Иван. Сара, серьезно?..
Сара. Думай, наконец, про себя!.. У тебя столько имеется: ты, я, Алеша!..
Иван. …Не знаю, что делать…
Сара. Знаешь, уже начинаю бояться: вчера тебя там же заклинило, позавчера, сегодня…
Иван. …Что делать?..
Сара(смеется). Времени — ну, никакого… (Берет в руки текст, надевает очки.) Значит, пожалуйста, запоминай: тебе в этой сцене не надо меня отталкивать; сам ты, пожалуйста, сколько угодно дергайся и ори: ой, ширинку заело, ширинку заело!.. Как будто тебе невтерпеж, как будто тебе ее так сильно хочется… Ты, Ваня, слушай, пожалуйста, не пропускай, тут и ремарка: ему — или то есть тебе, щекотно, смешно, он или ты как бы стесняешься, а в то же время ему или тебе вся эта возня с ширинкой доставляет жуткое удовольствие… Разве не ясно?.. Я у тебя, кажется, спрашиваю — это понятно?..
Иван(бормочет). Понятно… еще расскажи, как играть: эрекция есть, эрекции нет…
Сара(смеется). Пока что играешь — что нет… Я скажу, когда надо будет…
Иван. Вот-вот, Сара, вот!.. Да, вот, именно, вот!.. (Задохнувшись, отворачивается, стискивает кулаки.)
Сара. Ты в последнее время ранимый — точно девица в положении… Помню, Алешу носила и тоже, как ты, на любые мелочи жизни реагировала… Чего-то не так, вдруг, покажется — и меня выворачивало, как наизнанку… Но ты же у меня, кажется, пока не беременный… Или — беременный?..
Он молчит. Стоит, обхватив голову двумя руками. Она осторожно к нему приближается, тянется рукой, хочет коснуться — он резко уходит в сторону. Она улыбается.
Ванечка… солнышко… счастье мое… столько уже труда положили… Понятно, что пьеска не Гамлет — но для показа сгодится… И тебе, ты читал, говорил, показалось… Сам говорил: и весело, и сексуально… Чего тут поделаешь: люди сегодня хотят — чтобы им весело и сексуально… Ну, и чуть-чуть драматично, не без того, — но только самую малость… именно, что чуть-чуть… (Тихо смеется.) Пока этот бред раздобыла… Все интересуются про искусство — а я про «Стареющего сексапила»… Мне и понравилось: вроде, уже не молодой, но еще и не старый… Значит, еще всем покажет… Еще подумала: с «Сексапилом» не пропадем, на «Сексапила» всегда пойдут…